Наследник

Наконец за окном зажегся уличный фонарь, мать закончила с уборкой, и настало время ужина. Итан нехотя жевал ненавистную брокколи и при любом удобном случае засовывал еду под салфетку. Он не так давно изобрел эту схему: подвигаешь тарелку вплотную к салфетке, когда никто не смотрит, тихонько кладешь небольшими кусочками противную еду прямо в салфетку и прикрываешь рукой. Когда поешь – сворачиваешь салфетку и незаметно выбрасываешь в корзину для мусора.

– Итан, что это у тебя там? – произнесла мать, пристально глядя на подозрительно толстую салфетку. – Ну ка, покажи, что ты прячешь!

– Ничего, мам…

– Раз ничего, значит, тебе нечего скрывать. Покажи!

– Да ладно тебе, Клара, что ты к ребенку привязалась? – внезапно вступился отец, который и сам, по всей видимости, не был в восторге от брокколи.

– Что значит, привязалась? – взбунтовалась мать. – Я просто попросила, чтобы он показал. Разве я делаю что-то не так?!

– Ты постоянно его в чем-то подозреваешь, – ответил отец, потянувшись за кувшином с морсом. – Он и шагу не может ступить без твоего вечного контроля.

– Контроля?! Вечного?!

– Спасибо, было очень вкусно, – тихо сказал Итан и, быстро скомкав злополучную салфетку, вышел из кухни.

Пока родители продолжали выяснять, кто прав, а кто виноват, Итан безжалостно кинул брокколи в корзину. Вот же не повезло! Теперь придется выдумывать новую схему по избавлению от невкусных овощей.

Вернувшись в свою комнату, он переоделся в синюю пижаму и залез в кровать. Но не успел он и голову на подушку положить, как дверь комнаты открылась, и в нее заглянула мать:

– Ты почистил зубы?

– Нет, – грустно ответил Итан.

Пришлось пойти в ванную. Итан терпеть не мог чистить зубы, а вот ванную комнату он любил: она была просторная, стены отделаны белоснежным кафелем, а на полу – темные деревянные доски с пушистым ковриком возле ванны. Но главным достоянием ванной, на взгляд мальчика, было огромное зеркало в полный рост, перед которым Итан тайно позировал, примеряя на себя то грозный вид своего учителя математики, то мужественное лицо супергероя из фильма, а иногда даже плакал от счастья, представляя себя победителем Кубка игроков в «Пинкертонс» (его любимую настольную игру про сыщика). Кстати, Итан и сам мечтал когда-нибудь обязательно стать сыщиком.

Мальчик уже заканчивал чистить зубы, как вдруг чуть не поперхнулся от мысли, внезапно возникшей в его голове. Он тут же кинулся в свою комнату, надеясь, что неправ, что ошибается. Подлетев к рюкзаку, Итан резко рванул молнию и остолбенел. Мурашки пробежали по спине, заставив мальчика нервно поежиться, – внутри отделения рюкзака лежала черная книга с золотыми львами на корешке. Итан намеревался незаметно положить ее куда-нибудь в музее, когда экскурсия закончится, но из-за мыслей о кафе и бисквитном торте совсем забыл про нее.

Что же теперь делать? Он оглянулся по сторонам, решив спрятать книгу, чтобы никто ее не нашел. Когда-нибудь мама снова захочет пойти на выставку в музей, и вот тогда-то Итан вернет книгу, а пока ее придется где-то хранить. Куда бы спрятать, чтобы мама, занимаясь уборкой в его комнате, случайно не наткнулась на нее? Под кровать? Итан нахмурился: там мама часто пылесосит, и, откровенно говоря, сам он немного побаивался туда лезть. Недавно они с отцом смотрели по телевизору фильм про детей, которые обнаружили у себя под кроватью пришельца. С тех самых пор Итан, лежа в постели, старался ни в коем случае не свешивать вниз пятки. На всякий случай.

Но куда же еще можно спрятать книгу? В дальний угол шкафа? Или, может, засунуть ее за сам шкаф? Ни одна из идей не понравилась Итану. Отчаявшись, он взглянул на потертую кожаную обложку. Что же это за книга?

Убедившись, что дверь в комнату плотно закрыта, мальчик расположился на краю кровати рядом с ночником, который представлял собой вращающийся цилиндр с лампой внутри. На ночнике были вырезаны тысячи маленьких звездочек, и когда его включали, казалось, будто на стенах комнаты мерцало звездное небо. Звездочки прыгали по черной обложке книги и ненадолго озаряли тусклых золотых львов на корешке.

