Миротворец
Шрифт:
– Знаю, ты хочешь меня убить. Я потерял человечность и пугаю тебя. Я разрешаю тебе убить меня, но сначала мы найдем дочь. Ты со мной?
Я ждал томительных несколько секунд, и она наконец затихла.
– Я с тобой,- хрипло прошептала она.- Когда все закончится, я убью тебя. Ты не человек.
– Больше нет,- кивнул я и, подхватив Ирину на руки, повернулся к Роду.- Я решил не делать глупостей здесь, оставлю их на потом,- я кивнул на яйцо.
Парень ухмыльнулся и скользнул в сторону, нанося Погонщику мощный удал в бок. Противник ответил, стегнув хлыстом, подсекая хлыстом ноги Рода.
– Я догоню тебя!
– крикнул Род -
– Я буду ждать тебя там,- махнул рукой на громаду яйца.- Я запрещаю тебе умирать, это приказ.
Ответа не последовало - схватка была слишком жаркой.
"Не вздумай умереть из-за меня",- повторил я про себя.
Глава 50 - Мы же защищали вас!
Холод... смертельный холод просачивался через поврежденную обшивку шаттла, вбирая в себя драгоценный воздух. Закашлявшись, Лиза перевернулась на живот и сфокусировала взгляд на искореженной панели управления.
"Что произошло?" - прошептала она. Горло саднило, будто она наглоталась стекла. Рубке, теперь заваленной покореженной аппаратурой и обрывками проводов стоял удушливый запах гари. На полу застонал, заворочался Глеб. Молчание в ружейной рубке насторожило.
Девушка с трудом поднялась на ноги и попыталась собрать воедино мозаику событий. Они выстрелили снова, ожидая, что флот Стада поддержит и ударит по арьергарду противника. Но вместо этого Корпус выстрелил а неподвижные мишени. Сколько выжило - она не знала, знала лишь, что мола и обязана была проверить жизни своего экипажа.
Иллюминаторы стали матовыми, покрывшись изморозью. По пути в рубку, Лиза расшевелила Глеба.
– Эй! Очнись, у нас выходит воздух. Сделай что-нибудь!
– дождавшись невнятного ответа - ну хотя бы жив и понимает - Лиза направилась к люку, не отрывая взгляда от свесившейся оттуда руке. Плохо дело - поняла она, когда коснулась ее и потянула вниз - такая же ледяная как и стена, вдоль которой она ползла. Рука не шевельнулась. Лиза что есть сил потянула за ладонь и едва успела подхватить выпавшую из "гнезда" Травку.
– Ее состояние не важное,- послышался искаженный голос из асбестовой капсулы. Гелий! Она совсем забыла об ученом, а ведь от него во многом зависела судьба всего сражения.
– Что мне делать?
– Лиза закусила губу, прислонив бессознательное тело Тарвки к стеклянному боку. Половина капсулы уже пошла трещинами. Теперь она накренилась и висела только на проводах.
– Скажи, что я могу?
Молчание убивало вернее, чем холод и все падающий уровнь кислорода.
– Да ответь мне, ты же великий ученый! Так покажи свою гениальность, запусти эту глупую систему обогрева!
– девушка в отчаянии ударила кулаком по капсуле, рискуя расколоть ее окончательно.
– Он... не может,- Глеб приподнялся на локте и посмотрел на Травку. Щеку капитана модуля пересекал глубокий порез.- Что с ней?
– Гораздо важнее, что с кораблем,- у Лизы зуб на зуб не попадал, а этот мужчина мог думать только о механике "Прозрения". Неужели все влюбленные становятся настолько недалекими эгоистами?
– Что с ней?
– Глеб попытался подползти к ним, но Лиза замахнулась на него.
– Оставайся на месте или я не смогу ей помочь.
– Ты врач, ты должна ей помочь!
– прорычал мужчина, в глазах его застыла боль, но не физическая, а душевная.
– Видимых ран нет, только синяки и ушибы,- сбивчиво
пояснила она.- Пульс зашкаливает, а руки и ноги ледяные,- Лиза начала растирать конечности, стараясь держать голову Травки выше остального тела.– Ты так и не сказала, отвечай!
– Я не знаю, не знаю! Я всего лишь студентка колледжа, откуда мне знать?! А ты капитан этого корабля. Если можешь ходить, так попытайся привести в чувства хотя бы эту машину и не мешай мне думать. Я пытаюсь разобраться.
На самом деле девушка не думала, что он остановится - таким диким был его взгляд, когда он смотрел на подругу. Но все же, каким-то гигантским усилием воли Глеб заставил себя отвернуться и протиснуться между пультом контролерров и заклинившим креслом.
– Странно, не понимаю,- сказал он через какое-то время.
– Что странно, объясни толком,- Лиза как раз закончила ощупывать кости Травки, но переломов тоже не нашла. Только настораживало темное пятно, расплывающееся на коже левого бока. Неужели внутреннее кровотечение? Учащенный пульс и бледность - многое указывало на страшную правду. Если Глеб поймет - он забудет про корабль.
Лиза сглотнула, внезапно ощутив тошнотворный страх. Она не привыкла бояться и чувствовать себя такой бесполезной. Она боялася за состояние Травки, за реакцию Глеба, но отчего-то больше всего ее пугали колеблющиеся ледяные ветви, которые окружали корабль. Откуда они росли?
Ветви едва заметно колебались, царапая обшивку раненого судна и этот звук зарождал в душе девушки непреодолимый ужас - до дрожи.
– Нам нужно уходить,- сказала она.
– Ты не ответила на вопрос,- прорычал Глб, делая новую попытку подняться.
– Сначала выведи нас отсюда. Это западня.
– Черта с два я буду...
– Не для нас.
Пораженная Лиза опустила голову и увидела, что Травка смотрит на нее затуманенным взглядом.
– Со мной все будет хорошо, и чего ты так волнуешься. Побывала в переделках и похуже. Только холодно очень, есть чем укрыться?
– пожаловалась она. Лиза поспешно стянула с себя курточку и накинула на грудь раненой.
Глеб едва не распластался на полу, видя, что с подругой все в порядке. Но Травка понимала лучше - это лишь временное облегчение. Не может человек, в которого открылось внутреннее кровотечение чувствовать себя хорошо. Должно быть Травка тоже понимала это, вот и пыталась отвлечь друга.
– Западня ты сказала?
– однако, насторожило парня другое.
– Я все еще синхронизирован с ее телом и вижу все, что видела она.
– Ты не Травка,- насторожился Глеб.
– Нет, сейчас я Гелий. Ваша подруга не может говорить, а девочка уснула слишком глубоко. И еще, совсем забыл, у меня для вас две плохие новости.
– Что еще?
– голос Лизы сорвался. Травка потянулась и погладила всхлипнувшую девушку по щеке.
– Если не запустите корабль, минуя мои цепи, придется остаться здесь.
– Думаешь мы этого не знаем?
– насупился Глеб, кое-как забираясь на покореженное кресло. Ему тоже сильно досталось.
– Этот иней и ветви часть обычного звездного пейзажа?
– ответил вопросом на вопрос Гелий.
– Ты ответь, ты здесь у нас единственный ученый,- покряхтев, Глеб попытался расчистить лобовой экран, но ничего не вышло.- Мы что, ослепли здесь? Даже внешние камеры отрубились. Рука капитана потянулась к резервному пульту управления, но толстая электрическая дуга прошила ладонь, прилетев от капсулы Гелия.