Это было у моря
Шрифт:
Санса откинулась на кровать и потянулась.
– Не хочу я об этом думать. Я слишком счастлива сейчас. Через десять минут.
– Ну, ты себе как знаешь, а я пошел. Иначе Серсея еще, чего доброго, явится меня искать… И найдет…
И тут как раз зазвонил Сансин телефон. Все же придется встать. Сандор замер возле двери
Санса вскочила, взяла с тумбочки телефон – на проводе была как раз тетка. Она шепотом, сама, не зная зачем, сказала Сандору: «Подожди, сама звонит» и нажала нужную кнопку.
– Здравствуйте, тетя.
– Привет, голубка, как ты?
– Все хорошо, спасибо. Вот погода только печалит.
– Ну так осень
– Нет еще, собиралась как раз.
– Тогда не ходи, а быстренько одевайся и давай к нам. Позавтракаешь тут. Я бы послала за тобой Клигана на машине, но этот дурной Пес еще не показывался, не знаю, где его носит – может, спит под забором. А я не могу тебя забрать – дел по горло, Джоффри надо помочь одеться и подготовиться.
– А что случилось-то, тетя? К чему такая спешка? Я думала, вы говорили, что заберете меня вечером (когда она мне это говорила, вот проклятый язык…)
Серсея на обратила на реплику Сансы никакого внимания.
– Да, твои вещи заберем вечером. А ты поедешь с нами на концерт. Мы все едем, ну и ты тоже – ты же член семьи все-таки. Так что ждем тебя. Поторопись, пожалуйста, особенно если хочешь успеть поесть. Я скажу этой нашей дуре-горничной, чтобы сварила тебе кофе. Ну пока! До скорого.
И тетя повесила трубку. Обескураженная Санса устало шлепнулась на кровать и тут же дернулась – еще и это, больно, однако. А на концерт ехать в машине – сидеть часа полтора. Боги, как же она выдержит, да в этих джинсах…
– Что там, Пташка? Ты чего так побледнела? Нехорошо тебе?
Он подошел, сел рядом. Санса уткнулась ему в плечо. Прямо как вчера.
– Тетя хочет, чтобы я ехала с ними на концерт. Мне сейчас надо бежать… А у меня…
– Что?
– Ну неудобно - ты понимаешь – там… Больно сидеть… Как же я в машине буду? Хоть бы была юбка… А то в джинсах…
Сандор схватился за голову.
– Вот только этого сейчас не хватало. Слушай, выпей таблетку обезболивающего. Но где тебе сейчас достать юбку, ума не приложу. У тебя же вроде было платье, то, серое…
– Оно грязное. И совсем не подходит к случаю. Не заморачивайся, надену джинсы. Как-нибудь…
– Что значит «не заморачивайся», седьмое пекло, это же я виноват. Я с тобой это сотворил…
– Нет, мы вместе. Знаешь, ты иди. А я что-нибудь придумаю. О! Уже!
– Да?
– Пойду схожу к той моей бывшей соседке, ну, к Оленне. Может, она что посоветует…
– Да что она может посоветовать, старая кошелка? Не у нее же ты будешь одалживать юбку. Лучше бы ты дружила со сверстниками. А то подружка – старая мумия за сто с небольшим. В мальчики себе взяла мужика, почти ровесника родителей. Ты какая-то неправильная, Пташка… Странная. Видимо этим ты к себе и притягиваешь… особенно таких уродов, как я…
– Ты никакой не урод.
– А про обожженную морду лица ты забыла?
– Забыла. Я вижу тебя таким, какой ты есть на самом деле.
– То есть с половиной лица, годящейся только, чтобы детей пугать?
– Нет. Таким, какой бы ты был, если бы не этот кошмар, что с тобой сотворили.
– Боги, Пташка, действительно иди в художники, у тебя отличная фантазия…
– Это не фантазия. Это любовь
– И любовь тоже отличная. Нет, только не поцелуи… Что за манера грязно играть у тебя? Ухожу… Лети к своей старухе. Только надень что-нибудь – а то ее удар хватит…
Санса улыбнулась. Сандор быстро пересек
комнату, решительно взялся за ручку двери.– Увидимся у Серсеи. Мне не надо тебя предупреждать, надеюсь…
– Не надо. Я буду как камень.
– Как это у тебя выйдет?
– Я представлю, что ты мне вчера сказал «нет». Это будет больно – но зато никто не догадается…
– Бедная моя девочка… Прости меня за этот бред… Все не так, как надо бы…
– Это все, что у нас есть. Ты прости. Иди…
Он захлопнул за собой дверь. Санса вытерла мокрые глаза. Теперь надо одеться и пойти к Оленне. Она кое-как, кривясь, натянула джинсы, напялила майку, наскоро умылась и выбежала из номера.
========== II ==========
Санса спустилась на первый этаж и, со смутными мыслями, что ей, наверное, “повезет”, и ее пожилой приятельницы не окажется на месте, постучала в знакомую дверь. Оленна выглянула в коридор, держа дверь запертой на длинную цепочку, заметила Сансу и с облегчением отступила назад, отпирая.
– Ты в другой раз не только стучись, а кричи. А то…
– Что-то случилось?
– Нет, просто я вчера поцапалась с одним мерзким типом в бассейне. Он, видишь ли, пришел туда совершенно бухой и занял мою любимую спа-ванную, ту, что с горячими фонтанами. Воняло от него, как от свиньи под коньячным соусом. Ну, я его малость осадила, в итоге он ушел, но все что-то бубнил про то, что “покажет старой ведьме”. Поскольку других симпатичных ископаемых рядом не было, я заподозрила, что это он на мой счет так лестно отзывался. Ну и вот. Не то, чтобы я боялась, но осторожность не помешает. Мне все же уже не пятьдесят, когда я таких могла осадила не только словесно…
– Понятно. Очень жаль, что так вышло. Я надеюсь, что больше он вас не потревожит.
– Он - вряд ли. Но, полагаю, его супруге не слишком понравилось, что он не вовремя приперся обратно в номер. А она в тот момент весело проводила время с его приятелем по пьянке, и то, что наклюкавшийся супруг, высланный вон специально, вернулся раньше времени и потревожил, так сказать, уединение, сильно подпортило ей настроение и снизило либидо. Они потом долго орали на втором этаже. Да ты видела жену-то. И мальчонка там был их. Такая барышня- грудь колесом. Черноволосая прошмындровка. Мальчишку жалко - с такими-то родителями ну совсем не весело…
– Ааа, эта мамочка из буфета?
– Точно. Ну да хрен с ней. Этой цена в базарный день - два гроша, да и то не каждый возьмет. А она - вылечит подбитый мужем глаз, и опять - по новой… Ну, от такого супруга - немудрено, со скуки ведь помрешь… Ладно, ты проходи. Садиться тебе не предлагаю - вижу, что не хочешь…
Санса уже привычно подивилась проницательности старушки - что она, насквозь ее просматривает?
– Ты удивляешься, я заметила? Ну, милочка, свой первый раз я помню, как будто это было вчера - в отличии от того, что на самом деле было вчера. И когда вышла из комнаты своего будущего мужа, садиться мне тоже не очень хотелось. Ему, правда, и вставать-то было тяжело. А твой малый - я его лицезрела с балкона - отлично прошагал к своей любезной хозяйке, на работу, стало быть. А ты тут…