Итан открыл первую страницу, на которой обычно печатают всякие скучные вещи: название, издательство или имя автора. Но к удивлению мальчика, на ней, как и на обложке, не было ничего, что пролило бы свет на содержание книги. Внизу пустого, пожелтевшего по краям листа была лишь бледная закорючка, что-то вроде сложного узора из букв, вроде бы «М» и «О», а также полурасплывшийся отпечаток библиотечной печати с соседней страницы в виде такого же льва, как и на корешке книги. Сбоку был приклеен маленький вкладыш. Мальчик уже видел такие: когда берешь книгу в библиотеке, твое имя пишут на карточке, а когда сдаешь книгу обратно – вычеркивают. В учебнике по математике у Итана был такой же вкладыш с карточкой, где было очень много фамилий, и все, кроме фамилии Итана, были зачеркнуты. Этой же книгой, видимо, никто никогда не интересовался, так как вкладыш оказался совершенно пуст.

К слову, список прочитанных Итаном книг был не очень большой. В основном он интересовался комиксами или детскими журналами, пестрящими картинками, рисунками, забавными мордашками, в общем, всем, кроме текста. Когда ему покупали новую книгу, он с удовольствием листал ее, вдыхал запах свежей типографской краски, еще не успевшей выветриться со страниц, рассматривал картинки, а после этого ставил ее на полку. На этом «чтение» заканчивалось.

Пролистав сухие скрипучие страницы (книгу, очевидно, очень давно не открывали), Итан вновь наткнулся на непонятные символы. Они были везде: на полях и даже между строк. Часть слов была обведена, кое-где были проведены стрелки, упиравшиеся в другие обозначения. Мальчик нахмурился. Вереницы символов прыгали по странице, иногда расплываясь и превращаясь в засохшие фиолетовые кляксы. Итан вспомнил, что когда-то бабушка показывала ему свои школьные тетради, которые удалось сохранить. Тогда его удивили две вещи: почему от тетрадей так сильно пахло пылью и котами и почему многие слова расплылись на бумаге. Бабушка сетовала, что всему виной были чернила, которые спустя годы выцветали и «уплывали, едва вода коснется бумаги, унося с собой бесценные воспоминания».

Мальчик продолжал листать книгу в надежде найти какие-либо картинки, но, к его сожалению, единственное, что встречалось на страницах, кроме самого текста, были все те же символы. Итан подошел к письменному столу и достал из ящика небольшую лупу с деревянной ручкой: у каждого уважающего себя сыщика должна иметься хотя бы одна такая. Поднеся увеличительное стекло к желтому листу, мальчик с трудом разобрал: «06/12B/07.6–4–06/03Н/02.6–6…». Но это же не символы, а буквы и цифры! Итан исследовал несколько исписанных страниц, прижимая лупу к бумаге, однако больше ничего нового узнать не удалось: это были бесконечно повторяющиеся хаотичные обозначения неизвестно чего. Мальчик отложил лупу и, закусив губу, задумался. Буквы и цифры были словно нацарапаны в ужасной спешке, как будто некто, строчивший обозначения, боялся не успеть все написать. Может, это формулы? Итан вспомнил, что в расчетах отца довольно часто мелькали сложные конструкции дробей и уравнений. Каракули действительно чем-то походили на подобные вычисления. Мальчику сразу представился сумасшедший ученый или… Мурашки пробежали по спине мальчика. А что, если это были какие-нибудь заклинания? Не так давно Макс из параллельного класса жаловался, что старший брат заставил его на спор смотреть фильм ужасов, в котором все беды происходили из-за книги с проклятьями. Подумав об этом, Итан тут же пожал плечами: какие проклятья или заклинания будут писать цифрами?

Как вдруг… Внезапная мысль поразила мальчика так сильно, что у него от неожиданности задрожали руки. Он тут же кинулся искать подтверждение своей догадке, вновь и вновь разглядывая каракули сквозь увеличительное стекло. Нет-нет, не может быть… Итан поднял голову и с опаской огляделся, будто пугаясь собственных мыслей: он понял, чем пестрила книга, и это были не уравнения, не дроби и даже не заклинания. Стоит признать, что, может, за свою жизнь он и прочел малое количество книг, однако документальных фильмов про сыщиков и детективов он посмотрел предостаточно. Вполне возможно, что перед ним лежала книга, в которой все поля были исписаны… зашифрованными словами и предложениями! Да-да, это мог быть шифр. Итан даже вспомнил, что в одном фильме показывали разные способы шифрования послания, начиная от самых простых, буквенных, и заканчивая использованием машин – одна «Энигма» чего стоит! Устраивались целые шпионские погони, преследования, заговоры, лишь бы добыть ключ от шифра и разгадать планы противника…