Миротворец
Шрифт:
– Фейерверки заказывали?
– еле ворочая языком проревел Род. А потом как-то неловок выдернул чеку аккурат в тот момент, когда двое уже оказались рядом. С миг нападавшие таращились на вспыхнувший на полу фаер, а потом ринулись назад, но было уже поздно. Что бы там Род не зажег, это были не бенгальские огни, потому как от вспышки, последовавшей за оглушающим хлопком все в баре ослепли и оглохли.
В последний миг перед тем, как потерять сознание, я почувствовал, как меня взваливают на сильное плечо.
– Эх, командир, а я хотел принести всем выпить, а вы тут уже веселитесь без меня, нехорошо.
– Парни... парней... и Травку...- в полубреду бормотал я.
–
Глава 9 - Мне снился снег и лес
Мокрое... что-то мокрое и холодное упало на щеку, затем на веки, шею. Открыв глаза я понял, что лежу и меня засыпает снегом. Я снова оказался в самом сердце леса, окутанного тайной и светом. И вновь я не смог понять его источник. Светился и сам снег и небо и деревья вокруг. Будто картина в фоторамке - все казалось нереальным и призрачным. Я уже был здесь и не раз, но каждый раз забывал при пробуждении. Но на этот раз было и что-то новое - справа над лесом возвышалось нечто округлое и гладкое, похожее на верхушку гигантского страусиного яйца. От него исходило свечение, но совсем другого рода - нежный, мерцающий зеленовато-фиолетовый свет. И еще шорох.
Я дернулся и схватился за рану. В том месте, куда меня ткнул Ягуар. Однако только тогда понял, что боли не было, как и самой раны. Вместо нее лишь гладкая кожа, даже рубца не осталось. Однако... пальцы нащупали нечто похожее не чешуйки. Попытка соскрести овальные, чуть голубоватые чешуйки, полупрозрачные как крылья стрекозы, не удалась. Чешуйчатое пятно неправильной формы покрывало место, где совсем недавно была глубокая рана.
В этот момент я понял, что тишина вокруг изменилась, стала другой, приняв новый оттенок. Развернувшись, я встал на колено, приняв боевую стойку. В руке зажата ветка, выкопанная из-под снега. Покров уже составлял глубину около ладони. В прошлый раз он только начинал падать. Дикая мысль, что это лишь продолжение предыдущего сна стала не такой уж нереальной.
Он стоял там, теперь куда ближе. Вполоборота, так что разглядеть его все еще не удавалось. Снег, летящий хлопьями искажал картину. В голубых глазах отражалось мое растерянное лицо, снег, падающий вверх и свет далекого нечто, похожего на яйцо. И не важно, что все три вещи находились в совершенно разных направлениях. Он видел их все.
Снег избегал существо, будто тот был окутан неким статическим барьером. Я заморгал, протер глаза - в руке рогатого что-то появилось. Нечто яркое и размытое, похожее на лист бумаги. На нем было...- я затряс головой и до боли вгляделся в изображение. И понял, что смотрю на тот же лес, на небо, на край яйца, на крошечные. Почти неразличимые фигурки на поляне, заляпанные белыми пятнами. Снег... то же... рисунок Ив! Я не слишком хорошо разбирался в живописи, но манеру рисования дочери - слегка абстрактную, полную образности и цветовых размытых пятен смог бы узнать из сотен других.
– Ив! Ты видел ее, ты знаешь где она? Это она рисовала?!
– закричал я, но крик утонул в снегопаде.
Существо смотрело на меня с долгий миг, а потом смяло рисунок в руке и подбросило шарик в воздух. Вместо того, чтобы упасть, он подпрыгнул вверх и был унесен метелью в сторону яйца. Я зарычал и хотел броситься за ним, но существо подняло другую руку и указало мне за спину. Против воля я обернулся и увидел то, что совершенно не вписывалось в пейзаж.
То. Что казалось совершенно чуждым и одновременно столь родным здесь - будто вырезанный из совершенно другой картины там, среди деревьев притаилось " Прозрение".Вспомнился бар, лежащие штабелями парни, вырывающаяся Травка, молчаливый Дуб, яростный Глеб и предатель Кирка. А еще Ягуар. Я... вся мо душа рвалась в сторону яйца, я был уверен, если достигну того места, смогу узнать что-то о дочери. Сон это или явь, уже не важно. Слишком много реального и настоящего было в нем. Но все же... корабль манил, звал в реальный мир. Я нужен им, проклятье, я был нужен там. Я не мог бросить их там одних на растерзание Ягуару и его кошке.
Пробуждение было внезапным и тошнотворным. Меня мутило от белого света вокруг, от запаха и вкуса асбеста на языке. Великий и таинственный Гелий, подарил миру орудие Церна, идею Клепсидры и безопасность асбеста, который до недавнего времени все считали страшным ядом. Однако, яд мог исцелять да при том не хуже, а то и лучше докторов нанороботов и тем более лекарств. Когда Ягуар пырнул меня ножом, он явно не ожидал, что кто-то успеет за необходимые восемнадцать минут сунуть меня в кокон и заставить асбест обрати меня точно гнездом. Асбестовые нити мягко обволакивали тело. Яд нейтрализовывал яд, заражение заражение. И хотя я был весь утыкан иглами как еж, я был жив. Где бы я ни находился.
Похоже Великий Гелий и не подумал о том, что испытывают люди в столь замкнутом пространстве, где даже бабочка в коконе почувствовала бы клаустрофобию. Стиснув зубы, я приготовился к приступу боли в боку ит вгрызся ногтями в крошащийся материал вокруг. Однако боли как и раны не было - пальцы скользнули по слегка шероховатому пятну на коже. Лишь гигантским усилием воли я заставил себя не смотреть вниз. Слишком реальным был сон с рогатым среди метели. А значит и то, что за чудеса он показал мне.
Задыхаясь от асбестовой пыли мгновенно превратившейся в медленное чудище, которым всегда и был этот материал, я вывалился из проломленного в коконе отверстия прямо перед пошатнувшейся Травкой. Она все еще пьяна? Глаза девушки поначалу мутные постепенно обрели осмысленное выражение - покрасневшие, как и нос. Или пила или... и тут ее нижняя губа задрожала, к ней присоединилась верхняя, а потом с криком:
– Он очнулся, ребята!
– девушка бросилась мне на шею, да так и лежалаа то ли рыдая, то ли хохоча на груди, пока в каюту, а это была именно она, сбегались все потревоженные члены экипажа.
Прогромыхал в магнитных ботинках Глеб, поковылял опираясь на пневмо-костыль Стас, голова Константина была все еще перемотана, оставляя открытыми только глаза. Дуба я не видел, но что случится в этой горой? Наверное на страже как всегда. Последним я увидел Рода - парень стоял на пороге, не решаясь заходить - стоял, прислонившись скрестив руки к косяку и не отрываясь смотрел на меня.
– Он весь мокрый, а ты его еще слезами поливаешь,- буркнул он, когда терпение кончилось, а потом попросту оттащил девушку от меня.
– Мокрый?
– просипел я. В горле пересохло так, будто я три дня о пустяне бродил, а не спал в снежном лесу. И правда, одежду, в которую меня уже заботливо переодели снова можно было выжимать.-Где Ягуар?
– первым делом спросил я, когда сознание немного прояснилось.
– Почем я знаю,- Род пожал плечами. Травка бросила на него испепеляющий взгляд.
– Это все твоя вина. Если ты его верный пес, как твердишь, зачем оставил нашего капитана? Отправился за выпивкой?
– Но я же вернулся,- невпопад ответил Род, смущенно потирая голову.