Не судьба
Шрифт:
Начался пятый, предпоследний курс учёбы в МГИМО. Юра не раз ловил себя на мысли о странной Лене, которая не любит обувь. Неужели она так серьёзно вошла в его душу? Неужели она – его судьба? Забыть её что-то никак не получалось. И казалось бы, она всего лишь неопрятная девчонка, которая ещё толком не научилась следить за собственным носом, терзается странными мечтами о сексе и курении, уже подвержена страсти к выпивке, но ведь его так тянет к ней! Он инстинктивно почувствовал, что с ней будет очень нелегко. Кое-что в ней ему уже не нравится. Непременно надо найти её следующим летом!
5. Падение в любовный омут
Получилось так, что Следующим летом Юра снова поехал в тот же санаторий, но лишь после отдыха в институтском лагере в Крыму,
Пребывание в санатории было для Юры скучноватым. Молодёжи не было. Правда, спустя дней десять после его приезда там появилась некая Наталья, со внешностью, как говорят, серой мышки и к тому же очень измученная обострившейся язвой, вся какая-то неряшливая, нечёсаная, в мятой, хотя дорогой одежде, да ещё и потайная курильщица (курила в основном в женском туалете, где её уличали и так ругали, что все об этом знали). Одним словом, неаппетитная. Но и она уж очень явно жаждала мужского общества, поэтому стала пытаться поближе познакомиться с Юрой. Ему она была физически неприятна, и её сексапильность он оценил в ноль баллов. Однако узнав, что она живёт в соседнем цековском доме на том же Кутузовском проспекте, и что её отец – какая-то шишка в международном отделе ЦК, Юра стал с Наташей вежлив, но не более. Она же восприняла его вежливость как первый шаг к установлению если не интимных отношений, то хотя бы дружбы и постаралась взять инициативу в свои руки.
В ближайшую субботу Наташа была в очередной раз застукана в женском туалете с сигаретой. Главный врач вызвала её к себе и жёстко отругала, пригрозив позвонить её отцу. Юра застал Наташу в коридоре, жутко ревевшую и распустившую сопли под носом: она ревела не столько глазами, сколько носом.
– Фу, нельзя же так распускаться. Пойти умойся и тщательно высморкайся.
– Извини. Подожди минутку, у меня деловое предложение.
Она убежала в туалет и минут через пятнадцать вышла умытая и аккуратная.
– Нельзя же меня так доводить! Меня даже расслабило от переживаний. Эта мегера знакома с моим отцом и постоянно меня шантажирует! Юрочка, завтра воскресенье, нет процедур. Составишь мне компанию в Кисловодск? Я знаю там милый ресторан, посидим в приятной обстановке, а то мне жутко хочется поддать, но не напиваться же в одиночестве. Заодно и обсудим одну деликатную проблему. Согласен?
На другой день они съездили в Кисловодск, это примерно полчаса на электричке. В ресторанчике, давно знакомом Наташе и сразу понравившемся Юре, Наташа сразу демонстративно закурила и стала жаловаться Юре на санаторные запреты, строгих родителей и отсутствие личной жизни. Быстро выпив почти целую бутылку красного вина (вино разливала она сама, и поэтому Юре досталось меньше бокала, но он не был этим огорчён), она заметно оживилась, осмелела, даже слегка похорошела «Это у неё первая стадия, как у Лены», – подумал Юра. С наслаждением попивая вино и выпуская дым к потолку, Наташа перешла к главному, ради чего была затеяна поездка.
– Юра, мои предки буквально каждый день изводят меня тем, что я одинока и нет вокруг меня никого, кто мог бы рассматриваться в качестве потенциального жениха. Я стала мучиться от одиночества и рада бы найти себе кого-нибудь, но на меня не клюют. Так и спиться можно, а я склонна к этому. Ну не удалась я мордой, но надо поскорее кого-то окольцевать. Извини за откровенность. Многие мгимошники, не сомневаюсь, клюнут если не на меня, то на папу, старшего референта по испаноязычным странам международного отдела ЦК. На твоём курсе такой не один найдётся. Кстати, я учу испанский и делаю немалые успехи. Давай сделаем так: у меня в инъязе на курсе полно и б…й, и приличных девочек, так почему бы нам к обоюдной выгоде не поискать тебе невесту, а мне жениха? Тебе ведь тоже пора, иначе за границу не пошлют, а жить постоянно
в эсэсэсэрии тоскливо. Ни шмоток, ни косметики, ни нормальных танцулек с обалденной выпивкой! Прямо как в тюрьме! Да и идеологические запреты замучили. А мои родители прямо сказали, чтобы без знакомства из санатория не смела возвращаться. Им, видишь ли, стыдно. Ты поможешь мне, я помогу тебе. Усёк?– Усёк. Согласен помочь. Вообще я тут в прошлом году встретил одну странную красавицу, которая меня очень заинтриговала. Она приезжала к дяде, главврачу соседнего санатория ***, а живёт она в Киеве. Ходит всегда босая. В наш санаторий она приходила потренироваться на рояле. Уж очень она хороша, к тому же умница, просто прелесть. Мне она иногда по ночам снится.
