Мэрианн

— Скёль!!

Веселье продолжилось, но мне сегодня перепивать было нельзя. Обернувшись к отцу, начала заговаривать его различными разговорами не по теме. Главное, чтобы он захмелел раньше меня. Подливая регулярно в оба кубка, сама только делала вид, что пью, искренне радуясь, что в отличие от Герфельда здесь не в части прозрачные бокалы. Так же играло на руку, что к моменту когда я спустилась пир уже был в разгаре, а значит князь изначально выпил больше меня. Но он и по телосложению в два раза крупнее. Чувствуя, что начинаю хмелеть, выходила «танцевать». На практике мне нужно было пройтись и подышать свежим морозным воздухом. Тогда же и увидела, что небо начало слабо светлеть, значит тянуть дальше было нельзя.

— Отец, а нам обязательно сидеть до самого конца пира?

— М? — Князь всё же порядком захмелел, теперь надо было увести его в покои, чтобы он не кинулся меня искать раньше времени.

— Пировать они так будут ещё не один час, пока солнце не поднимется высоко, а я устала, может пойдём в покои?

— Мгм.

Проводив отца до его комнаты, спустилась обратно и широко улыбаясь взяла два полных кубка. Выйдя на улицу, снова вернулась на задний двор к уже знакомому жуткому закутку.

— Все всю ночь праздновали, а вы и кубка не опрокинули? Не порядок! Сегодня все поминают павших, вы слышали?

— Слышали, княжна.

— Так пейте! И дайте мне ключи.

— Не положено.

— От одного кубка ничего не будет! Князю Алану я не скажу.

— Нет, княжна. Никого кроме князя Алана пускать к пленнику не велено.

— Я княжна?

— Княжна.

— Вопросы?

Воин нехотя протянул мне связку, забирая из рук бокалы. Отворив тяжёлую металлическую дверь, вошла. Должно быть, так себя чувствовала Илин. Теперь моя очередь. Знакомая решётка в слабом свете.

— Должно быть обидно умирать вот так, не в бою?! — Приблизившись, потянулась к замку, открывая и заходя внутрь. В глаза, в которых сменялись эмоции, старалась не смотреть. — Ваша Светлость, а ведь вам много раз предлагали сдаться миром! — Роберт недоверчиво сощурился. Он собирался уже что-то сказать, но я приложила палец к своим губам, показывая, чтобы молчал. Потянувшись, высвободила обе руки. Роберт обмяк, потирая запястья. Знакомое чувство. Сняв с себя плащ, накинула на плечи короля, застёгивая. Роберт поднял на меня недоуменный взгляд. Не удержавшись, погладила ладонью по щеке. Не знаю, что чувствовала Илин, помогая мне бежать, но ситуации у нас с ней разные. Только сейчас поняла, что по факту она тоже предавала родину, вызволяя княжну враждующего государства. От ситуации, обстановки, воспоминаний и того, кто был передо мной на глаза навернулись слёзы. Роберт снова хотел что-то сказать, но я покачала головой, утирая влагу ладонью. Достав из-за пояса кинжал, что хранила всегда с собой, вложила в руку королю. Видя, что он по прежнему не понимает, указала подбородком на дверь. Роберт протестующе закачал головой. Нахмурившись, указала пальцем на кинжал и на дверь. Не дожидаясь реакции, засунула руку в оковы и застегнула замок ключом. В глазах Роберта наконец появилось понимание, сменившееся отчаянием. Впервые видела его таким разбитым. От нахлынувших эмоций снова потекли слёзы. — Стойте!! Не смейте!! Остановитесь!! Стража!!! — Я бросила связку ключей в сторону, чтобы выглядело так, словно её откинул Роберт. Тот кивнул и вновь стал собранным. Вот так лучше. В коридоре уже слышался топот воинов. Кинув на меня последний взгляд, выбежал из маленькой каменной комнаты. Кусая губу с сожалением думала, что хорошо бы потерять сознание, как обычно бывало от проклятья, когда переживания били через край.

