Игла

— Извинись! — крикнула она, хватая его за ворот накидки. В карете завоняло тлеющим мехом, во все стороны повалил густой чёрный дым.

— За что! — Он попытался её оттолкнуть, но Игла вцепилась в него мёртвой хваткой. Похоже, изначально не самая удачная шутка зашла слишком далеко. — Слезь с меня!

— Извинись! — взревела она, и её рыжие волосы взметнулись подобно языкам пламени, отражение которого буйствовало в их с Даром глазах. Гнев застилал Игле взор, и она с трудом сдерживалась, чтобы к чертям не сжечь всё вокруг. — Извинись!!!

— Хорошо-хорошо! Извини! Боги! Ты ненормальная!

Ненормальная. Странная. Малохольная. Сколько раз она это слышала, но никогда эти слова не причиняли ей столько боли, как те, что были сказаны Даром. Нравится? Как такое может нравиться! Она показала ему свою слабость, она испугалась за него, она думала, что он умирал, а он... Как он может так легко смеяться над этим! Прикрывает свою никчёмность, насмехаясь над слабостями других. Вот и всё, что он может! Игла дёрнула Дара на себя, сходя с ума от злости. Кольцо на груди раскалилось добела, боль пронзала грудь.

— Ты — жалкий, никчёмный кусок хмырьего дерьма, — с ненавистью, которой сама не могла найти объяснения, прошипела она. — Всё, на что ты способен, прикрывать своё уродство блестящими цацками и глупыми колкостями. Ты никто, пустое место, настолько никому ненужный, что даже старый Кощей выбрал запереть тебя в ящике, чем оставить при себе!

Лицо Дара вытянулось, глаза поблекли, Игла поняла, что попала точно в цель, но не испытала удовлетворения, наоборот разозлилась ещё сильнее. Зарычала, оттолкнула его от себя, не желая ни мига больше смотреть на это смазливое лицо, и почти вывалилась из кареты, даже не заметив, что та остановилась. Ноги по колено утонули в снегу, и Игла побежала, куда глаза глядят. От кожи шёл пар, ладони продолжали пылать, а с ними — горело и всё тело. Игла упала на колени и опустила руки в снег. Пламя протестующе зашипело, не желая сходить, но всё же потухло. Игла, тяжело дыша, расстегнула душегрею, и сорвала с шеи кольцо. Кожу пекло, Игла с ужасом увидела круглый, вспухающий на груди ожог. Кольцо продолжало жечься, металл дрожал, и Игла испугалась, что оно расплавится.

— Что с тобой? — прошептала она. Кольцо раскалило цепочку, Игла вскрикнула и уронила то в снег. — Нет!

Она принялась разгребать его, влажный, липкий. Рукава тут же промокли, гнев схлынул вместе с пламенем, и Игла тут же продрогла. Она и не заметила, какой вокруг стоял морозный ветер. Неужели, они уже совсем высоко в горах? Да где же колечко! Волосы застилали обзор, и Игла то и дело раздражённо отбрасывала их за спину. За холодом пришёл такой же пронизывающий страх — а вдруг она его не найдёт! Где же! Где! Пальцы нащупали пеменистую землю и холодный металл — колечко расплавило снег до самой земли. Игла с облегчением выдохнула, сгорбилась, а потом и вовсе согнулась пополам, прижимая драгоценную находку к груди.

Что-то упало совсем рядом. Игла вздрогнула и распрямилась. В снегу лежали её сапоги. Рядом стоял Дар. Лицо его выражало абсолютное ничего, золотые глаза ровно горели на фоне ночного неба.

— Обувайся, дикая, — сказал он и кивнул на чёрную гряду впереди, посреди которой острой пикой возвышалась высокая чёрная гора. — Мы приехали.

Глава 12

С перевала они спустились к Белому озеру, которое занимало почти всю долину и никогда не покрывалось льдом. Оно искрилось и переливалось в свете звёзд, и Кощей чувствовал, как пульсирует багрец, насыщаясь его магией. Он протянул руку к воде, чтобы впитать сил из Источника. Сила теплом легла в ладонь, жаром пробежала по венам, но не задержалась и сошла с тела, словно пар. Кощей разочарованно вздохнул и покосился на Иглу. Если она и почувствовала безграничную силу этого места, то не подавала виду. Она молча шагала рядом, глядя себе под ноги, полностью погружённая в свои мысли. Неужели её так сильно обидели его слова? Это было так на неё не похоже. Прежде она никогда не воспринимала его глупые колкости всерьёз. Что же изменилось? Может... Кощей одёрнул себя. Да какое ему до неё дело. Почему он вообще об этом думает? Читать для него книги она сможет и будучи не в духе. Или, может, всё же стоит вести себя с ней повежливее, чтобы не сбежала? Вдруг поиски Кощея нужны ей не так уж и сильно, как ему кажется? Если она будет улыбаться, ему будет спокойнее. Только и всего. Да, пожалуй, при случае стоит сделать ей что-нибудь приятное...

