КОРМУШКА

Да, вернёмся сюда через семь дней. Думаю, что этого времени хватит, чтобы принятое решение осело в головах попрочнее, а так же выветрился ненужный энтузиазм. Ни к чему он, совсем ни к чему. Лучше пусть сомневающиеся передумают сейчас, чем потом будут шипеть в спину, напрашиваясь на удар в морду. И это тоже проходили, даже в более глобальных масштабах - целые страны тащили за собой в светлое будущее. И что получили в ответ? Да, у стран та же самая градация, что и у общества, разве только вторая категория почти отсутствует, а третья составляет подавляющее большинство.

Не выясненным оставался один-единственный вопрос - каким образом мы поведём народ на новое место жительства? Моисею было легче - впереди сорок лет, вокруг пустыня, а египтяне только сзади. Нас же тварёныши поджидают со всех сторон. Мы, собственно, и собирались обсудить эту проблему, только собеседников отчего-то потянуло на политику. Неужели сытость так пагубно подействовала? Вполне может быть - на голодный желудок подобной хренью не заморачиваешься.

Тем временем Владимир Иванович продолжал философствовать, рисуя шампуром в воздухе восклицательные знаки, и сейчас напоминал институтского преподавателя марксизма-ленинизма, обмывающего с друзьями защищённую диссертацию. А если бы ещё бородку с лысиной, так и сам основоположник, где-нибудь в Разливе.

–  Вот ты, Андрей, спрашиваешь, - Никитин зачем-то отставил шампур на вытянутую руку и полюбовался им.
– Да, спрашиваешь…

–  Я?

–  Ну, или хотел спросить про репрессии.

–  А будут?

–  Обязательно. Это же не погромы, без которых можно с трудом, но обойтись, а дело очень серьёзное и ответственное. Не буду упоминать теорию ротации элиты и необходимости не менее регулярных кровопусканий для неё. Об этом достаточно много писали, говорили многие, и признавали полезность. Но! Но давай посмотрим на проблему с другой стороны, с позиции кухонного политика, так сказать.

–  Кого?
– не понял Андрей.

–  Ну да, ты же не застал, а вот твой отец… - Владимир Иванович кивнул в мою сторону.
– Он хорошо помнит времена, когда на кухнях перемывали косточки политикам, местным властям. Позднее - олигархам. И вдыхали грустно - расстрелять бы гадов! В принципе, словами всё и заканчивалось, даже на самом высоком уровне. Обещали мочить в сортире… и обманули. Так что сталинизм, Андрюша, это не политическая теория, а, в первую очередь, ответственность за свои обещания и поступки. В том числе и собственной головой, вот как вы.

Я только хмыкнул и поставил пустой стакан на пластмассовый стол. Походной мебелью, как и запасами неплохого вина, мы разжились на базе отдыха "Татинец". Да… лихо Иваныч завернул. Но, в общем-то, он прав. Каждый порядочный человек, если он не порядочная сволочь, обязан отвечать за слова и действия. Не по понятиям, как у урок, а по совести. При её отсутствии - по всей строгости… и так далее. И если это называется сталинизмом, то пусть будет сталинизм. Я согласен.

–  Значит… - Андрей интонацией выделил вопрос, - строим коммунизм?

–  Возможно, - согласился Никитин.
– Советская власть плюс электрификация всей страны… Нечто подобное, без электрификации, конечно, мы сейчас наблюдаем практически во всех выживших деревнях и городских анклавах. Но это военный коммунизм, который неизбежно перейдёт, ну, или скатится, к феодализму.

–  Как так?

Владимир Иванович пожал плечами:

–  Право сильного. Думаешь в вашем Дуброво не получилось бы образцово-показательное баронство? Ещё как бы получилось, особенно при населении, на восемьдесят процентов состоящем из бывшей интеллигенции. Даже скажу - люмпен-интеллигенции. Понимаешь, натура-то осталось прежней - наступивший на горло сапог обязательно должен быть облизан. Вот когда давление ослабнет, укусят непременно, такова порода.

–  Да и хрен с ними.

–  Совершенно не согласен.

–  Почему же?

–  Могил не хватит - горбатых выпрямлять. Их такими воспитали. Не думаешь же ты, что интель сразу таким и рождается?

–  Нет, конечно.

–  Вот! Ничто человеческое им не чуждо, и при должной дрессировке вполне можно получить приличных и вменяемых подданных. Да-да, не смотри так удивлённо, я точно уверен, что именно монархия нужна в данном конкретном случае. Причём абсолютная, с эшафотами и строем барабанщиков перед ними.

–  Иваныч, - Андрей фыркнул и насмешливо прищурился.
– Опыт общения с Павловским княжеством ни о чём тебе не говорит?

–  Не сравнивай! Там дешёвый балаган, пытающийся стать комедией дель арте, но не более. Какая, в задницу, монархия в бандитской группировке? А вот мы, то есть вы… то есть он, - Никитин опять кивнул в мою сторону, - совсем другое дело. И так будет, потому что иного выхода нет.

Хм… определённо товарищу напекло голову, не иначе - вино-то слабенькое. Вот только несколько дней назад собирался стреляться, а сегодня предлагает империю построить. Ну, пусть не империю, пусть что-нибудь меньшее по масштабам… но моё мнение можно было узнать? Реставраторы хреновы. Или основание новой династии реставрацией уже не считается? Вполне возможно - никогда не интересовался этим вопросом.

Замечательно! Так и представляю себе жителей Дуброво в красных кафтанах, с песней про Марусю марширующих на Изюмский шлях. Ага, с бердышами и фузеями на плече. А Павлово будет нашей Кемской волостью. Бред полный. Или я с годами стал терять чувство юмора?

–  Иваныч, - вопросительно смотрю на Никитина.
– И как ты это себе представляешь?

–  Вселенский Собор, традиционно.

–  Да ну? И волшебник в голубом вертолёте будет катать по всей России за этими, как их там… депутатами?

–  Зачем? Если вспомнить труды некоторых философов прошлого, то человек сам по себе является вселенной. Так что меня и Андрея вполне хватит на выборы тебя в цари. Не будешь же именоваться пошлым королевским титулом?

–  Постой, а мой голос не учитывается?

–  Нельзя, ты лицо заинтересованное. Андрей, голосуем?

–  За.

–  Аналогично. Так что поздравляю Ваше Величество с единогласным избранием.

–  Тьфу на вас обоих. Ладно, хорош шутить, давайте вернёмся к нашей проблеме. Какие предложения по дальнейшим действиям?

У Андрея с лица сразу пропала глумливая улыбка:

–  Брать город надо, пап. Тут и думать нечего.

–  Подожди, минут десять назад ты был против, не так ли?

–  Я и сейчас против, - сын криво ухмыльнулся.
– Но брать всё равно надо, хотя бы из врождённой хозяйственности.

–  Причём тут хозяйственность? Обычное чувство самосохранения. Или, думаешь, место господина Негодина будет долго пустовать? Как бы ни так, наверняка нашёлся кто-то шустрый. И что мы получаем в итоге?