Фифти-фифти

– Мадам, - обращается он к Кристи, - я на минуту украду вашего собеседника.

– Пожалуйста, мистер Голифакс, - смиренно говорит она и растворяется в толпе гостей.

– Вот мы опять свиделись, мистер Петроф.

– Здравствуйте, мистер Голифакс.

– Хочу вас поздравить с вступлением в новую семейную жизнь и сделать вам маленький подарок от моего имени. Вон видите "мерседес" вишневой окраски?
– Недалеко от церкви, у тротуара стоит красивая машина. Голифакс показывает на нее пальцем - Он ваш. Вот ключи.

Он передает их мне.

– Спасибо, мистер Голифакс. Но самый лучший подарок мне, если бы этой свадьбы не было.

– Все перемелется, Алекс. Женитесь, растите детей. Самый лучший руководитель фирмы тот, который имеет прочную семейную базу.

– Но судя по всему, меня женили на Дюпоне, от которого с самого начала одни неприятности. Вы уверены, что это правильный шаг?

– Эти союзы в настоящем мире необходимы, как воздух. Не стоните, Алекс. Вы еще спасибо скажите...

– Кого я вижу...

Рядом с нами оказался Макенрой. Он трясет руку Голифаксу, потом пожимает мне.

– Здравствуйте. Я рад, что приобрел такого энергичного зятя. Как вы считаете мистер Голифакс у нас получается достойная пара...

– Лучше не надо. Алекс еще оботрется в высших слоях общества и будет солидным бизнесменом. Я преподнес молодым вон какой подарок.

Они смотрят на машину.

– Хороша. Чего то невеста задерживается. Алекс, мне Годой говорил, что вы не крещены?
– спрашивает меня Макенрой.

– Да.

– Это конечно нехорошо, но поправимо. Удлиним обряд.

В это время подъезжает свадебный лимузин из него выходит Ирен, вся в белом, пышном свадебном платье с накинутой на лицо вуалью.

– Приехала. Наконец то.

Макенрой распихивает толпу и идет к ней. Потом, взяв ее под руку ведет к нашей компании.

– Мы готовы, можем идти в церковь. Мистер Голифакс, у Алекса нет здесь ни отца, ни матери, поэтому будьте ему сегодня отцом, отведите в церковь. Я поведу Ирен.

Меня под руку ведет Голифакс. Вернее я его веду, он вцепился в рукав и тащится, как на привязи. Сзади моя неразлучная охрана. За ними Макенрой сопровождает свою дочь. Потом плетутся родственники и гости. Блики фотоаппаратов мелькают везде.

В душной церкви начинается процесс приобщения меня к богу. Пастор читает проповедь, а за спиной тихий гул переговаривающихся, начинающих уставать гостей. Но вот мне дали поцеловать крест и подводят с левой стороны Ирен. Мои охранники, после тихого внушения пастора, отходят далеко к боковой стенке и от туда неодобрительно смотрят на нас, Пастор начинает новую проповедь...

– Алекс Петроф, перед господом нашим отвечайте, согласны ли вы взять в жены, стоящую рядом с вами женщину.

Я молчу. Весь зал церкви замер в ожидании моих слов. Но самое невероятное, что рука Ирен вдруг схватила мое запястье и несколько раз жмет.

– Так согласны или нет?
– спрашивает пастор.

– Говори, да, - шипит рядом в ухо Голифакс.
– Подарю еще десять процентов акций компании.

– Говори, иначе будет хуже, - ворчит с другой стороны Макенрой.

Голова невесты поворачивается в мою сторону. Я не вижу ее глаз через вуаль, но чувствую, что она просят пощады.

– Да.

Зал ахает, стоящие рядом люди, сразу расслабились.

– А ты, Ирен Макенрой, согласна ли выйти за муж за стоящего рядом с тобой мужчину, - теперь пастор допрашивает Ирен.

– Да.

В церкви гул восторга. Пастор заканчивает наше венчание и на последок говорит.

– Вы можете закрепить союз, поцелуйте друг друга.

Ирен левой, свободной рукой, поднимает вуаль и поворачивается ко мне. У меня немеет челюсть и глаза чуть не вываливаются из орбит. Под вуалью лицо... Сары.

– Ты разве не рад мне, - волнуясь говорит она.

Она тянется губами и я сначала дотрагиваюсь до них, потом с жадностью прижимаюсь.

– Сара.

Похоже онемел не только я, мои новоявленные родители тоже в шоке.

– Подмена, - вдруг заорал Макенрой, это подмена, это заговор. Где Ирен, черт возьми?

– Вы в храме, сын мой, - пытается урезонить его пастор.

– Заткнись, - ревет Макенрой.
– Недоноски, свадьбу сорвали.

– Вы это все подстроили, Алекс?
– шипит Голифакс.

Я отрываюсь от Сары.

– Нет.

– Дурак, что ты наделал?
– продолжает тихо шептать он.

В помещении гул. Только один человек хохочет до упаду, это Кристи.

– Молодец, Алекс, - кричит она.
– Ай да, сестричка, такую свинью подложила семье, этого...

– Заткнись, дура, - ревет отец.

– Сара, нам надо от сюда исчезнуть, - шепчу я ей.

– Бежим.

Мы разворачиваемся и, чуть не сбив Голифакса и Макенроя, бежим по коридору из кресел на выход. Нас никто не задерживает, большинство публики не понимает, что произошло, если кто и разобрался, то они в шоке. Мои охранники у стены очнулись и пытались рвануть за нами, но тут Марта зацепилась за чью то ногу и свалилась в проход, закрыв путь Джони. Они оба барахтаются на полу и мат несется под своды зала. Проскальзываем ворота и несемся по ступенькам. Сара с трудом поддерживает мешающее ей платье.

– Куда теперь?
– кричит она.

– Вон к той машине, вишневого цвета.

Сара спиной валится через дверцу машины на первое сиденье. Я запрыгиваю за руль и спешно достав ключи пытаюсь их воткнуть в скважину.

– Сара, я не водил машину, что дальше.

– Черт побери. Жми на эту педаль.

Она рванула рычаг и машина так дернулась вперед, что я чуть не вырвал руль. Мы несемся по улицам и постепенно я приобретаю уверенность, как будь то всегда водил машину...

– Сара, так куда сейчас?

– На нашу яхту.

Фреди закивал головой, увидев нас.

– Поздравляю.

– Спасибо, Фреди, - говорит Сара, - наша яхта заправлена, все готово?

– Да, мадам.

– Помоги нам отчалить.

– Хорошо, мадам.

Мы подходим к яхте и тут Сара заявляет.

– Алекс, кажется невесту в дом заносят на руках?

– Я все понял, дорогая.

Беру ее на руки и, с трудом по трапу перевалив бортик, несу по палубе. Мы на мостике долго целуемся.

– Эй, - кричит с мостков Фреди, - вы долго там. Я же не могу стоять здесь целый день.