— Думаешь, нам сюда? — вдруг нарушила молчание Игла. Она уже довольно долго рассматривала гору, к которой они направлялись, совершенно не замечая пристального взгляда Кощея.

— Чёрная гора расположена точно под созвездием змея. Другое название этой горы — Полозова.

Игла кивнула и потёрла лоб. У неё голова болит? Да и бледная какая-то. Кощей нахмурился. Будет крайне неудобно, если ведьма заболеет и умрёт в пути. Смертные такие хрупкие. Она, конечно, согрелась своей огненной магией, но вдруг уже успела простыть? Надо было всё же захватить с собой парочку некромантских артефактов.

— Ты идёшь? — Игла оглянулась. Она успела уйти далеко вперёд, несмотря на то, что утопала в снегу по колено. Надо было купить ей сапоги подлиннее.

В горах стояла звенящая тишина. Мороз застыл кристаллами льда, колол кожу и паром вырывался из лёгких. Кощей не боялся холода, но мурашки всё равно бежали по коже. Возможно, дело в том, что горы — это царство Славны. И если он прав, и она спрятала оружие где-то здесь, вряд ли приём будет тёплым.

— Ничего не вижу. Должна быть пещера или что-то вроде? Куда идти? — Игла оглядывалась по сторонам, явно избегая смотреть на Кощея.

— Может, в тут об этом что-то написано? — Он достал из поясной сумки тонкий томик сказок и протянул ей.

Игла взяла книгу и принялась листать, иногда останавливаясь, чтобы подсветить строчки огоньком, который разжигала на ладони.

— Речь идёт про какое-то ущелье, но нет здесь никакого... постой-ка. — Она вернула книгу Кощею, и достала из своей сумки другую, с которой явилась в его логово. — Кажется, я видела здесь одно заклинание... Вот!

Она повернула книгу к Кощею. Тот пробежался глазами по строчкам: «Лучшее заклинание для усиленного роста свёклы и брюквы», — и перевёл красноречивый взгляд на Иглу.

— А, я забыла, прости. Тут написано: «Для тех, кто хочет отыскать тропу Полозову». Ты сказал, что гора называется...

— Полозовой, да. — Кощей кивнул. — Учитывая, что за книга у тебя в руках, не сомневаюсь, что это именно то, что нам нужно. Вперёд.

Он направились к горе. Как это похоже на его семейку. Устраивать из всего забавную игру. На этот раз Вирина действительно постаралась, а в том, что это была она, Кощей не сомневалась. Славна и Верес больше любили действовать в лоб, без выдумок, извращённого воображения, которым славилась матушка-Морена, им не досталось — всё ушло сестрице Вирине.

Игла остановилась у подножия горы, оглядела её снизу и до самой макушки, будто искала подсказки, но не находила.

— Магия озера должна усилить заклинание, — угадал её сомнения Кощей. — Славна не зря выбрала это место. Даже если мы промахнулись с участком горы, заклинание должно сработать и, скорее всего мы поймём, куда идти дальше.

Игла не ответила, только кивнула и, прочистив горло, начала громко и нарочито чётко читать:

Полоза тропа, опасна и трудна,

Сокрыта от глаз, отворись сейчас,

Ведь за сердцем ступая во тьму,

Я на свет его алый иду.

Я на звук его тихий иду.

Я его с собой приведу.

Отворись и...

За рёбрами жарко ударило, по телу Кощея прошёл разряд молнии, и он схватился за грудь, будто это могло ослабить внезапную боль. Воздух застрял в лёгких, грудь сдавило и удар повторился. Кровь зашумела в ушах, и Кощей не слышал ничего кроме неё: ни слов заклинания, ни поднявшегося ветра, ни собственных мыслей. Казалось, что магия покинет его тело, а с ней — покинет и жизнь, и хоть Кощей и знал, что это невозможно, его захватил клыками первобытный, животный страх.