Не бей копытом
Шрифт:
– Мистер Шофилд...
– Делай, что говорю, - оборвал я.
– Пожалуйста...
– начала она.
– Я очень сожалею о той сцене, которую устроила вашей жене и обо всем остальном, но...
– Делай, как я сказал, Бонни, - повторил я.
Мигуэль пошевелился и я слегка ткнул его слева в поясницу. Он снова замер.
– Все будет хорошо, Бонни, - сказал я.
Она взглянула на Мигуэля, потом на заднюю дверь, но затем подчинилась, проскользнула мимо Мигуэля и я слышал, как её каблуки простучали по полу в сторону двери.
– Очень хорошо, Мигуэль, - сказал я.
– Иди вперед -
Он двинулся не сразу и я слегка уколол его. После этого он пошел. Он подошел к задней двери, открыл её и вышел в аллею. Я подождал, пока дверь не захлопнулась, повернулся, прошел через забегаловку и вышел наружу. Бонни сидела на переднем сидении "ягуара" на месте водителя. Я обошел машину и сел рядом с ней. Она даже не взглянула на меня.
– Во что ты впуталась?
– спросил я.
– Вы все равно ничего не сможете с этим поделать,..
– Нет, думаю, что смогу.
– Пожалуйста, мистер Шофилд, вы не понимаете...
– Кое-что я понимаю. Я знаю, что смогу повести эту машину, причем ты будешь сидеть в ней, пересечь границу и доехать до твоего дома, где ты окажешься в безопасности.
– Нет, вы не сможете этого сделать, - сказала она.
– Это все равно, что совершить самоубийство.
Она повернула ко мне свое милое, убитое горем лицо.
– Мистер Шофилд, - сказала она, - вы даже не представляете насколько вы были близки к смерти вчера вечером - там, на дороге.
– Тогда почему же меня не убили?
– спросил я.
– Потому что...я кричала и умоляла Панчо до тех пор, пока он не сдался. Но он все равно убьет вас. Он собирался бросить вас там вместе с машиной и... с Эль Лобо...
– А почему ты остановила его?
– Потому что...потому что вы хорошо отнеслись ко мне...вы мне помогли...
– Позволь мне ещё раз помочь тебе.
– Вы не сможете!
Я схватил её за руки и повернул к себе. Она зажмурилась, потом медленно открыла глаза.
– И ты собираешься сидеть здесь, прекрасная восемнадцатилетняя американская девушка, и говорить мне, что если я отвезу тебя домой, в твою собственную страну, в Лос-Анжелес, то это будет самоубийством?
На её лице появилось твердое упрямое выражение.
– Эль Лобо мертв?
– спросила она.
– Да, но послушай, Бонни...
– Тогда, пожалуйста, мистер Шофилд, ради Бога, оставьте меня в покое!
Все её существо от пяток до кончиков волос выражало это желание. Я отпустил её и она повернулась к двери и поискала что-то под рулем. Затем она открыла свою сумочку и вытащила оттуда ключи.
– Но если ты не отправишься домой, - сказал я, - если ты сейчас начнешь делать то, что, как ты думаешь, ты должна делать...
– О, я не думаю, мистер Шофилд!
– Разве это не будет таким же самоубийством, только немного растянутым по времени?
– Нет. Это мой единственный шанс.
Я взглянул на нее. Убедить её было невозможно.
– Хорошо, Бонни, - сказал я, открывая свою дверь.
– Желаю тебе удачи.
Я вышел, закрыл дверь и на мгновение наклонился к открытому окну. Она вставила одной рукой ключ в замок зажигания, а кулаком другой руки отбивала по рулевому колесу медленный размеренный ритм. Глаза её были закрыты, а губы шевелились.
–
Еще раз, - услышал я, как она сказала, словно пытаясь уговорить себя в чем-то.– Еще только раз.
Это выглядело так, словно меня здесь уже не было. Я повернулся, перешел улицу и остановился перед отелем. Я видел, как "ягуар" выехал со стоянки, повернул на улицу и направился к северу.
Моя машина стояла за углом в боковой улочке. Я попытался вспомнить, осталось ли у меня в отеле что-нибудь из того, что следовало забрать с собой. И в конце концов пришел к мысли, что там нет ничего стоящего, если не считать бутылки виски.
На прощанье я взглянул на вестибюль отеля и увидел у большого окна женщину, глядевшую в мою сторону. Это была Кэрол Данди. Пришлось собрал нервы в кулак и войти внутрь
Она была изумительна, как всегда. Мне почему-то оказалось очень трудно взглянуть ей в лицо.
– Выпьешь что-нибудь?
– спросил я.
Она кивнула и мы пошли к бару. В отличие от того заведения, которое именовалось "Бомбой", здесь было прохладно и чисто, он был модно и нарядно отделан. Мы сели у стойки, она достала сигарету и я дал прикурить. Заказали виски с содовой. Я достал новенькие хрустящие банкноты, которые она прислала мне с Дженни, и передвинул их по полированной деревянной стойке.
– Мне очень жаль, но все, что я могу - это признаться в своей полной неудаче.
Она взглянул на деньги, потом на меня. Ее изумительные платиновые волосы мягко обрамляли лицо.
– Вы не должны осуждать себя, - сказала она.
– Я знаю, вы пытались что-то сделать.
Я продолжал думать о Бонни. Кэрол вытянула руку и её холодные пальцы коснулись ссадины на моей щеке.
– Мне очень жаль, - сказала она.
– Существует ещё один последний способ спасти Бонни от неё самой - или от того, во что она оказалась замешанной.
– Что это такое? Я имею в виду, что это за способ?
– Мы можем связаться с полицией. По обе стороны границы.
Она закрыла глаза, словно от боли.
– Во что она оказалась замешанной, Пит? Что это за ужасная вещь, что она никого не хочет слушать?
– Ты говоришь так, словно что-то знаешь, - заметил я.
Она погасила сигарету.
– Бонни приходила ко мне вчера вечером.
– Куда?
– Думаю, что я должна кое-что объяснить, - сказала она.
– После того, как Дженни - твоя жена - получила вчера твою телеграмму, мы решили приехать сюда. Я точно не знаю, почему мы это сделали, если не считать того, что мы обе были очень взволнованы и расстроены - это естественно. Во всяком случае мы приехали и остановились в том большом мотеле, возле самой границы. Ты его знаешь.
– Да, знаю. Вы приехали вместе на маленькой машине Дженни?
– Нет. Я приехала на своей. Дженни отвезла меня в отель, чтобы я могла её взять. Понимаю, что это было рискованно, но после всего, что случилось, слишком многое было поставлено на карту, и кроме того, я могла по крайней мере надеяться, что Эль Лобо - его тело, - она закрыла глаза, - привезли куда-то сюда и полиция вообще меня не ищет. Во всяком случае никаких проблем не возникло. Мы приехали сюда и зарегистрировались. Мы пытались дозвониться к тебе в отель, но никто не отвечал.