"Фантастика 2025-69". Компиляция. Книги 1-18
Шрифт:
Я помедлил, на миг задумавшись. А затем кивнул.
— Полагаюсь на вас. Действуйте.
Роланд не ошибся. Ветер всё усиливался и усиливался, поднимая в воздух стены песка. Люди Лилии едва успели раздать воинам повязки на лицо. А затем последовала битва…
Не могу сказать, что в этом сражении было что-то сложное. Однако, бездна, как же противно это было! Пустынники атаковали с разных сторон малыми группами. Большинство без серьёзных доспехов, хотя встречались различные хитиновые и кожаные изделия из разных материалов. К моему удивлению, враги даже использовали метательное оружие: но не луки, а короткие копья, ножи и пращи.
Долгая, нудная, и противная резня. Я просто
День сменился ночью, но пустынники продолжали атаковать. И лишь к полудню: весьма условному полудню, учитывая, что увидеть что-то сквозь стены песка было тяжело, их группы принялись иссякать.
Я всерьёз опасался, что потери от самой бури могут быть серьёзнее, чем от плохо экипированных дикарей: песок проникал повсюду, портил воду, продукты… Лишь к рассвету третьего дня буря утихла, и настало время подводить итоги битвы. Впрочем, одно можно было сказать однозначно: мы выстояли, а они проиграли.
— Что с потерями, Вальгард? — первым спросил я великана.
Вождь северного ветра загнул какую-то совсем уж страшную матерную фразу на языке детей льда, из которой я понял лишь малую часть. Кажется, там было что-то про протаскивание мороженой рыбы через чужие кишки…
— Так много? — вскинул брови я.
— Мёртвых всего пара десятков. — махнул огромной ладонью гигант. — Но этот проклятый Бладьюром песок портит всё! Парни всерьёз поговаривают о том, чтобы попросить тебя прикончить их: настолько это невыносимо! Мы терпели эту трижды обруганную Бладьюром жару, но это уже переходит все рамки! Если мы пойдём дальше, мои воины просто озвереют и наплюют даже на клятвы, так и знай! Лучше уж погибнуть в битве, чем это терпеть!
Я вздохнул и тряхнул воротником, куда забился песок. Нет, я мог их понять… Но ведь прошла всего неделя в этой пустыне!
— Лилия? — перевёл я взгляд на свою королеву.
— Потерь немного, несколько сотен. Но я недосчиталась ещё пары тысяч, и мы не нашли тел… Подозреваю, часть отрядов решила уйти под покровом бури, взяв часть припасов. — скрепя сердце призналась женщина.
Я помедлил с ответом. А затем решил просто промолчать, не устраивая разборки с женой на глазах других офицеров.
— Роланд? Фелис? — повернулся я к гвардейцам.
— У нас по паре сотен, не больше. А на клинки мы нанизали тысячи. — довольно усмехнулся капитан огненных панцирей, отвечая за двоих. — Пустынники хитры, но в открытом бою стоят немного, и оружие у них дрянное. Но, пожалуй, я соглашусь с Вальгардом насчёт песка: надоел страшно. Здоровяки и правда на стену готовы лезть, это видно.
— Хочешь что-то добавить, Роланд? — посмотрел я на графа.
Аристократ помедлил, тихо смотря в стол с картой. А потом поднял на меня серьёзный, мрачный взгляд:
— Нас обманули.
Радостные выражения от победы на лицах командиров сменились недоумением.
— Поясни. — нахмурился я.
— Моих людей здесь несколько тысяч. — вздохнул Роланд. — Когда атаки пустынников стали иссякать, я начал спрашивать, скольких мы убили. Выходит, что чуть больше, чем нас самих. Иными словами, тысяч пять-семь. Допустим, вдвое больше убили люди Фелиса. Ещё тысяч десять — воины Вальгарда. И, предположим, таллистрийки взяли на себя сколько, тысяч двадцать? По самым максимальным прикидкам выходит, что здесь было тысяч пятьдесят врагов. А на деле может оказаться даже меньше, существенно меньше: трупы первого дня битвы, самого активного, занесло песком, и посчитать их мы не можем. Я принялся опрашивать других
командиров и никто не может с уверенностью сказать, что убил больше, чем было нас. Выходит, армия, что атаковала нас, примерно сравнима с нами по численности…— Так в чём проблема? — поднял бровь Вальгард. — Мы разбили равную по численности армию с минимальными потерями, это успех.
