Кровь предателя

Что действительно его заботило, как и любого другого имевшего несчастье побывать в сражении, так это равны ли силы сторон. Кто мог одержать победу в схватке на смерть?

– Просто ужас, черт возьми, - усмехнулся сидевший на корточках парень с выпученными глазами и приплюснутым носом. Для пущего убеждения он сплюнул в огонь, плевок, извиваясь, пошел пузырями, попав на горящее бревно.

– Что именно, капрал?
– раздался голос из-за спины.

Сидевший на корточках вскочил, обернулся и, столкнувшись лицом к лицу с говорившим, напрягся. Он не отрываясь глядел на макушку шляпы новоприбывшего, благоразумно стараясь не смотреть в одинокий глаз, сверливший его взглядом.

– Прошу прощения, сэр. Я всего лишь согласился с Сэмюэльсом, - пробормотал он, указав на человека справа от себя. Сэмюэльс, худощавый, диковатый на вид юнец с перевязанной рукой, тоже вскочил на ноги. Более того, все семеро, устроившиеся возле костра, последовали его примеру.

– Согласился?

– Что вчера зрелище было неважнецким, сэр. По правде говоря, для обеих сторон.

Страйкеру нравился этот пикинер и его грубоватые манеры, но уважение собственных солдат было важнее.

– Здешние не привычны воевать, Джимми, - сказал он, кивнув на костер.
– Не возражаете?

Джимми беззубо улыбнулся.

– Конечно нет, сэр.

После этого солдаты слегка расслабились. Он был крутым засранцем, этот капитан Страйкер, но еще и неплохим парнем. За эти годы им довелось не раз вместе сидеть у костра, и ему нравилось при случае поболтать с солдатами.

Скрестив ноги, Страйкер занял свое место в кружке солдат, жавшихся поближе к теплу костра.

– Прошло много времени с тех пор, как эта земля в последний раз видела битвы, так что мужчины забыли, как нужно сражаться, - произнес он, обведя всех взглядом.

– Однако есть те немногие, кто знают, ради чего они здесь, сэр, - рискнул заметить веснушчатый Сэмюэльс.

– Да, есть, - ответил капитан, хищно ухмыльнувшись юноше. В холоде ночи плясали огоньки пламени, дрожащий свет от костра выхватил лицо Страйкера, высветив старые шрамы и блестящий всевидящий глаз.

Иисусе, ужаснулся пикинер - в оранжевом отблеске огня он выглядел вылитым любимцем Люцифера. Несмотря на тепло костра, Сэмюэльса бросило в озноб. Он видел, как ужасный шрам дергается и подрагивает, когда капитан в ярости. Он видел, как эти могучие плечи сотни раз размахивали смертельным оружием, и исход был лишь один. Сэмюэльс, как и все его сослуживцы по роте, думал об этом человеке больше, чем кто-либо в армии его величества. Они сражались и убивали бок о бок. И они всегда откликнутся на его зов.

Подняв палку, Страйкер принялся ворошить горящие поленья, подняв дождь искр.

– Проблема в том, - сказал он, ни к кому не обращаясь, - что лишь у тех из нас, кто побывал в Европе, есть опыт. Мы знаем, с чем имеем дело, Сэмми. Остальные - слабаки.

Его слова вызвали одобрительное ворчание. Любую из этих армий на куски покрошили бы огромные военные машины, с которыми им довелось сражаться на континенте.

– Тем не менее, - раздался из-за костра голос человека, сидящего напротив Страйкера, - ведь всё прошло не так из рук вон плохо?

– Что вы имеете ввиду, сержант?
– спросил другой солдат.

Скеллен фыркнул, показав этим, что вопрос его не волнует.

– У нас в руках дорога, так ведь? Именно этого мы добивались и получили.

Страйкер кивнул. Обе стороны надеялись на сокрушительную победу, которая положил конец междоусобице еще до того, как она разгорится в полную силу. Возможно, еще остался шанс, при условии, что дорогу на Лондон откроет если не победа, то неспособность Эссекса заблокировать дорогу на юг. Им приказали наступать на Банбери, который капитулировал, и теперь Страйкер, и Скеллен, очевидно, тоже, ожидали, что король ринется дальше на юг и овладеет Оксфордом. После чего они могли наступать на столицу.

