Объект Х
Шрифт:
– Ну. Змеев, химик этот, поставщик оборудования...,- Саша продолжал смотреть в направлении Маши.
– Зуев, дорогой! Какой Змеев, кто тебе сказал?
– Маша приподнялась еще выше и одеяло теперь прикрывало только часть её ног.
– У меня была такая информация..., - сглотнул Дубов, - Напутали.... Теперь тебе придется взять под наблюдение некого Змеева Николая Васильевича, внутренний телефон 3-62. Он обещал в течение двух дней все достать....
Теперь Дубов стоял посередине комнаты и нервно теребил пуговицу рубашки, при этом он переводил взгляд с постели на часы.
–
– Да..., уж, - опять односложно ответил Саша, сделав грустное выражение лица.
– Я не хочу с тобой расставаться!
– вдруг воскликнула с придыханием Маша, - Не хочу потерять тебя после проведенной совместной работы! Не хочу, чтобы ты мелькнул метеором в моей жизни...!
– Не буду, - заверил Саша, - Не буду мелькать...
– Милый, я так тебя люблю! Докажи мне, что наша встреча не случайна! Докажи, что и ты любишь меня!
– в глазах Маши горел огонь самопожертвования.
"Один раз, пожалуй, еще смогу...", - подумал Дубов и, решительно сбросив рубашку, бросился на постель.
Шарапов и Тараскин, вернувшись вечером около десяти часов, были слегка навеселе, что не противоречило приказу Дубова, поэтому они прихватили с собой бутылку экзотического напитка "Горькая настойка "ГОРЬКИЙ"" местного производства и несколько чебуреков. Вообще то они не планировали брать ничего горячительного, но такое загадочное название не могло остаться без внимания.
– Двойная свежесть!
– прокомментировал Тараскин, когда бутылка была куплена.
Он, как младший по званию, поднялся на этаж Дубова и пошарил под красным ящиком огнетушителя с надписью Б-2. Ключа не было. Тараскин ощупал все вокруг, но с тем же результатом. Тихо выругавшись неприличными словами, он спустился на 4 этаж, где его ждал Шарапов.
– Чего ты так долго?
– спросил тот, нервно подергивая пакетом.
– Ключа нет..., - растерянно сообщил Тараскин.
– Как нет? А где же он?
– Слушай, я не Копперфильд!
– Дубов, гад, наверное, прихватил по ошибке!
– взорвался Шарапов, - Конечно, какой тут ключ, когда баба рядом! Мысли все внизу болтаются!
– Пойдем, позвоним, что ли?
– Да ну его..., - махнул рукой Шарапов, - Сами справимся.
С этими словами он достал из кармана перочинный нож с полусотней приспособлений и начал открывать их по очереди. На двадцать каком-то, он удовлетворенно хмыкнул и вставил в замочную скважину какую-то волнистую пластину. После двух-трех покачиваний дверь в номер открылась.
– Это вариант Б-3, - с гордостью сказал Шарапов.
– Ага, а на кровати у тебя, наверное, вариант Б-1, или просто Б, - хихикнул Тараскин, когда они вошли вовнутрь, - Твердая связь между Нижним Новгородом И Нижним Пропилом установлена!
– Ёж твою в корень!
– воскликнул Шарапов, - Почему на моей-то постели!?
– Ты же старший здесь. По званию, - Тараскин опять хихикнул и закурил. Тем временем Шарапов с брезгливой миной осматривал свою кровать, приподнимая одеяло
двумя пальцами.– Мда-а-а, - протянул он, - Дубов, видимо учинял здесь допрос с пристрастием...
С этими словами он сдернул с подушки пару длинных волос и набрал номер горничной:
– Говорят из четыреста четвертого. Нельзя ли поменять бельё?
Провожая Машу, Дубов напряженно думал о нелегкой судьбе контрразведчика: огромная ответственность за Родину, напряженная работа без расслаблений, постоянные тревоги и бессонные ночи, беспорядочные связи и пьянки.
Все это требовало огромного напряжения сил, железного здоровья и большой ответственности за порученное дело. Пока Дубов успешно со всем этим справлялся.
На город опустилась теплая летняя ночь. Они с Машей шли пешком уже около часу, разговаривая о разных пустяках и это было понятно: в ближайшие дни должна была закончиться операция, значение которой понимали только те, кто ещё вообще что-то понимал.
Во всяком случае, Дубов твердо понял, что для защиты Родины мало одного желания, надо это уметь.
– Саша, ты совсем меня не слушаешь, - вдруг прервала ход его мыслей Маша, - Вот я и говорю: однажды я оказалась, ну совсем не готовой...
– Да, да, - согласно кивнул Дубов, - Чувство свежести постепенно теряется...
– Какая свежесть, любимый, о чем ты?
– Маша остановилась.
– Вот что, Машенька, - сурово сказал Дубов, - Мне нужно возвращаться в гостиницу. Я сегодня отсутствую целый день. Ведомый может что-нибудь заподозрить.
– Его же пасут. Ты забыл, милый?
– Этого недостаточно. Мне надо вернуться. К тому же может позвонить Змеев.
– Я тебя понимаю..., - прошептала Маша, - Иди, дорогой. Я буду всегда рядом с тобой - помни это!
– Буду, - коротко пообещал Саша, поцеловал подставленные губы и остановил проезжавшее такси.
– Гостиница "Волга", - коротко сказал он.
По пути Дубов вдруг вспомнил, что по легенде он должен был бы познакомиться с поставщиком препаратов в пивной, поэтому требовалось срочно довести себя до надлежащей кондиции.
– Шеф, тормозни у ближайшей рюмочной!
– сказал он. Машина тотчас же остановилась. Совсем рядом светилась надпись "ТрактирЪ".
Через десять минут Дубов вышел оттуда, потяжелевший на 200 граммов.
Около своего номера он машинально полез в карман и наткнулся на ключ с биркой 404. Дубов тихо выругался про себя и хотел спуститься и отдать ключ ребятам, но потом передумал и толкнул дверь своего номера. Она было закрыта.
Саша постучал, внутренне готовый к неожиданностям.
– Кто?
– раздался неуверенный голос Деревянко.
– Я, - коротко ответил Дубов, - Александр. Вам привет из Шанхая...
Щелкнул замок и проем высунулась помятая физиономия Ивана:
– А-а-а, это ты.... Какого Шанхая?
– Да это я так.... Устал. Пойду спать.
– Ты это, извини, у меня дама, так что...
– Да хоть валет, мне до фени, - махнул рукой Дубов и пошел к своей кровати. По пути он увидел на столе батарею бутылок, за которой на кровати Деревянко виднелась полуприкрытая женская фигура.