Няка
Шрифт:
«Он бросил эту старую кошелку ради меня! А я-то сомневалась в его любви, – зажглось торжеством сердце Катюшки. – Какой он все-таки нравственный, безукоризненный…»
– Скажите, ваш муж ел вчера грибы? – обратился к ней Петр Сергеевич.
– Грибы? – Катюшка заметно растерялась. – Не припомню, но все может быть…
– Припоминайте, – настаивал Петр Сергеевич. – От этого зависит, какой антидот мы ему назначим. Ну, смелее. Что вы вчера готовили на ужин?
Но вместо ответа Стражнецкая опустилась на стул и исторгла из груди серию громких вздохов:
– Я
Тут дверь опять отворилась, и в кабинет без всякого стука вошел мужчина средних лет с папкой под мышкой.
– Следователь Синицын, – сухо представился он. – Я расследую обстоятельства покушения на жизнь члена политсовета партии «РВС» Константина Стражнецкого.
– Покушение? – удивился Петр Сергеевич. – Но почему вы так решили? Он просто отравился чем-то. С каждым может случиться.
– Трудно поверить в случайность прозошедшего, когда до выборов в Госдуму остался месяц, – усмехнулся Синицын и перевел взгляд на Катюшку и Алину: – Гражданки, оставьте нас наедине с главврачом.
Приняв твердое решение сбросить до свадьбы еще три кило, Зина под благовидным предлогом улизнула из дома. Ей было нужно кое к кому съездить.
…На ее звонок в дверь никто не отозвался. Рыкова нажала кнопку понастойчивее. Опять никакой реакции. Она вышла из подъезда и подсчитала, где могут находиться интересующие ее окна. Они были темными. Тогда она набрала комбинацию цифр на сотовом.
– Так ты на смене, что ли? А говорил, что сегодня по графику Ядов…
– Это ты только что в дверь трезвонила? – отозвался голос Казаринова. – Откуда адрес-то взяла?
– У меня руки длинные, – засмеялась Зинка, которая пробила сведения о Кирилле по номеру его сотового. – Что не открываешь? От кого-то шифруешься?
– Да спал я. После вчерашнего что-то приболел…
– А у меня как раз лекарство с собой. Коньяк будешь? Я сейчас поднимусь…
Кирилл уже ждал ее за чуть приоткрытой дверью в общую с соседями прихожую. Его длинные волосы лежали всклокоченными прядями, веки слегка отекли, глаза покраснели…
– Ты одна? – недоверчиво глянул он на Рыкову.
– Нет, сейчас еще подойдут две блондинки 90 * 60 * 90, – съязвила Зинка.
– Тихо! – сварливым шепотом одернул ее Кирилл. – Зачем приехала?
– Может, пригласишь в квартиру? – кокетливо протянула Рыкова. – Не бойся, я тебя не трону…
– Не приглашу, – отрезал тот. – Сказал же, болею, хреново мне.
– Мне тоже хреново, зайчик. Через неделю мне нужно быть в идеальной форме, – захныкала Зинка. – Снизойди к моей просьбе, внемли моей мольбе, отсыпь еще горстку розовых таблеток.
– Я же сказал: у меня их нет! – шепотом вспылил Кирилл.
– А почему ты шепчешься? – Зина оглянулась по сторонам.
– Горло болит, вот почему, – и схватив ее за руку, Казаринов втянул ее в «предбанник».
– Ну,
уже теплее, – ухмыльнулась Рыкова. – Через пять минут мы доберемся до прихожей, через пятнадцать – до гостиной, а там, глядишь…– Какая же ты дура, – за пределами «Аполло» Кирилл уже не стеснялся в выражениях. – И нахалка. Не постеснялась притащиться ко мне домой…
– …и, мало того, готова выполнить любые твои причуды за недельную дозу корректоров!
– Дура! Ты себя в зеркале видела? Остановись! Тебе больше нельзя худеть. Говорю это как врач.
– Я лучше чувствую свой организм и его потребности, – отрезала Зинка. – Ну, не хочешь помочь бесплатно – продай. Хорошие деньги дам.
– Ты меня достала. Уходи, – и Кирилл принялся теснить визитершу на лестничную клетку. Но не тут-то было! Рыкова обеими руками вцепилась в косяк двери.
– Я никуда не уйду, пока не получу того, за чем приехала! – объявила она Казаринову.
– Но у меня ничего нет…
– Найди. Добудь. Давай, шевели ушами.
– Но я тебе…
Кирилл остановился, не договорив фразу. Прислушался.
– Стой здесь. У меня сотовый, – и он метнулся в квартиру. Рыкова бросилась за ним, но он успел щелкнуть замком перед самым ее носом.
Зина прильнула ухом к двери. Нет, ничего не слышно. А, может, он решил таким образом от нее смыться? Ну уж нет, этот финт у него не пройдет. Она набрала номер Кирилла: и в самом деле занято.
Пауза затягивалась. Зина глянула на часы: ее невежливого собеседника нет уже четыре минуты. Опять набрала его номер: надо же, все еще говорит. От нечего делать она выглянула из предбанника в подъезд и тут ей показалось, что на площадке между этажами мелькнула фигура в черном.
У нее сильно забилось сердце и почему-то стало страшно. Стараясь действовать как можно тише, Зина вновь отступила в «предбанник». В этот момент из квартиры вышел Кирилл.
– Прости, что я тебе тут наговорил, – смущенно сказал он. – Обозвал некрасиво…
– Ближе к телу, – прервала его Рыкова.
– Я нашел для тебя еще немного корректоров метаболизма. Поднял на уши всех коллег, но нашел…
– Сколько ты за них хочешь?
– Я не торгаш, Зин. У тебя высокие цели. Я дарю тебе их просто так.
– Да уж, цели выше некуда, – усмехнулась Зинка.
– Я кое-что знаю, – улыбнулся Кирилл. – Не скромничай, ты очень талантлива.
– Я?! – Зинка удивилась, но тут же согласилась. – А почему бы и нет, черт возьми?
– Вот и я говорю, – мягко улыбнулся Кирилл. – Приходи завтра вечером в клуб. Обещаю, на свадьбе ты будешь выглядеть как топ-модель.
Прибывший консультант признал, что Стражнецкий – «их» пациент, и нуждается в переводе в токсикологический центр. Едва «скорая помощь» с бесчувственным телом Костика отъехала от ЭБСМП, Катюшка бросилась к своей машине. Как она ловко сейчас обставит «безлошадную» Корикову! Но в последний момент что-то в ее душе дрогнуло, и она пригласила Алину к себе в авто. Всю дорогу молчали. Лишь выключив зажигание, Стражнецкая спросила: