Исповедь убийцы
Шрифт:
— В моём возрасте много знать — это нормально, — туманно и неинформативно ответила Марго, после чего продефилировала мимо моей кровати к столу и сунула нос в мой блокнот для записей. Если бы я хоть что-то туда писала, я бы разозлилась, а так только усмехнулась.
Особого трепета перед древним монстром я не испытывала. Скорее, вежливое удивление долгожительству и поддержанию себя в отличной форме — как физической, так и моральной.
Впрочем, что бы там ни рассказала вчера Марго о своих приятельских отношениях с Кристианом, сближаться с ней и даже лишний раз любезничать я не хотела. Кесарю — кесарево. Лев не дружит с ягнёнком, а сова не питает тёплых чувств к мышке.
Ход моих размышлений прервала песня Linkin park — Numb, доносящаяся с первого этажа. Марго, только что улыбавшаяся, внезапно сделала серьёзное лицо и выскочила из комнаты задолго до того, как я спросила у неё, кто решил позвонить в такое время. Меня очень заинтересовало, с какой стати в вампирше произошла перемена от радости к настороженности, поэтому я потихоньку спустилась по лестнице и замерла на последней ступеньке, чтобы не пропустить ни единого слова из её разговора. К сожалению, услышанное мне не понравилось, хотя делать выводы я не спешила, наученная горьким опытом общения с вампирами и ликанами, а также с ненормальными полуохотниками и гадалками-психиатрами.
— … всё равно, я никуда не поеду!.. Молчи уже… Нет, это ты меня послушай… Осторожнее с угрозами, дорогой! Я тебя сильнее, и не забывай об этом… Всё, разговор закончен!.. Не зли меня! Я не желаю видеть ни тебя, ни кого бы то ни было из твоего окружения. Всего доброго! — Марго отключилась, от души запустив своим смартфоном в сторону дивана, а потом повернулась ко мне. — Эстер, ты уже спустилась? Кошмар! И под землёй найдёт, если захочет, сволочь такая. Надеюсь, ты не решила, что у нас новые проблемы?
Я соизволила спуститься с лестницы, но ничего не ответила на вопрос Марго. Суть услышанных односторонних переговоров меня не обрадовала. Я видела, как вампиры по-настоящему злились, поэтому сразу поняла, что Марго буквально кипела от ярости, хоть и сдерживалась при мне. Тот человек (или вампир, что больше походило на правду), который только что звонил, вывел её из себя, а стоять рядом с ней было не очень безопасно. Если у вампирши что-то переклинит, меня не спасёт ни быстрая реакция, ни пистолет за поясом, ни мольбы о помощи.
— Я подумала, что к нам зашёл какой-нибудь гость, и ликаны позвонили тебе, чтобы об этом сказать. Скажем так, — всё же снизошла я до разговора с Марго и на всякий случай решила соблюдать дистанцию между нами. Злить злого вампира — занятие, конечно, интересное, но чересчур опасное, а я делала это без зазрения совести и почти с удовольствием.
— Гость? — Марго засмеялась, а я переместилась в гостиную и села в кресло, где можно было спокойно обдумать ситуацию. — Нет, у тебя паранойя. В другой раз не дам тебе спать весь день, чтобы не начинала казаться всякая ерунда.
И точно, подтверждая слова вампирши, настенные часы звонко пробили четыре раза. Я вздохнула, подавив желание ляпнуть что-нибудь не совсем культурное, после чего пошла на кухню с твёрдым намерением перекусить и поразмыслить над тем, что делать дальше — не только с сегодняшним днём, а вообще в Стоунбридже.
Моя телохранительница направилась вслед за мной, остановилась возле окна и стала искоса наблюдать за моими перемещениями. К счастью, ей хотя бы хватило такта не открывать рот.
Я постаралась не смотреть на Марго, но всё же иногда поглядывала на вампиршу. Та стояла вроде бы расслабленно, играя роль кухонного украшения, однако её внимательные зелёные глаза не пропускали ни единой мелочи. Конечно, моя полиция меня бережёт!