Глава 7 "Дом"

Но, даже здесь, в кандалах,

Ты устоял как скала,

Глаза ни разу вниз не опустив

(Марко Поло — «Месть Графа»*)

Сначала было страшно. Страх сковывал рёбра, не позволяя вздохнуть. Прислушивалась к каждому звуку и зажмурив глаза кажется видела всё происходящее даже через толстые стены каменного мешка. Каждый шаг, свист длинного клинка, как и короткие точные выпады человека с кинжалом. Довольно быстро всё стихло. Всё же кажется не зря князь опасался короля и Роберт действительно опасен даже проведя неделю в темнице. Я зябко поёжилась и потёрла плечи свободной рукой. Не знаю, как король мог сидеть так долго на половину обнажённым, мне же было холодно и в платье. Надеюсь его согреет мой плащ. Но кто согреет меня?

За стенами по прежнему слышалось гуляние пира. Князь спит, воины либо мертвы, либо в погоне за королём. Вероятнее второе, иначе бы уже давно слышался переполох. Всё же королевские воители не так плохи. Если в княжестве это добровольный выбор в который ты приходишь когда захочешь, то аристократов учат владению мечом ещё юными мальчиками. Конечно, если говорить именно о высшем обществе, а не о солдатах, которых наши люди косили толпами. Фрайфолы широкоплечие и сильные потому, что наши кузнецы не так умелы, а оружие более грубое и тяжеловесное. Королевские мечи остры и смертоносны на столько, что даже такой любитель как я смогла достичь высот всего лишь соединив тяжесть клинка и движения танца. Что говорить о короле, не обременённом даже стальными латами? Пусть ему будет тепло… Как же холодно…

Время шло удивительно долго. Я старалась отвлечь себя всеми возможными способами, но интерьер и обстановка снова и снова уносили меня далеко в белое королевство. Так что ничего удивительного, что в какой-то момент перестала отличать где правда, где вымысел, а где воспоминания.

«Я бежал, но я не спасся»

От холода и сырости тело била крупная дрожь. Снова прутья и тусклый свет факела. Слышится музыка и смех. Это вес пира или королева всё же насмехается надо мной? Как же раздражает звук капель весенней вы, что сочится сквозь камень.

Холодно и мокро. Рука прикована только одна но саднит обе. Звук воды больше не раздражает. Мир словно замер и это единственное, что осталось со мной. Холод сковывал тело снаружи, но внутри оно всё пылало, одновременно казалось что было воспалено всё нутро. Сегодня уже приносили похлёбку? Огней факела больше не видела, вместо них просто рассеивались оранжевые отсветы. Как не видела и прутьев. Зачем, если всё равно прикована. Только сырость и холод. Словно сквозь вату послышались какие-то звуки.

— Ил. Илин… это ты? Ты пришла ко мне? — Какая-то огромная ужасающая фигура перекрыла отсвет фонарей. Слов я решительно не разбирала, но этот человек был явно зол, если не сказать в бешенстве. — Я его не убивала… Генри был мне друг!… Я… не виновна… — С каждым разом воздуха казалось всё меньше и каждое слово давалось с огромным трудом. Фигура как мне показалось замешкалась. Потом как мне показалось я увидела других людей. Значит, это не Илин. Следовательно, ещё сидим дальше. Она должна прийти. Закрыв глаза повисла на руке. Уснуть в таком положении было не реально, но хоть немного абстрагироваться от мира. Странное чувство полёта. Кажется, я его когда-то испытывала. Но сейчас было тепло и надёжно. Безопасно. Глаза открывать я так и не стала, позволяя тёмному мраку заботливо баюкать меня. — Ты пришёл ко мне? Не бросай меня… Пожалуйста…

Комната утопала в солнечном свете, приобретая золотой оттенок на деревянной мебели из красно-коричневых пород. Не понятно, от чего было теплее, от интерьера или от трёх слоёв одеял, под которыми я сейчас лежала. Потерев глаза, огляделась. Мои привычные покои. Воспоминания опускались подобно воздушному облаку, медленно погружая меня в панику. Посмотрела на кисть, где в худшем случае сейчас была длинная вытянутая мозоль. Прислушавшись к своим ощущениям и обстановке вокруг, встала с кровати и пошла приводить себя в порядок.

Князя я нашла как всегда в холле первого этажа, за разбором вороха бумаг. Злого и агрессивного. Увидев меня, он ещё больше нахмурился. Поджав губы выдохнул и только тогда спросил.

— Как ты?

— Хорошо… Благодарю за заботу… Что произошло? — От моих слов князь ещё крепче сцепил зубы, попутно смяв лист, который держал в руках.

— Это ты мне скажи, Анна. Почему меня будят воины и сообщают, что пленник сбежал, а спустившись в камеру вижу прикованной свою дочь, которая бредит и не узнаёт меня?!