Не упусти

– Прошу, присядь.

Сорока села.

Обе женщины последовали ее примеру.

На мгновение все уставились друг на друга, но, если они хотят, чтобы Сорока заговорила первой, им придется ждать очень долго, потому что девочка могла молчать годами, питаясь только макаронами с сыром и иногда водкой с лимонадом.

– Это будет непростая дискуссия, Маргарет, – сказала Аманда Вуд. А, так она знает имя мисс Льюис. Сорока не сразу поняла, какое обращение подобрать – мисс Вуд или миссис Вуд, поэтому решила обращаться к заместителю директора, используя полное имя, потому что так поступали и другие старшеклассники.

И, естественно, разговор будет непростой.

Ни один разговор в присутствии школьного психолога и заместителя директора никогда не был простым.

– С нами связалось несколько ваших учителей, – сказала миссис Хендерсон. Ее голос был именно таким, каким должен быть голос школьного психолога: мягким, мелодичным и таким, словно она в любой момент была готова разрыдаться.

– А? – спросила Сорока.

В таких ситуациях лучше говорить меньше.

– Маргарет, похоже, что ты совсем не сдаешь домашние задания, – сказала Аманда Вуд. – И почти не участвуешь в жизни класса. На прошлой неделе тебя не было, на этой неделе ты пропустила занятия три раза, сегодня утром опоздала, а до конца года осталась всего неделя. К прогулам мы относимся очень серьезно, Маргарет.

– Это ведь считается прогулом, только если у меня не было веской причины, да? – спросила Сорока.

– А у тебя есть веская причина, Маргарет? Потому что, если она есть, нам бы уже сообщили об этом в офис, – сказала Аманда Вуд.

– Моя мать лежала в больнице, – сказала девочка.

– Это было на прошлой неделе, верно? Мистер Джеймс нам об этом говорил, да. С ней что-то случилось?

– У меня была мигрень, – сказала Сорока.

С каждым словом ее голос становился все мягче и мягче, и она себя за это ненавидела.

– Понятно, – сказала Аманда Вуд.

– Маргарет, мы хотим тебе помочь. Мы просто пытаемся докопаться до сути, – сказала миссис Хендерсон. Она явно играла роль хорошего полицейского в этой маленькой пьесе, в которой они участвовали.

– Я только лишь пропустила несколько дней в школе. Я могу сказать маме, чтобы она написала записку, если нужно, – сказала Сорока.

– Если бы речь шла только о нескольких пропущенных днях, нас бы здесь не было, – ответила Аманда Вуд. – Мы понимаем, что жизнь иногда встает на пути школы, и все понимаем.

– Так в чем же дело?

– На данный момент учителя алгебры и физики доложили мне, что в этом году ты провалишь их предметы. Учительница истории, мисс Пил, вынесет вердикт в зависимости от финального проекта. И мистер Джеймс сказал нам, что у тебя задание до завтрашнего дня, которое определит, сдашь ли ты его предмет. Позволь объяснить тебе, Маргарет: если ты провалишь историю или английский, то не сможешь закончить десятый класс. Тебе придется пересдавать предметы летом, и окончание школы в этом году будет под вопросом.

Миссис Хендерсон заерзала на стуле:

– Маргарет, ты успеваешь выполнить эти два задания? Мисс Пил говорила, что финальный проект выполняется в паре. Ты уже выбрала себе пару?

– Да, работа будет готова.

– А английский? – настаивала она. – Как насчет задания на завтра?

– Все готово, – солгала Сорока. Вранье получилось так же легко, как на море на картине.

– Маргарет, – продолжила миссис Хендерсон, – позволь мне быть откровенной… Я просмотрела твои оценки за девятый класс. Ты ни разу не попала на доску почета, но хорошо училась. На «четверки» и «тройки». В прошлом году ты пропустила в общей сложности десять дней. Подобного никогда не было. Ситуация совершенно изменилась. Недобросовестно было бы не спросить, что у тебя случилось.

– Просто… Много чего случилось, – ответила Сорока, с трудом подбирая слова и чувствуя, как по щекам и шее начинает разливаться жар.

– Можешь нам рассказать, – сказала Аманда Вуд, – если у тебя какие-то проблемы. Если что-то случилось.

– Ничего не случилось, – произнесла Сорока, наверное, слишком быстро. Миссис Хендерсон поджала губы, словно хотела сказать что-то еще, но не могла подобрать нужных слов.

Аманда Вуд со своей стороны, казалось, стремилась положить конец разговору. Она тихо хлопнула в ладоши и сказала:

– Значит, и у нас больше не будет проблем. Маргарет, ты отстранена от учебы, отстранение будет перенесено на одиннадцатый класс. Ты будешь еженедельно отмечаться у миссис Хендерсон и ежемесячно у меня. Тебе выдадут рабочий лист, который каждый учитель должен будет подписывать в начале и конце урока. Каждое домашнее задание должно записываться в этот лист. Мы свяжемся с твоими родителями, чтобы держать их в курсе происходящего. Так как школа заканчивается на следующей неделе, мы примем на веру, что ты сдашь два обсужденных задания. Я не жду, что тебе понадобится встреча на следующей неделе, но, если она тебе нужна, уверена, мы сумеем ее организовать. Миссис Хендерсон тебе все подробно объяснит. Есть вопросы?

У Сороки было много вопросов. Но один был важнее, чем все остальные.

Потому что больше всего на свете ей хотелось исчезнуть.

Тогда, когда она захочет. Туда, куда она захочет.

Например, сейчас. В это самое мгновение. Просто ускользнуть в другой мир.

Так почему же это обязательно должен быть садовый сарай?

Сможет ли она открыть дверь в Близь где-нибудь еще? Или Близь была привязана к конкретному месту?

– Что ты задумала?

О, дорогой мой друг.

Все. Она была готова ко всему.

* * *

Сорока подготовилась.

В тот день она посетила все уроки.

Потом пошла домой, приготовила ужин, съела его и отключила телефон на случай, если Аманда Вуд будет звонить, когда дома будет Энн-Мэри. Теперь Аманда Вуд услышит только сигнал «занято».

А потом Сорока вышла из дома, вылетела, как только солнце скрылось за горизонтом, и быстро поехала на велосипеде по Пайн-стрит, увеличивая расстояние между ней и садовым сараем.

Она оказалась в поле с рождественскими елками.

Маленькая ферма срубит их в декабре и продаст жителям Дали, чтобы те украсили их мишурой и гирляндами, сунули под них подарки и притворились, что Санта опять доказал, что магия в нашем мире существует.

Маргарет приезжала сюда дважды в сезон каждый год: один раз – с семьей, чтобы выбрать крохотное дерево для их крохотной гостиной, а второй – с Эллисон и ее родителями. В детстве они с Эллисон играли в прятки, бегая между рядов вечнозеленых растений и выпрыгивая из-за них, чтобы напугать друг друга.