Канашибари

Я бросилась дальше и спряталась за креслом. Однако голова облетела его и со злорадством уставилась на меня. «Ран» открыла рот, чтобы вновь закричать, как вдруг ей в висок прилетела горящая свеча. Голова слегка дернулась в сторону, а часть её волос загорелась. Ёкай вновь пронзительно закричала, но теперь от боли.

— Акияма, дверь! — крикнула Кандзаки, сама бросившись к выходу. Я поспешила следом, пока голова пыталась потушить огонь о стену. Кандзаки открыла дверь и выбежала в коридор, но когда я перешагнула через порог одной ногой, то почувствовала, что зубы ёкая вцепились мне в предплечье.

Я вскрикнула, а зубы сжались еще сильнее. Я ощутила на коже теплые струйки крови.

— Кандзаки! — в моем голосе зазвенело отчаяние. Девушка выбралась — она в относительной безопасности. У нее нет причин возвращаться и помогать мне.

Голова дернула меня назад, и дверь захлопнулась прямо перед моим носом.

«Ран» за руку потащила меня в центр комнаты, и я снова вскрикнула от боли и упала. Расцепив зубы, голова взлетела и злобно оскалилась, готовясь вцепиться мне в горло. Она снова завопила и кинулась вниз, но я перекатилась в сторону, и встав, бросилась к столу, чтобы схватить свечу или что-то потяжелее.

Однако мои пальцы схватили лишь воздух. Ёкай вцепилась мне в ногу и, дернув, потащила назад. Я, упав, проехалась животом по полу. Однако, зло сцепив зубы, перевернулась на спину и в последний момент успела выставить вперед руки. Я зажмурилась от ужаса, удерживая на удивление сильную голову всего в нескольких сантиметрах от лица. Сквозь жуткий вопль ёкая, от которого мороз шел по коже, я расслышала скрип двери.

Руки ныли, а барабанные перепонки, казалось, были близки к тому, чтобы лопнуть. В голове промелькнула мысль, что я больше не выдержу, однако вопль ёкая резко прекратился. Я распахнула глаза и поняла, что монстр, прервав попытки вцепиться мне в горло, летал кругами по комнате. Мне даже показалось, что лицо существа искривилось в недоумении.

— Тело? Где мое тело? — пробормотало оно. — Тело! — раздался страшный крик.

Я, не теряя времени, подскочила и бросилась к выходу. Игнорируя боль в руке и жжение в ноге, я старалась двигаться как можно быстрее, и, распахнув дверь, буквально вылетела в коридор. А затем, привалившись спиной к захлопнувшейся двери, сползла на пол.

Сердце билось как сумасшедшее, а в ушах стучала кровь. Я несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, приходя в себя. Однако дрожь в уставших руках не уходила.

— Акияма-сан, ты как? — рядом со мной на колени присела Кандзаки. Она аккуратно прикоснулась к коже над укусом на моей ноге. — Эта рана не серьезная, поверхностная. Что с рукой? Сними кофту, надо проверить и перевязать.

— Ты не ушла? — вместо ответа спросила я, пытаясь отдышаться. — Ты что-то сделала с телом? Как ты догадалась?

— Как я могла уйти? — Удивленно пробормотала Кандзаки, а затем требовательно посмотрела на меня и помогла мне стащить толстовку. К счастью, под ней была майка. Рана была не так плоха, как можно было бы подумать — спасла ткань толстовки. Кандзаки оторвала часть кружев с подола, и аккуратно перевязала мне руку.

— Спасибо… — произнесла я. Дыхание выровнялось, сердце почти вернулось к нормальному ритму. Я должна была взять себя в руки. Мы были еще далеки от выхода из особняка.

— Я и не догадалась, — продолжила Кандзаки, помогая мне встать. Мы пошли дальше по коридору. — Я не знала, что делать, когда дверь захлопнулась, но через несколько секунд в коридоре появился тот парень. Я сказала, что голова Ран пытается нас убить, а он ответил, что если… как там его… нукэкуби [72] не найдет свое тело, то умрет.

72

Нукэкуби (яп. ??? «отсоединяющаяся шея») — это вид ёкаев, голова которых отделяется от тела по полоске символов на шее и улетает на поиски добычи.

— Тот парень?.. Кадзуо?

— Наверное, — отозвалась Кандзаки. — Он не представился и быстро ушел. Тогда я схватила тело этой нукэкуби, пока ты… ее отвлекала. И закинула в ту комнату.

Кандзаки кивнула на одну из дверей за нашими спинами.

— А что там? — уточнила я. Туда мы не заходили.

— Не знаю, — Кандзаки пожала плечами, слегка улыбнувшись. Однако в её глазах не было и капли веселья. — Я просто толкнула тело в темноту. Это было жутковато, все таки головы не было…

Девушка коротко рассмеялась, но смех её был наигранным.

— Нужно искать дальше, — хмуро ответила я. — Проверим еще какую-то дверь здесь или пойдем вниз?

— Лучше здесь, мы были лишь в двух комнатах. В трех. Можно еще проверить, как дела у других… Если мы не найдем тех троих, значит они или спаслись, или мертвы. Кадзуо тоже вряд ли нашел выход внизу, раз поднялся сюда. Да, лучше здесь.

Я хмыкнула, но промолчала. Кадзуо запросто мог найти выход и никому ничего не сказать. Я была удивлена, что он подсказал Кандзаки как меня спасти… И откуда он знал про нукэкуби?

Если увижу его еще раз, спрошу. Я хотела и поблагодарить его, и задать пару вопросов.

— Я думаю, что… — начала было я, но тут послышался детский голос:

— Йоко!

Мы обе обернулись. В конце коридора стояла девочка лет двенадцати с двумя хвостиками и в цветном платье.

— Йоко! Помоги мне! — крикнула девочка.

— Это кто? — настороженно спросила я, но глянув на Кандзаки, увидела, что та побледнела, а губы её задрожали.

— Нанако… — прошептала Мори. — Что ты здесь делаешь?

— Йоко, мне страшно! Помоги! — девочка заплакала и скрылась за поворотом.

— Нет, стой! Нанако! — Кандзаки испуганно крикнула и побежала за ребенком.

— Кандзаки-сан, подожди! — воскликнула я, хватая девушку за запястье. Я была уверена, что это ловушка. Но Кандзаки без труда вырвалась и оттолкнула меня так, что я едва устояла на ногах.

Этот внезапно появившийся ребенок казался подозрительным… Нет, он был подозрительным. Я еще не видела в этом месте детей, да и среди участников в самом начале этой девочки не было.

Я собиралась броситься за Кандзаки, которая уже завернула за угол, как вдруг мне на плечо легла чья-то легкая рука. Я вздрогнула и резко обернулась. По спине побежали мурашки.

Передо мной стояла женщина в белом кимоно. Часть её блестящих черных волос была распущена и спадала на плечи, а часть была заплетена в замысловатую прическу и украшена гребнем. На меня смотрели большие красивые глаза глубокого цвета кофе под тонкими, изящными бровями. Но вторая половина лица женщины скрывалась за марлевой повязкой. Руки незнакомка держала внутри широких рукавов кимоно.