Беседа у костра вскоре перекинулась на другие темы - женщин, которых они оставили, таверны, в которых проводили время в прошлом, качество пива на континенте. Любые темы, кроме ужасов битвы. Дело в долине у подножия Эджхилла выдалось тяжелым. Холодным, кровавым и безжалостным. Счет мясника [8] Страйкер получил, когда колонна устроилась на привал посреди домов и полей Банбери.

Его всегда нелегко было читать, а этот в особенности. Не то чтобы он был худшим из всех, что ему довелось видеть, но и переварить его было трудно. Это - гражданская война, и каждый безымянный человек, чья смерть записана в счете мясника, был уроженцем этих островов. В войсках короля пятьсот человек пали смертью храбрых и еще пятнадцать сотен получили ранения. Страйкер знал, что подобные цифры насчитают и у походных костров сторонников парламента в это самое мгновение.

8

"Счетом мясника" называли список убитых в бою.

– Капитан Страйкер?
– дружескую беседу нарушил посторонний голос.
– Будьте добры, мне нужен капитан И. Страйкер.

Страйкер медленно поднялся, синяки и ушибы прошлой битвы незамедлительно дали о себе знать.

– Я Страйкер, - произнес он, повернув лицо к новоприбывшему, чей мундир постепенно выступал из тьмы.

– Лейтенант Моррис, сэр, - произнес мужчина, протянув Страйкеру руку. Он был едва оперившимся юнцом, но преподносил себя с уверенностью, которая, как незамедлительно догадался Страйкер, проистекала из богатства и привилегированного положения.
– С наилучшими пожеланиями от лорда Саксби, сэр, и простите, что значит И?

– И?
– тихо, почти угрожающе спросил Страйкер.

– В вашем имени, сэр, - продолжил Моррис, не обратив внимания на тон старшего по званию.
– Могу ли я спросить, что это значит?

Люди, сидевшие вокруг костра, напряглись. Никто, даже Скеллен, не знал, как нарекли Страйкера при рождении, но то, что допытываться его имени опасно, стало общеизвестным фактом.

– Нет, лейтенант, не можете.

Моррис пожал плечами.

– Что ж, неважно. Сэр Джон требует, чтобы вы незамедлительно к нему явились.

– Сию минуту? Уже поздно и холодно, парень. Не могу ли я по крайней мере сперва осмотреть место ночлега?

– Боюсь, что нет, сэр.
– любезно улыбнулся лейтенант.
– Он категорически настаивал.

Страйкер заскрежетал зубами и гневно заиграл желваками. Но затем вздохнул.

– Конечно же, он, черт его дери, настаивал.

Комната было богато обставлена. В сердце массивного каменного очага потрескивал огонь, отбрасывая дрожащий свет. Вдоль стен рядами стояли книжные шкафы. Полки были забиты внушительными томами с подогнанными друг к другу, словно отряд пикинеров, корешками. С потолка свисал огромный канделябр, а под ним разместился широкий дубовый стол, заваленный разбросанными свитками. Владелец комнаты и всего этого беспорядка отсутствовал.

Страйкера сопровождал лейтенант Моррис, совершивший вместе с ним небольшую прогулку от полного овечьего дерьма поля, на котором разместилась рота, через городские ворота, до тихой улочки со впечатляющими домами, за которыми маячила громада норманнского замка Банбери.

Пройдя половину улицы и несколько дозоров роялистов, они добрались до большого дома торговца. Произнеся пароль угрюмому мушкетеру, стоявшему на часах, они получили разрешение войти. Они прошли по длинному коридору мимо нескольких комнат и еще троих часовых, прежде чем добрались до нужной комнаты. Войдя туда, Моррис поспешно ретировался, оставив Страйкера в одиночестве ждать вызвавшего его человека.