Судя по всему, делиться со мной подробностями разговора Марго не считала
нужным, а поднимать эту тему самостоятельно мне не слишком хотелось. Отголоски вчерашних сенсаций всё ещё здорово трепали нервы и заставляли меня сомневаться во всём, что я знала раньше. Чему я должна верить? Историям Жаклин и других охотников или словам вампирши? Раньше ответ на этот вопрос занял бы у меня не более секунды, но теперь я почему-то колебалась. Всё виделось иначе, более сложным и запутанным, чем прежде. Я запуталась в реальном и придуманном, в правде и лжи.— Что будем есть? — с энтузиазмом спросила Марго, когда я начала чистить картофель. Готовить было не обязательно, но я хотела привести в порядок голову, а в этом деле мне всегда помогала кулинария. Ничто так не расслабляло как приготовление овощей и мяса (в особенности варка курицы).
— Вампиры такое не едят, — огрызнулась я неприветливо и всадила нож в картофелину, почти разрубив её напополам.
— Почему? Мне без разницы, чем питаться. Я — универсал среди вампиров.
— Повторишь для человека, который не спал всю ночь? — проворчала я, отчаянно желая зевнуть во весь рот. Воспитание не позволяло, чтоб его, а так хотелось…
— Ладно… Повторю для особо одарённых… Я могу охотиться и на животных, и на людей, и на других вампиров, а могу обходиться человеческой едой, — Марго неопределённо махнула рукой, показывая, что ей действительно всё равно, чем занять рот. Я, в свою очередь, с тупым выражением лица посмотрела на вампиршу и потрясённо покачала головой. — Постоянно общаешься с вампирами, постоянно будешь узнавать о них что-то новое. Кстати, о птичках! Говорят, Питер пытался уговорить тебя присоединиться к нам. Это правда?
Марго прищурилась, и я поняла по её нетерпению, что это было важно.
— Ну… — неуверенно протянула я. Рассказывать о разговоре после дня рождения Аниты, когда я чуть не попалась на удочку Питера, мне не хотелось. — Было дело. Как ты сама понимаешь, я послала его на все буквы алфавита и запретила поднимать эту тему. Да, Питер дал мне подобие выбора, но меня это не волнует. Я не собираюсь становиться монстром, о чём ему и сообщила.
— Это-то понятно… Эх, был бы у меня такой выбор! — мечтательно вздохнула Марго, продолжая стоять возле окна и сверлить взглядом то меня, то улицу. — Увы, в моё время не спрашивали, хочу я быть вампиром или нет. «Ночными охотниками» становились часто, хотя умирали ещё чаще и быстрее.
— От чего же?
Я заинтересованно повернулась к Марго, но вспомнила, что собиралась приготовить курицу с картофелем, и снова вернулась к прерванному занятию, одновременно с кулинарией слушая занимательный рассказ вампирши.
— Умереть можно от многого! Конечно, нам сложнее такое провернуть, но сути это не меняет. Многие молодые вампиры убивали друг друга в драках (характер у новеньких тот ещё), а люди придумали серебряные колы и, когда достаточно поумнели и стали цивилизованными, самое страшное — Гильдию охотников и их «дочернее предприятие», Инквизицию! Из ста новообращённых обычно выживало не более десятка, или вообще никого не оставалось. Лично я считаю Адом старую добрую Францию, где убивали не только настоящих «ночных охотников», но и тысячи невинных людей. Ещё до резни в поместье охотников меня занесло туда, когда я спасалась от кое-кого из старых врагов. Хорошо, что в то время я не сунулась в Париж, где по обвинению в колдовстве отправляли на костёр даже за неосторожно сказанное слово. Вот это действительно ужасно. Оторвавшись от погони, я быстро убралась из этой проклятой страны и старалась обходить её до тех пор, пока там не стало относительно безопасно.