– А она нормальная? Ходить босиком – признак помешательства, мне кажется.
– Нет, с головой у неё в полном порядке. Она, я бы сказал, ироничная и язвительная. Я почти был уверен, что увижу её здесь, но что-то она не приехала. Зовут её Лена. Она чуть выше меня, волосы примерно моего цвета, глазищи карие и выразительные.
– Ладно, буду иметь в виду. Ты уедешь раньше меня. Созвонимся и увидимся в Москве, ведь совсем рядом живём. Пойдём прогуляемся по парку и потом вернёмся. Советую попить нарзан, он вкусный, а мне вся эта минералка осточертела.
В электричке Наташа пожаловалась на сильное недомогание. Когда вышли в Ессентуках, на вокзале она быстро отошла к урне, и её стошнило. Юра деликатно отвернулся. На другой день Наташу мучила язва, она была вся какая-то серо-буро-малиновая. А тут ещё врачиха вычислила или кто-тот донёс, что они вдвоём ездили в Кисловодск. Городки маленькие, всё на виду. Юре досталось, после чего ему даже совестно стало: зачем спаивал несчастную? Перед отъездом Юры в Москву они оба обменялись домашними телефонами и подтвердили взаимную договорённость.
…Буквально в первую неделю занятий Юра завёл разговор с Николаем из испанской группы. Тот был намного старше Юры, даже чуть старше Вадима, успел отслужить в армии, был высокий, широкоплечий, родом он оказался из далёкой сибирской глубинки. Учился он неплохо, испанский язык ему давался легко, был он, разумеется, партийным, но вот с девушками знакомиться не умел и из-за этого переживал. К тому же был небогат и шиковать не имел возможности. Николай, как выяснилось, очень опасался, что не сможет получить выгодное распределение из-за отсутствия московской прописки, он даже жалел, что согласился поступить в МГИМО по рекомендации обкома партии, и к тому же его деревенские родители не одобряли стремление сына к городской жизни, чего Юра уразуметь никак не мог и решил, что родители Николая – темнота несусветная. Намекнув Николаю, что готов помочь ему найти невесту, Юра сразу же почувствовал расположение Николая к себе. Узнав, что Юру подвергает критике комсомольская организация курса за отлынивание от поездки в совхоз на осеннюю уборку картошки, Николай переговорил с кем-то, и Юре сказали, что его прощают «на первый раз». Николай сказал:
– Если поможешь как обещаешь, буду век тебе благодарен.
Юра созвонился с Натальей и сразу же обнадёжил её:
– Я провёл подготовительную работу, есть один подходящий субъект с испанским языком. Отличный парень, отслужил в армии, член партии, правда, провинциал.
– Юрочка, это замечательно, ты настоящий друг! Что провинциал – это преимущество, никоим образом не недостаток. Столичный мгимошник на меня не клюнет. Что в армии отслужил – это вообще замечательно! Порадую папу. У меня в октябре день рождения, я ещё напомню. Жду вас обоих. Я тоже подберу кое-кого для тебя. Возможен сюрприз, но пока ничего гарантировать не могу.
Слова о сюрпризе Юру тогда не заинтересовали. Он рассказал Николаю о наметившемся дне рождения. Николай сказал, что более-менее приличный костюм намерен купить с Юриной помощью, а вот галстук завязывать вообще не умеет. Юра пошёл с ним в магазин, где они купили приличный и более-менее недорогой костюм, сшитый в ГДР, а к костюму две рубашки и два галстука. Потом Юра долго показывал Николаю перед зеркалом, как красиво повязать галстук:
– Коля, тебе как будущему дипломату без этого никак нельзя.