Миротворец

– Есть вариант,- прикинул Глеб, потерев подбородок, глядя как вокруг них кружатся, поднимаясь резные самоубийцы.- Сколько бы ни было у них кораблей, рано или поздно они закончатся, если они так и будут бессмысленно гибнуть.

– Что ты предлагаешь?
– с сомнением спросила Травка.

– Разделиться. Костик, можешь вывести картинку арьергарда флота Валерии?

– Хочешь посмотреть сколько их? Это не прибавит нам шансов.

– Хочу посмотреть, сколько их сталось. Видите свечение. Нет, это не отсвет Цефеида, а остаточные облака залпов обыкновенных орудий. Там идет бой, но без Плуго-Церна. Похоже тот залп был направлен только на планету, чтобы собрать такое количество энергии им потребуется время, Валерия не может тратить ее впустую.

– Хочешь сказать, те пограничники, которых мы встретили не единственные? Я думала, они сосредоточились исключительно на обороне.

– Как видишь не все, похоже где-то недоделку проходит граница, за которой они могут вести бой, там уже не территория святилища.

– Не понимаю хода твоих мыслей,- призналась Травка, с досадой грызя ноготь.

– А я понимаю,- Мышка вышла вперед и деловито отстранив Костика, влезла на слишком высокое для нее кресло перед тактическим экраном. Некоторое время она рассматривала картину, а потом кивнула.- Ну, мне все ясно.

– Что ясно?
– сделав глубокий вдох, слишком терпеливо спросила Травка.

– Нам нужно разделить силы.

– Это мы уже проходили, что еще?

– Какая невоспитанная леди, в мои годы...

– Да какое мне дело, что там происходило в твои древние годы, старик, ты что издеваешься? нам некогда придаваться воспоминаниям.

Гелий покачал головой.

– Тогда к делу. Вы должны использовать меня. Подключите к системе шаттла, я видел его на борту, и используйте как систему наведения. Думаю, удивятся обе стороны, если мы изменим ход сражения в арьергарде.

– Но это же гениально!
– воскликнул Стас и Костик одновременно, прежде, чем Травка успела вставить свое весомое "сомневаюсь".

– А это не повредит девочке?
– Глеб единственный задал самый важный вопрос.

– Не физически. Основная нагрузка ляжет на ее мозг.

– Это опасно? Если да, то я против!
– встрепенулась Травка.

– Я уже проделывал это с ней, мы тренировались специально на такие случаи и она говорила, что не против.

– Она еще ребенок! Как она может быть против? Если это опасно, я запрещаю вам устраивать такие эксперименты.

Костя развел руками. Вздохнув, Глеб осторожно, точно приближаясь к опасной змее, приобнял подругу за плечи.

– Ты понимаешь, что другого выхода у нас нет. Мы должны довериться ему. Нужно разделить силы противника и отвлечь его, пока командир там, на поверхности пытается помочь нам.

Девушка хотела ответить колкостью, но передумала и сердито отвернулась.

– Да не нам он помогает там и ты это понимаешь, Глеб.

– Но все равно ты сделаешь это ради него и всех тех, кого мы должны защитить на планете?

– Поступайте как знаете, но если что случится с Мышкой, я за себя не отвечаю.

– А что делать мне?
– про Лизу все забыли и она привлекла к себе внимание.

– Делай что хочешь,- бросила Травка.

– Можно мне остаться здесь и помогать?

– Ты видишь здесь больных или раненых?

– Пока нет,- Лиза упрямо поджала губы, в ней внезапно проснулся характер.- Но это сражение, рано или поздно они появятся и тогда я смогу помочь.

Шаттл действительно на борту был, вот только никакого оружия, кроме мелкокалиберной зенитки для уничтожения мелкого космического мусора на нем не имелось. Настроение Травки портилось с каждой минутой драгоценного времени, ведь если план Гелия не выгорит, они окажутся беззащитными в жерновах Корпуса и Стада. Пока она наблюдала за тем, как Мышку укладывают на медицинскую каталку и погружают и погружают в асбестовую капсулу, ее терзали самые мрачные сомнения. Наконец все было готово для переноса сознания старика в систему управления шаттла. На лбу Костика, который был ответственным за весь процесс, застыли капельки холодного пота. Операция была ювелирной.

Асбестовые нити оплели тело девочки тонкой сетью и мягко светились в полумраке медицинского модуля.

– Все, запускай!
– скомандовал Костя и Стас поспешно ввл команду в главный компьютер шаттла.

– О Господи!
– в отчаянии воскликнула Травка, когда в первый миг экран покрылся компиляцией графиков и разорванных функций. Очень походило на то, что вся система полетела. Но уже спустя минуту на месте хаотической информации показался знакомый интерфейс системы наведения.

– Вот это показатели! надеюсь, наша старая пушка выдержит,- Костя довольный отступил в сторону, давая остальным хорошенько рассмотреть результат.

Некоторое время все хранили молчание.

– Это не ошибка параметров?
– с сомнением Глеб покачал головой.

– Никакой ошибки, я все перепроверил.

– Все это время девочка носила внутри такую мощь?

– Я вас убью, всех,- пообещала Травка, наставив на каждого палец.- И это не пустая угроза.

– Все, теперь назад дороги нет, разделяемся. Старт через три минуты, дальше действуем по плану.

– Ни один план еще никогда не срабатывал так, как задумано,- Стас покачал головой, но все же направился в рубку.

– Меня слышно?
– голос Гелия пробился через неровный гул перегруженных двигателей "Прозрения", эхом отдаваясь в простой системе связи шаттла.

Глеб поправил наушники и продул микрофон, взглянув на подругу. Хоть и больше всех возражала, Травка сама вызвалась быть в боевой команде, вместе с Лизой, которой так никто и не определил места.

– Слышно отлично.

– Подтвердите, стрелок,- последнее относилось к Травке. На Глебе лежала ответственная задача - провести юркий шаттл к полю битвы.

Стас с Костиком остались единственными обитателями "Прозрения", который должен был сыграть роль ведущего и полностью изменить ход сражения, которое с трудом можно было так назвать здесь. Но для этого им был нужен Акменхольт. Чтобы связаться с Погонщиком здесь, где глушатся все сигналы, корабль нужно было опустить на пятьдесят километров ниже.

– Смотри, словно медузы,- Костя окликнул капитана, сражающегося с невыносимой вибрацией корпуса.

Зрелище было и жутким и завораживающим одновременно. Они словно погружались в белое море, из глубин которого кружась и танцуя всплывали изящные снежинки, но уже совсем скоро они превратятся просто в сломанные игрушки, выброшенные на берег морские звезды, пронзенные безжалостными выстрелами с орбиты.

– Они просто самоубийцы,- сжав зубы, Стас, который никогда н отличался особой чувствительностью, отвернулся от поневоле завораживающего зрелища. Корабли-снежинки Стада, сопровождаемые белыми облаками, старались образовать щиты - по три, по шесть и более крупные конструкции. Хотя казалось, что поток их бесконечен, но постепенно он редел и все больше выстрелов проникало в бреши между "зонтиками".