Крёстный сын

– - Кто тебе шил одежду?

– - Портной старика. Тот же, кто делает для тебя бальное платье.

– - И он видел тебя голым?
– - с некоторым беспокойством спросила она.

– - Черт, я так понимаю, он и на тебя полюбовался?

Ив кокетливо улыбнулась и кивнула. Помрачневший Филип заворчал:

– - Вы тут в столице занимаетесь черт знает чем, извращенцы хреновы, и все нормально. А я всего лишь спал с женщинами и уже преступник.

Ив с трудом сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Ее любовник оказался еще и ревнивцем. Ну, точно, вон как зыркнул исподлобья, будто она переспала со всеми его дружками-гвардейцами, да не по одному разу. Вообще-то даже приятно: он ею дорожит, считает своей... А ей нравится принадлежать ему... Не стоит его мучить.

– - Фил, ты иногда напоминаешь мне ребенка, -- сказала она, улыбаясь.
– - Мастер почти ко мне не прикасался. Что в этом такого?

– - Ладно, ничего, проехали. К чему эти расспросы, Энджи?

– - Раз он видел тебя голым, мог догадаться, кем ты был. Странно, что старик на это пошел.

– - Я тоже тогда забеспокоился, но твой отец сказал, что, во-первых, у мастера любая информация в полной безопасности, во-вторых, его брат -- лучший адвокат в столице и его помощь может мне когда-нибудь понадобиться.

– - Странно все это, -- сказала девушка, задумавшись.
– - Надо бы последить опять за стариком.

– - Только не вечером и не ночью, -- попросил Филип.

– - Почему? Мы могли бы пойти вместе.
– - В глазах его подруги заплясали бесенята.
– - Я бы смотрела в глазок, а ты бы в это время мог войти в меня сзади. Или ласкать языком. Или...

– - Все, милая, хватит! Нашел я на свою голову наказание за прошлые грехи!
– - притворно возмутился Филип, раздвигая ей ноги и целуя по очереди несколько маленьких темных родинок на внутренней поверхности бедра.

– - Подожди еще чуть-чуть! Я забыла тебе сказать...
– - она нежно запустила пальцы ему в волосы.

– - Что еще?
– - он нехотя поднял голову.

– - У меня договор со стариком, если наше знакомство на балу пройдет нормально, ты выучишь меня владеть мечом.

– - Ты и так уже прекрасно владеешь моим, -- попытался отшутиться он.

– - Фил, это не шутки.

– - Ну, ладно, -- вздохнул он, садясь с ней рядом, -- договаривай.

– - Мне всегда нравилось это занятие, еще с детства. Кое-чему я научилась в ранней юности, пока мама была жива, потом отец запретил. Я видела, как ты его уделал, и как учишь гвардейцев. Уверена, у меня получится. Пожалуйста!
– - она умоляюще посмотрела на него.
– - Старик сказал, что не будет против, если ты согласишься.

Филип помолчал. "Если она пошла в отца, у нее точно получится. Реакция у Энджи что надо", -- подумал он, вспомнив, как ловко девушка уворачивалась в постели, желая подразнить его.

– - Ладно, -- наконец сказал он.

Ив бросилась его обнимать.

– - Не боишься, что мы выдадим себя во время занятий?

– - Нет. Я слишком хочу научиться, а тебе нравится учить. Почувствуем опасность -- прекратим.

– - Ты кого хочешь уговоришь! Как стрясла со старика такое обещание?

– - Сначала он мне задолжал за то, что я выходила тебя, потом -- за согласие пойти на весенний бал и прилично себя там вести.

– - Здорово ты его поимела! Признайся, делала что-нибудь, пока я валялся без памяти?

– - Ложись, покажу.

Заинтригованный Филип подчинился, и девушка имела возможность довести так понравившееся ей в свое время занятие до конца.

IV

Наступил день бала. Вечером Правитель зашел за дочерью около половины восьмого. Он окинул Ив оценивающим взглядом и остался недоволен. "Девчонка в последние недели как будто еще похорошела. Вот наказание!". Платье делало ее похожей на прекрасную статую, украшения подчеркивали белизну кожи и блеск зеленых глаз.

– - В последний раз предупреждаю тебя...
– - начал Правитель.

Ив закатила глаза.

– - Отец, прекратите, я все давно поняла. Вы доповторяетесь до того, что выведете меня и сами все испортите.

– - Ладно, пошли.

По дороге Правитель отдавал последние распоряжения: пробыть на балу не менее трех часов и не уходить, не поставив его в известность. Ив послушно кивала.

Они вошли в Большой бальный зал первыми и встали напротив входа, приготовившись встречать гостей. Дочь Правителя не любила балы, но зал, где они устраивались, ей нравился. Просторный и высокий, с небольшими окнами почти под самым потолком, белые отштукатуренные стены густо увешаны рогами оленей и косуль. Сводчатый потолок из светлого камня украшала вычурная резьба и нарисованные золотом звезды. Вдоль стен стояли кресла и небольшие диваны, между ними располагались высокие многосвечные канделябры. Ив иногда пробиралась по потайным проходам в бальный зал, когда он пустовал, а массивные дубовые двери были закрыты на ключ. Солнечными летними днями там было светло и радостно, в пасмурную погоду она зажигала несколько свечей. Чаще всего девушка устраивалась с книгой в кресле или на диванчике. В гулкой тишине просторного помещения шорох переворачиваемых страниц звучал со странной отчетливостью. Иногда она просто сидела там и мечтала или приходила в себя после очередной стычки с отцом.

Гости еще не начали собираться, и она осмотрелась, вглядываясь в знакомые предметы, настраиваясь на нужный лад. Им с Филипом нужно сдать этот дурацкий экзамен, обвести старика вокруг пальца, чтобы он отстал от них и хоть немного успокоился. Ее взгляд наткнулся на двух гвардейцев, несших караул у дверей. "Охраняют моего любимого папочку", -- подумала Ив.
– - "Да это же лучшие друзья Фила!" У дверей действительно стояли Шон и Кайл. Дочь Правителя нахмурилась: с некоторых пор черноволосый красавчик, которого, как она хорошо помнила, звали Кайлом, пристально наблюдал за ней. Сейчас и он, и его веснущатый приятель-острослов неотрывно смотрели на нее, но это было, конечно, не наблюдение, а эффект, произведенный ее нарядом. Девушке мучительно захотелось показать им язык, но пришлось сдержаться. Подобные игривые выходки вывели бы из нужного настроя, а расслабляться нельзя ни в коем случае: от того, как она будет себя вести, зависит жизнь Филипа.