Исповедь убийцы

Вопрос должен был прозвучать требовательно, но вместо этого вышло какое-то обиженное лепетание, отчего я разозлилась и нахмурилась.

— Я ходил к машине, забирал кое-какие вещи из багажника. Я и не думал, что Дэвид очнётся и набросится на тебя!

— Не думал он… Можешь подать мне мою сумку? Где-то там была аптечка.

Питер тут же сорвался выполнять мою просьбу, с отвращением толкнув ногу Дэвида носком кроссовка. Я бы обошлась и без этой театральности, но что-то говорить рассерженному вампиру не рискнула.

— Тебе помочь? — спросил Питер виновато и забрал у меня упаковку бинтов и перекись. Конечно, это было смешной заменой нормальной больничной перевязке, но в походных условиях и такое сгодится.

— А как же твоя кровожадность? Больше не беспокоит? — уточнила я на всякий случай и будто невзначай подняла с пола выроненный во время схватки с Дэвидом пистолет.

— Так себе, но терпеть можно, — ответил Питер, который прекрасно заметил мою уловку и слегка обиделся. — К тому же я хочу свернуть шею не тебе, а той мрази, что лежит на полу. Даже здесь от него полно проблем!

— Ну, если завтрашняя встреча с Чарльзом пройдёт хорошо, тогда можешь его убить. Нам лишний свидетель без надобности.

— Ну и кто из нас двоих кровожадный? — с беззлобной насмешкой поинтересовался Питер, одновременно с этим разматывая мою повязку и непроизвольно облизываясь.

Если бы я была вампиром, я бы тоже пускала слюни при виде свежей раны, но, поскольку я всё же оставалась человеком, меня передёрнуло. Кровь и лимфа сочились из пореза, ненадолго застывали на коже и начинали ползти вниз, чтобы через секунду упасть на пол. Неприятная картина вызвала у меня желание подышать свежим воздухом. Хирургическая карьера — это, конечно, хорошая тренировка для нервов, но раны от неё более привлекательными не становились.

— Ты не мог бы открыть окно? — попросила я на всякий случай. Тошноты не было, но бледнеть, синеть, зеленеть и вообще менять цвета в душном помещении не хотелось.

Питер послушно подошёл к ставням и дёрнул за задвижки, распахивая настежь обе створки. После этого он вернулся ко мне и приступил к обработке раны, а я, пытаясь не смотреть на действия вампира, перевела взгляд на потрясающий пейзаж.

Всё же монстры умели выбирать дома. Каждое их жилище поражало воображение красивыми видами и причудливой архитектурой. Это здание ничем не уступало поместью Морганов или особняку Кроссманов. Конечно, оно было потрёпанным и запущенным, но всё равно оставалось по-своему красивым. А в царившем в зале беспорядке я находила некий шарм, присущий всем постройкам середины прошлого века. Мне нравились запахи краски и дерева, витавшие в воздухе. Скорее всего, Питер ощущал их гораздо лучше меня, но и для человеческого обоняния их было предостаточно. Я с удовольствием втянула носом ароматы старого дома и мокрой травы, нотки которой донёс до меня ветер.

Холмистая местность за окном казалась декорацией очередного голливудского триллера, неуловимо напомнив мне фильм «Посланники», который я когда-то смотрела вместе с Кристианом. Чуть покосившееся деревянное здание было очень похожим на дом из этого совсем не страшного ужастика.

Я улыбнулась приятным воспоминаниям. Да, порой окунуться в прошлое и заново прожить некоторые моменты совсем не вредно.

Руку отчаянно защипало, но мне удалось сохранить показную невозмутимость. Чтобы отвлечься от противных ощущений, я занялась изучением зала, то есть уже упомянутого беспорядка.

Не все мольберты были чистыми — некоторые покрывал толстый слой паутины, а на двух или трёх я заметила карандашные наброски леса. Стволы и ветки были прорисованы с такой хирургической точностью, что я сразу узнала кисть Симоны. Только она могла изобразить природу во всём её великолепии.

Большой клетчатый плед закрывал что-то объёмное, походившее на лежащую на полу скульптуру. Край камня, напоминающий мрамор, выглядывал наружу. По ровному срезу вились затейливые узоры в виде цветов и листьев. Почему-то вместе они складывались в очертания букв, но смысл фразы на таинственном языке оставался для меня загадкой.

Зато фигура дракона, висевшая на верёвках под потолком, таинственной не выглядела. Красное дерево, увитое сетью трещин и паутины, качалось от ветра и грозило вот-вот упасть, так что я тревожно провожала его взглядом.

— Ну, как-то так, — прервал моё наблюдение Питер.

Я отвлеклась от дракона и посмотрела на аккуратно наложенную повязку, белевшую на фоне присыпанной пылью кожи.

Боли я не чувствовала, видимо, из-за перекиси, или же Кроссман снова применил свою способность, во что я верила слабо, судя по безграничному спокойствию вампира. Похоже, в этот раз мой организм справился сам.

— Вот ты скажи, почему мне так «везёт»? — спросила я грустно. Вопрос получился риторическим, и я продолжила: — Сегодня утром всё было хорошо, а теперь мы сидим в заброшенном доме посреди леса и караулим прихвостня Александра. Кому рассказать — покрутят пальцем у виска и пошлют куда подальше…

— Я бы на твоём месте никому не рассказывал, что мы кого-то похитили, особенно человека, — улыбнулся Питер и лукаво прищурился. — Есть будешь? У меня тут где-то был термос с кофе и бутерброды, а еда повышает настроение. Ты слишком грустная.

— Надеюсь, бутерброды не со времён твоего детства? — засмеялась я в ответ и спрыгнула с табурета, чтобы помочь Кроссману собрать в сумку остатки бинтов и убрать в пакет мусор.

— Нет, — покачал головой вампир. — Им от силы полдня, не бойся.

— Хорошо, тогда неси. Я пока расчищу место, чтобы посидеть.

— Когда вернусь, свяжем Дэвида. Не хватало ещё, чтобы он сбежал, пока мы ужинаем. Или обедаем…

— Согласна. Я как раз нашла верёвку и кресло. Но убивать его нельзя!

— Да на что он тебе сдался? — покачал головой Питер и за плечи приподнял Дэвида над полом, перетаскивая обратно на диван.

— А как же предупреждение Аниты? — ответила я вопросом на вопрос и начала перекладывать книги со стула на пол. — Да и что ты собираешься делать с Александром? Линдерман знает, где его искать. Думаешь, это плохо?

— Нет, хорошо, и всё-таки мы рискуем, притащив Дэвида в это место. А вдруг за нами следили? Я знаю, ты попросила Нэнси побыть его нянькой, но она ненавидит сражаться и тут же сбежит, если заметит опасность. Она ненадёжна.

— И что ты мне предлагаешь? Перерезать Дэвиду горло и скинуть тело в залив с камнем на шее? А что потом?

— Отличная идея, — хищно потёр руки Питер. — У меня как раз завалялся турецкий ятаган из дамасской стали. Всегда хотел опробовать его на живом человеке…

Питер кровожадно улыбнулся, но даже в таком расслабленном состоянии я не смогла достать его кулаком. Мой удар пришёлся вскользь и едва зацепил плечо Кроссмана, который отпрыгнул от меня и залился хохотом.

— Иди за бутербродами, пока я не вспомнила про пистолет!

— Ты что, шуток не понимаешь? — хмыкнул Питер и двинулся к выходу из зала. — Ладно, я ушёл. Не скучай!