Канун

Затмъ она собралась и ухала въ южный городъ. Здсь она завела сношенія съ остатками того кружка, къ которому принадлежалъ когда то Зигзаговъ. Это были немногіе, случайно уцлвшіе отъ погрома, кончившагося четырьмя, дйствительно совершенными, казнями и многими ссылками.

Ей это далось нелегко. Къ ней относились недоврчиво. Ея недавняя близость съ Балтовымъ служила ей преградой.

Но пріхалъ Володя. Въ Петербург ему какъ-то ничто не удавалось. Точно какой то злой рокъ вислъ надъ нимъ. Онъ вернулся въ родной городъ, чтобы здсь заняться своей адвокатской профессіей.

Несмотря на родство съ Балтовымъ, его личность не была подвержена сомннію. Ему довряли. И вотъ ему то и удалось растопить ледъ, мшавшій сближенію Натальи Валентиновны съ людьми, которые ей были нужны.

А нужны они были ей для дла, которое она считала своимъ священнымъ долгомъ. Она поставила задачей своей жизни возстановить доброе имя Максима Павловича.

Посл того, какъ онъ застрлился, правда. явилось колебаніе, и многіе стали думать, не впали ли они въ ошибку? Но не кому было воспользоваться этимъ настроеніемъ. Курчавинъ и его обычные сотрудники очень скоро забыли о своемъ «украшеніи». Люди эти были большею частью равнодушные, а для многихъ изъ нихъ добровольное устраненіе себя Зигзаговымъ было чистымъ выигрышемъ. Онъ своимъ талантомъ, своей необходимостью, устранялъ ихъ отъ первыхъ ролей въ журналистик. Теперь они выплыли на поверхность.

Наталья Валентиновна энергично принялась за осуществленіе своей задачи. Она собирала у себя людей, говорила имъ о прошломъ, приводила доказательства. Предсмертное письмо Зигзагова къ ней было яркой иллюстраціей его ужасной душевной драмы. И оно сыграло важную роль. Его отослали за границу и напечатали въ одномъ изъ русскихъ органовъ, съ трудомъ тогда проникавшихъ въ Россію.

И она видла, что мало-по-малу ледъ растаялъ, имя Зигзагова совершенно очистилось отъ прилипшей къ нему грязи и онъ былъ признанъ честнымъ борцомъ за всмъ дорогое дло освобожденія родины.

Съ Балтовымъ она никогда не встрчалась.

Конецъ.

1906