Но вот я, кажется, начал понимать, куда клонит Роланд…
— Проблема в том, что Ниора может выставить намного больше. — стиснул зубы граф. — Не двадцать пять тысяч, и даже не пятьдесят. Сотню, полторы, может даже двести тысяч. Да, это будут оборванцы по нашим меркам. Пустынники бедны и не имеют хорошего снаряжения, и мы, думаю, могли бы разогнать и двести тысяч: куда им до дерейской стали… Потеряли бы половину, может, две трети армии, но вырезали бы всех. И потому у меня встаёт вопрос: где остальные? Тело Аттарока не нашли, я не слышал, чтобы его вообще видели в битве. Знатных и богато одетых воинов всего пара тысяч, и даже если предположить, что часть занесло песком и мы их ещё не нашли… Их всё равно должно быть намного больше!
— Ты не преувеличиваешь? — нахмурился я. — Здесь было примерно столько, сколько мы собирали в поход на Септентрион. Солидная армия, соответствует королевской.
— Будь мы в Ганатре, всё было бы так. — отрывисто кивнул Роланд. — Но Аттарок не зря зовётся великим солнцем пустыни. Здесь он обладает абсолютной властью. А потому он мог просто приказать своим визирям собрать всех солдат, что есть, большую часть боеспособных мужчин. И тогда числа будут сравнимы с тем, что могут выставить все лорды среднего королевства, вроде Ганатры. Не только то, что выставляют королевские земли. А это перевалит за сотню тысяч, никаких сомнений.
Над картой повисло молчание.
— Значит, ты думаешь, что он увёл часть армии, заставив нас глотать песок. — констатировал я.
— Да. — кивнул Роланд. — Мы двигаемся по пустыне медленней. Нагнать их будет непросто. А затем он может соединиться с лиссейцами… И расклады изменятся.
Я размышлял недолго. Не доверять суждению графа поводов не было.
— Вышлите разведчиков. Если они действительно ушли, буря не могла замести все следы. Мы должны путь. — приказал я.
Ожидания Роланда оправдались. Всего в полудне пути от места битвы нашлись обширные следы телег обоза, и таллистрийки мгновенно определили, что речь идёт об армии, по меньшей мере, сравнимой с той, что мы разбили…
Буря замела следы вокруг места битвы, но она не была настолько обширной, чтобы замести их в отдалении. Я недолго взирал на следы телег на песке, что уходили в сторону лиссейской границы.
— В погоню. — приказал я.
Возможно, мне следовало бы отправиться одному. Но проклятые пустынники петляли, путали следы, заметали их… Без помощи следопытов в армии я, вероятно, просто заблудился бы в однообразной пустыне. Поэтому оставалось лишь скрипеть песком на зубах и двигаться вместе армий. Утешало только то, что мы не должны слишком сильно отставать: несколько дней, может, неделя. Дайте мне только выйти на след, и в Лиссее я уже догоню ублюдка…
Но, к нашему общему удивлению след привёл нас отнюдь не Лиссею. Армия Ниоры направилась отнюдь не на соединение с лиссейскими силами: следы отчётливо вели к спорным землям, а оттуда — в Таллистрию!
Я задумчиво стоял на небольшой лесной опушке, на окраине огромного массива. Следы были различимы невооружённым взглядом: примятая трава, следы колёс… Здесь брали начало сразу полдюжины лесных дорог, ведущих в самые разные уголки Таллистрии. Граница со спорными землями, самый оживлённый торговый маршрут с Ниорой. Но вот куда отправился Аттарок?