Н 4

Впрочем, все они знали, что был и побочный эффект обретения своих земель - с титулом вернулись обязательства поддерживать славное имя рода, а так же исполнять необременительные ритуалы, доказывая его жизнь и благополучие.

Например, если клан Борецких не покажется на любом императорском приеме в течение двадцати лет с момента официального извещения в реестре о гибели последнего действующего представителя рода, то их герб будет перевернут, какими бы ни были живыми его обладатели – а значит и все договоренности станут ничтожными и не обязательными для исполнения. Оставалось просто подождать,

храня жизни Борецких, но ограждая их от тех суетных и скучных мероприятий, на которых по статусу присутствует император. На такие приемы и без того почти невозможно попасть, а уж если влиятельные господа этого не захотят, то приглашение получить практически нереально.

Так что желание тех же Стародубских защитить Борецкого Пашу – увы, совсем не вечно. Менее года этому желанию осталось существовать - как-то последние девятнадцать лет Борецким было не до приемов. .

Помолчали, заметив опасную близость лишних ушей.

– Господа, - насквозь официальным и елейным тоном произнесла Ника. –

Позвольте пригласить вас на венчание Юсупова Валентина и моей скромной персоны, что состоится десятого октября сего года.

–  Ого, - с интересом поднял на нее взгляд Артем, а затем перевел на меня. – Ты смотри, придумала.

Ника нервно глянула в его сторону.

–  Валентин, значит, - задумчиво кивнул я.

– Именно так, - гордо подняла она подбородок. – Второй своего имени,

двоюродный племянник главы клана.

–  Вот он бедняга. Сейчас позвоню, - набрал я номер старого, еще по Багиево,

знакомого – а ныне партнера по бизнесу, игнорируя удивленный взгляд Ники и интерес в глазах Артема.

Эка совпало… Впрочем, холостых у Юсуповых не так, чтобы очень много…

– Алле? – Произнес я в ответ на радушное приветствие. – И тебе жить долго и счастливо до десятого октября. Потому что потом возможны варианты… Угу… Это не к тебе лично, это один старый пень… Ну, не пень, а уважаемый человек… Рад, что мы отлично друг друга понимаем.

Отключил вызов и посмотрел на притихших ребят.

–  Валентин не может жениться. Он заболел. – Констатировал я Нике, положив мобильный слева от себя.

Сделав пару шагов в сторону, Ника бессильно присела на край скамейки и пригорюнилась.

–  У нас и очень больных могут оженить, - произнес Артем.

– Это очень инициативный и творческий человек, - высказал свою веру в

Валентина. – Вытащит штамм какой-нибудь заразы, да крышку приоткроет - кто ж его в люди повезет? Кому нужен карантин на половину города? – Рассудительно завершил я.

А потом стало очень неловко, потому что справа от меня донеслись тихие всхлипывания. Да и Артем посмотрел с укором.

–  Будь добр, сделай круг до проспекта, - вздохнув, попросил у него.

А когда тот покладисто отправился на неспешную прогулку, присел рядом с

Никой рядом и постарался ободрить.

–  Ну что ты так, честное слово. – Осознал я полную неспособность привести верный довод.

–  Я же просила не планировать мою жизнь.

–  Это импровизация! – Добавил я со всей искренностью. – Ну, не надо слез…

Ника… Ладно, - взял я вновь телефон и набрал прежний номер. – Алеу, Валентин?

Тысяча извинений, если что планировал на десятое – то зеленый свет. Все. Будь здоров.

Но вместо благодарности на меня смотрели полные боли и обиды глаза. А плач начался с новой силой.

– Да что не так то! – Всплеснул я рукам. – Ну хочешь, Федору на меня пожалуешься?

–  Хочу! – Глухо произнесла Ника, отвернувшись. – Пусть хоть что-то с тобой сделает. Потому что я тебя спасать больше не буду.

–  Ну да, я ж не апельсины, что б меня спасать… - буркнул я, не подумав.

Потому что девушка замерла, припомнив тюльпаны и свой внешний вид в тот момент, с рыком повернулась и попыталась вновь испытать мою защиту на прочность своими кулаками.

–  Как вы? – осторожно поинтересовался Артем, завершив круг.

–  Нормально, снова бьет, - жизнерадостно ответил я.

–  Федор приедет – тут же звони! - Ника гневно встала, развернулась на месте и с чувством собственного достоинства нас покинула.

–  Пойду я, наверное… - Оглянулся Артем в сторону парковки, но пока Веры на новой машине там не было.

–  Как там клуб?

Все же, среда, а ограбление не состоится точно. Артем, правда, подзавис, пытаясь определить грань секретности и возможность говорить о ней, но выдал вполне понятно:

–  Приняли всех без дополнительных испытаний. Даже удивительно. Внутри, как я понял, разброд и шатание. Очень многим не понравились условия этого набора.

Слишком громко все получилось, а лидеры отмалчиваются.

–  Так объединяй народ вокруг себя. – Предложил я.

–  Думаешь?

– Родом ты вышел, силой не обделен. Опять же, вокруг тебя объединяться удобно – ты большой, тут и тень в жаркое время и парусность от ветра отличная.

–  Да ну тебя. . Я же серьезно.

–  А другого шанса может и не быть. Сейчас ты заинтересованное лицо в центре внимания, тебя выслушают. Завтра опять будешь чужим.

–  Буду пробовать. – Сосредоточился Шуйский. – Тем более, польза от клуба уже есть. Вчера вон эксклюзивное предложение пришло – весь флот и речную инфраструктуру Черниговских приобрести. Вроде как, с уходом Зубовых это теперь непрофильный для них бизнес.

–  Хороший лот.

– Стоимость бешеная, - покивал Артем одухотворенно, словно всерьез помышляет о покупке. – Но ладно цена, там еще условие кредит им золотом и наличными предоставить в сжатые сроки.

–  Я бы не рекомендовал.

– Аналитики пока считают, - вежливо ответил он мне, маскируя за словами смысл «не твое дело». – О, Ника опять возвращается. Что-то новое на этот раз?

Девушка все же дотопала до нас снова – складывалось ощущение, что и уходила только следы слез убрать и косметику поправить, потому что выглядела столь же солидно и уверенно, как в прошлый визит.