Непобедимое Солнце

Гастон присел и, прижав её голову к своей широкой груди, спросил:

– С ним что-то не так? Я верно догадался, да? Ведь ты бы не покинула место, в котором служишь пять тысяч лет, просто так, да ещё и инкогнито... Он опять сбежал, да?

– Не-е-ет, его похи-и-и-итили... Может быть, его уже и нет в живых... вот...
– всхлипнула Фея.

– А ну, рассказывай, быстро. Я об этом сразу догадался, потому и потребовал от тебя клятвы все мне рассказать. Можешь мне верить, слово рыцаря: я - могила. Да и потом, я имею на это прямое право, я же его брат, в конце концов!

И Фея рассказала ему всю историю от начала до конца - от того дня, когда Принц изменился до настоящего момента. Зверята дополняли рассказ в той части, в которой непосредственно принимали участие. Гастон внимательно выслушал их рассказ, в котором ему особенно понравилась история о Верховном Тайном Совете всех Зверят. Он с улыбкой ласково потрепал обоих по головкам, похвалил их верность своим хозяевам.

Когда рассказ был окончен, было уже не меньше, чем пол одиннадцатого вечера.

Гастон, нахмурившись, мрачно задумался.

– Кое-что об этом я слышал, - сказал, наконец, он.
– И о Скалистых горах, и о Золотом Чертоге, и о тайнах и опасностях тех жутких мест, хотя сам там не бывал. В Заморье людей не пускают, это ведь "карантинная зона"... Много действительно мужчин пропало, посмотрев в те колдовские зеркала. Сначала становились они нелюдимыми, замкнутыми, бесчувственными, потом исчезали без следа. Ничего утешительного сказать не могу на этот счет... Знаю только одно - я всегда чувствовал, даже когда я нашел его окровавленную шляпу, даже когда мы её опускали в гроб, я чувствовал, что он жив... И, как видите, не обманулся. Вот и сейчас я чувствую, что он жив...

– И я... и я это чувствую, - прошептала Фея, опуская свою головку на сильное мужественное плечо Гастона и закрывая глаза, - иначе бы я... не отравилась... в этот... поход...
– Фея, несколько раз зевнув, окончательно перестала бороться с сонливостью и тут же уснула, прямо на плече Гастона.

Гастон аккуратно и нежно взял её на руки, как пушинку - Фея была легка и тонка, а Гастон был так силен, что мог в одиночку утащить на себе среднего размера медведя. Под бдительным наблюдением обоих Зверят отнес её в комнату.

Уходя, Гастон с сожалением посмотрел на Фею - во сне она была ещё прекраснее! Такое спокойное, такое величественное лицо, высокий умный лоб, правильные черты лица, благородно очерченный чувственный рот, разметавшиеся по подушке светящиеся золотом во тьме волосы...

"Эх, братец, кабы не ты - украл бы я её и увез на край света..." - подумал про себя Гастон, тяжело вдохнул и отправился отдавать распоряжения слугам на завтрашнее утро.

А Зверята осторожно освободили Фею от одежды, переодели в ночную рубашку, укрыли теплым пуховым одеялом и легли спать с нею рядом - Котенок по правую руку, Щенок - по левую. Оставлять Фею одну в чужом доме - а уж тем более отъявленных звероедов и звероубийц - ни, ни! А Фея, как в детстве, обняла Котенка обеими руками и блаженно улыбнулась во сне. Ей снилось, что Принц был рядом, и все у них было хорошо...

6.

Утром, при первых лучах восходящего солнца, Фея проснулась, разбудила Зверят звонкой песней Рассвету и напомнила, что им желательно выйти из города как можно раньше. Гастон вызвался их проводить самым коротким путем.

После легкого завтрака Фея верхом на белой лошади, Гастон - на черной, Зверята и феин багаж, по-прежнему летящий в воздухе, тронулись в путь.

Гастон, облаченный в обычный зеленый костюм, ничем не выдававший его положения, проводил их через настоящий подземный ход. Восторгу Феи не было предела.

Выйдя за крепостные стены, путники скоро вышли на небольшую тропинку, пустившуюся вилять между густыми зарослями пушистых елей и лиственниц. Не прошло и получаса, как путники уже оказались в глубоком лесу без каких-либо следов пребывания человека.

Но вот тропинка довела их до большого камня с памятной надписью.

– Это граница моих владений, - с грустной улыбкой сказал Гастон.
– Этот камень воздвиг ещё Роланд Древний для своего наследника - Риккареда.

– Спасибо тебе, принц Гастон, - последний раз опираясь на сильную руку рыцаря пока сходила с лошади, печально сказала Фея.
– Ты даже не представляешь, как помог мне, мне очень понравилось с тобой общаться. Прости меня за необдуманные и резкие слова порой. Мне будет тебя не хватать...
– голос Феи дрогнул и оборвался.

– Мне тоже... Я бы хотел отправиться с тобой освободить своего брата...

– ...но это невозможно, Гастон, ты же знаешь, сам чувствуешь... Ты - мужественный рыцарь и великий воин, но битва с Непобедимым Солнцем будет не на мечах и даже не на волшебных палочках - даже все Сообщество фей вместе взятое бессильно перед нею.

– Я знаю, - грустно опустив голову, сказал Гастон, - я знаю... Это не моя война, это не война человеческого рода... И от этого мне ещё тяжелее...

– Не переживай, Гастон, - улыбнулась Фея и потрепала его за плечо, - придет и твой час. Если ты доверяешь феиной интуиции - самой сильной на свете -, ты ещё сыграешь свою роль в истории Целестии, и мы ещё обязательно встретимся, поверь...
– И Фея вдруг совершенно неожиданно для себя поцеловала Гастона в щеку.

Гастон густо покраснел и, не глядя на Фею, ответил:

– Я тоже... верю...

И тут же резко вскочил на свою вороную лошадь, взяв под уздцы белую. Не оглядываясь, он поскакал прочь, пока не скрылся за поворотом тропинки.

– Только вот не встретиться бы с тобой, Гастон, по разные стороны баррикад...
– прошептала Фея. Смахнув слезу и громко зажужжав крыльями, решительно полетела на восток - туда, куда вела тропинка, навстречу своей судьбе и своему счастью. А вслед за ней побежали трусцой её верные Зверята.

Глава 7. Заповедная Чаща.

1.

Путь Феи лежал дальше на северо-восток. Людские владения - так называемое Содружество суверенных королевств - оказались далеко позади, а потому таиться больше не было смысла.

К востоку от людских владений и до самого Моря тянулись лишь одни дикие леса. Это были владения не менее диких и опасных дриад, встречаться с которыми у Феи не было ни малейшего желания. Сказывалась тысячелетняя вражда обоих рас, их взаимное непонимание, но не в меньшей степени и личная обида. Фея не могла простить королеве дриад Коре девятимесячного пленения Принца в её Заповедной Чаще, которые показались Принцу длившимися всего три дня. Феина ревность, намного превосходящая человеческую, и отвращение к распущенным нравам обитательницам темных чащоб - весьма взрывоопасная надо сказать смесь.

Поэтому Фея, "загрузив" в свое сознание из коллективной памяти Сообщества фей карту местности при помощи Анализатора, заранее планировала путь так, чтобы избежать встреч с ними. А потому пришлось сойти с хорошо протоптанной тропинки, явно проложенной не людьми, и пойти через чащу и бурелом. Благо, у Феи есть крылышки. Она могла взлетать выше крон самых высоких деревьев и, глядя сверху, точнее определять свое местонахождение. А потому опасность заблудится, вроде бы, была совершенно исключена. Вроде бы...