Гринвуд

– Он на уголь упал!

– На жир он свой упал. Отсоедини остальные вагоны.
– Лиам бросился к сцепке, подергал разные рычаги, пока не разошлись зажимы, а потом вытянул костыль. Воспользовавшись лесенкой, он влез в тендер и, съехав по углю, проверил пульс министра так, как его учил Финли. Министр был жив, а вот Финли спорил о чем-то с бородатым машинистом.

– Поехали, дорогие, - говорил он.

– Мы подчиняемся только...

– Моему пистолету.

– Да пошел, ты! Я революционер...
– Лиам не дал ему договорить. В нем внезапно проснулась злость и он саданул машиниста в живот так, что у того глаза на лоб полезли.

– Ты!
– указал он на второго.
– Поехали.
– Этот был помоложе, да и не рвался ничего доказывать. Двинул пару рычагов, и машина зашипела, засвистела и медленно покатила.

Зверь едва успел рявкнуть, чтобы ему помогли. Финли соскочил и забросил в кабину сумки, взял на руки пса и бросил. Не до конца оклемавшийся капитан в это время пальнул из своей гаубицы, взвыв от боли, когда отдача сломала ему пальцы.
– Так тебе и надо, - улыбнулся Финли и вскочил в кабину.

Глава 68

– Зверь... Зверь!
– Лиам тряс лохматую псину за окровавленный бок, и пес едва смог пошевелиться.

– Что случилось?
– Финли не понял ничего.

– Это ты мне скажи! Ты бросил его как мешок.

– Он был здоров, когда я его бросал.
– Финли увидел на полу лужу крови и быстро взялся ощупывать собаку. Рана обнаружилась быстро. Тяжелая пуля прошла по касательной, сломала и вогнала в его тело кусок грудной кости.

– Это кровь? Почему не светится. У него же светящаяся, - сказал Лиам потому, что в его мозгу заварилась каша из вопросов, которые выскакивали сами собой, пока он не собрался с силами и не заткнулся.

– Тогда, ему раны демон нанес. А эти раны нанесенные обычным оружием. Он умирает.

– Так спаси его.

– Я не могу.

– Погоди, как это не можешь? Он же светлый дух. Он не может умереть! Вы сами говорили.

– Не так все просто, Лиам, - вставил Дуги.
– Ему нужно тело. Искалеченное, умирающее тело.

– Монстр не умирал.

– Монстр умирал жеребенком. Жизнь ему была дана взаймы. И чтобы поддерживать ее, Зверь лишился многих сил.
– Внезапно, кровь засветилась. Все замерли, даже машинисты, даже оклемавшийся министр.

– Это же хорошо?
– спросил Лиам. Ему никто не ответил, но кровь светилась все ярче, пока не начала ослеплять, а потом свет резко ударил по глазам и исчез. Финли дотронулся до собачьего горла и печально покачал головой.

– Мы должны его похоронить, - сказал Финли. В тусклом свете лампы и печки паровоза по его лицу сбежало две слезы.

– Нет, - твердо сказал Дуги.
– Даже это мертвое тело, особенно кости, хранят в себе много светлой силы. Если его найдут, им могут воспользоваться.

– Но оно способно только исцелять, да всякие невинные фокусы.
– Машинисты кота не слышали, но видели, что маг с ним разговаривает и посмотрели на него по-новому, с опаской.

– И ты хочешь, чтобы какой-нибудь шарлатан, за пару пенни лечил его костями сифилис?

– Нет!
– Финли аж передернуло от такой мысли.
– Что же нам делать?

– Сжечь.
– Дуги выразительно посмотрел на топку.

– Святые небеса, ты хочешь, чтобы я сжег друга в топке паровоза?

– Финли, у нас ведь нет выхода, - мягким голосом поддержал его Лиам.

– Проклятье...

– Соглашайся, они правы, - сказал вдруг министр.

– Тебя кто спрашивал?
– ответило три резких голоса. Даже Дуги заговорил так, что его услышали.

– Ну, так остановитесь и выкопайте ему могилу.

– Ты что ничего не сломал?
– поинтересовался Лиам.
– Я могу устроить.

– Я нужен вам живой и невредимый, - спокойно возразил Ратлер.

– Живой, да...
– сказал Лиам, чем вызвал смешок министра.

– Суровый ты, парень Гринвуд. Это ведь ты, правда?

– Я, и что?

– Ничего, хотел просто пообщаться с человеком, который стрелял в моего сына. Отваги тебе не занимать.

– И ты так спокойно со мной разговариваешь?

– Ну, Джеймсу больше ничто не угрожает. О, - министр заметил выражение лица Лиама, - так ты не знал, он жив. Я послал к нему человека...

– Профессора, - понял Лиам.

– Да, ты уже и с ним познакомился?

– Заткнись, а скажешь еще одно слово, я оторву тебе...

– Ухо, - подсказал Дуги.
– Дяде отрезали раз. Говорил - чертовски больно.

– Молчу, - Министр поднял воротник пиджака и поудобней умостился на угле.

– Так что, Финли?

– Вы правы парни.
– Финли поднял собачье тело так аккуратно, словно это был младенец и всунул задние ноги в топку. Запахло паленым. Медленно и с мрачной торжественностью он всовывал тело в топку, но отверстие было слишком маленьким, а Зверь был достаточно широк в груди, так что его пришлось заталкивать. Когда дошло до передних лап, он вконец застрял. Лиам подался вперед, чтобы помочь.
– Я сам!
– резко остановил его Финли.
– Кое-как ему удалось просунуть оставшуюся часть тела, не применяя грубой силы.
– Надеюсь, - Финли утер слезы, - ты нашел себе новое тело, друг.

– Вокруг лес. В лесу постоянно гибнут звери, - попытался было успокоить его Лиам, да только у самого в горле ком стал, а по лицу слезы потекли.

– Герои плачут. Какое умилительное зрелище, - не сдержался Ратлер.

Лиам прыгнул в тендер и сходу пнул министра сапогом в лицо, потом в живот несколько раз.

– Лиам! Хватит парень. Еще убьешь его.

– Ничего с ним не станется - здоровое быдло. Кроме того, мне кажется это неплохой идеей.
– Он даже взялся за револьвер.

– Нет!
– запротестовал Дуги.
– Он нужен нам, чтобы беспрепятственно добраться до корабля.

– Он выжил, а значит, за смерть Волчонка никто не ответил. Если я убью старика, то Ратлер останется без его влияния и защиты.

– И с его миллионами, - добавил Финли.
– Да, ты его накажешь хуже некуда...

– Не подумал, - Лиам убрал руку с рукоятки револьвера.

– У тебя и первый раз так получилось, - сказал Дуги.
– Ты смог выстрелить, только когда он поднял ружье.