Память Древних
Шрифт:
— ЗНАЧИТ, И ЖИЗНЬ КОРОЛЯ ДААНГВУЛА ТОЖЕ?! ЧТО МЕШАЕТ ТЕБЕ ТАК ЖЕ КОСНУТЬСЯ ЕГО — И УБИТЬ?! ЧЕМ ТЫ ЛУЧШЕ АРХОНТА?!
«Ничем» — призналась себе Данан честно и вышла из-за спины эльфа. Тот проводил женщину взглядом. Он не шевелился, но чувствовал, как внутри него что-то вибрирует. Если бы он только она была эльфом…
— Ты дыру ей сейчас просмотришь промеж лопаток, — шепнул Хольфстенн, поравнявшись с убийцей. Тот скосил на коротышку взгляд, и Стенна подернуло — настолько стеклянными были синие глаза Жала.
— Слушай, Дагор, — заговорила Данан, даже не подразумевая, что происходит за спиной. — Даангвулу ничего не грозит, потому что наличие короля гарантирует нам наличие армии для битвы с исчадиями. Эдрик, вздумай я предать Даангвула, потерял сына, он будет убит горем, возненавидит
Дагор дрогнул. Данан обратилась к остальным:
— Когда король соберет совет, мы скажем, что сын Эдрика Меддра по указу отца заключил сделку с Темным архонтом и поджидал в засаде высланных Смотрителей Пустоты. Так архонт мог бы делать все, что заблагорассудится, не боясь быть обнаруженным гномами, потому что только смотрители могут чуять его наверняка. Мы предоставим в доказательство эмблемы домов этих мальчишек, Йорсон подтвердит наши слова. — Данан прикрыла глаза и сглотнула ком отвращения ко всей скользкой, прогнившей ситуации. — Ему поверят, потому что он Смотритель Пустоты, нейтральная сторона в любой политической баталии, для него не было выгоды в этом спуске. — Для убедительности Данан вперила взгляд в лорда-командора гномов. — Ведь любой из королей, кто бы ни победил, дал бы ему армию, — с нажимом говорила чародейка, — для борьбы с архонтом. Это же общая напасть, любой король понимает… И ты, Дагор, поддержишь нашу версию, а иначе я оставлю тебя здесь. В конце концов, если бы Даангвул не верил, что, узнав правду, ты останешься на его стороне, он бы и не послал сюда тебя и твоих людей.
Дагор, хмурясь, опустил топор. Слишком много магии за один поход. Магии чудовищной, странной и страшной. И еще — слишком неопровержимая истина в словах чужестранки. Он верен королю, но чтобы Даангвул настолько погряз в разборках с Эдриком и вплел всех подряд…
— Как только мы разберемся с королевским советом, ты, Дагор, начнешь собирать и вооружать войска. Потому что знаешь, что будет с Даангвулом, если он откажется выполнять условия договора. А вы, — Данан глянула на Йорсона, — останетесь с нами. Нужно многое обсудить, — сказала чародейка гораздо спокойнее.
— С ними? — изумился Хольфстенн.
— С ними, — припечатала Данан и, прорезав собой разрозненное сборище, пошла в направлении транспортера. — Идем, надо скорее добраться до Диармайда и Эдорты.
Жал тут же пристроился рядом — мало ли что. Хольфстенн был с другого боку, за ним Борво, который вопреки ожиданиям чародейки не стал ничего спрашивать, удовлетворившись теми разъяснениями, которые услышал. Фирин держался чуть позади.
Они шли молча. Так же молча, измотанные, взяли привал — для сна на пару часов. Молча добрались до транспортера, время от времени оглядываясь назад, словно их участие в судьбе конкретно вот этих гномов было исчерпано. И только, когда все погрузились на платформу для перевозки, Хольфстенн шепотом спросил:
— Данан, ты скажешь хотя бы нам, что произошло? И от чего ты стала похожа на редкую сволочь?
Чародейка ощупала товарищей уставшим взглядом, в глубине которого читалась небывалая прежде решительность и прямота.
— Я знаю, какого из архонтов мы ищем.
ЧАСТЬ II
Столбами пыли
Глава 9
Праздник шел полным ходом. Девирн годами служил Брайсу Молдвинну правой рукой, не скрываясь, признавал генерал. А потом шепотом добавлял на ухо другу: и еще был его лучшим спасителем, особенно в последние дни: чародейка Валисса, бесполезная нынче помощница и постылая любовница допекала почти так же сильно, как когда-то давно — Редгар Тысячи Битв.
Девирна поздравляли на удивление лихо. Альфстанна с Айонасом тоже преподнесли ему дар — распиленную яшмовую жеоду, для здоровья и долголетия. Брайс Молдвинн на этом моменте обреченно закатил глаза. Айонас прыснул, но постарался замаскировать смех под кашель.
Хеледд неустанно следила за происходящим, таращась на каждого в зале, кто вызывал у королевы хоть малейшие
сомнения, с маниакальностью больного.Когда позади осталось уже с две дюжины поздравлений и без числа кувшинов с вином и элем, Альфстанна дала сигнал. Одна из служанок, разносивших вино, начала продвигаться к королевскому помосту. Какой-то мальчишка, сновавший промеж столов в поисках, чего бы урвать и не попасть под горячую руку знатного брюхатого дядьки, все-таки свистнул кусок мяса и поспешил удрать. Служанку у королевского помоста окликнула другая, чуть поодаль. Мимо неё только что пробежал мальчишка, задев худеньким плечом:
— Да пусть их уже вышвырнут отсюда, Майя!
«Майя», оглянувшись, врезалась во фрейлину королевы, и та опрокинула на неё блюдо со свежей принесенной едой. Как наудачу, отодвинувшись рывком от стола, чтобы не ошпариться, Хеледд опрокинула часть бокалов с вином.
Платье оказалось безнадежно испорчено, а ведь праздничный ужин не докатился даже до середины! Фрейлина пала на колени (прекратилась музыка), начала причитать и извиняться, потом ткнула пальцем в служанку: она виновата! Не желая быть центром подобного унизительного внимания, Хеледд дала знак музыкантам продолжать, а гостям веселиться. Ей ведь только переодеться. Поманив за собой фрейлину, она пообещала служанке на утро тридцать плетей и поспешила покинуть зал.
Альфстанна и Айонас, сидевшие бедро к бедру, как и положено супругам, чему-то засмеялись. Но на деле никакой шутки не прозвучало: просто, чтобы создать видимость то ли увлеченности, то ли несдержанной насмешки в адрес перемазавшейся государыни. Они надеялись, что Хеледд поторопится исправить конфуз. Ей ведь не по статусу, как выяснилось недавно с жеодами, носить что попало, и выглядеть, не пойми, как.
Усиливать меры предосторожности Хеледд тоже не захочет, прикинули августы: она обязана выглядеть в глазах двора достойной королевой, чтобы поддерживать порядок. А значит, она не станет показывать страх и трусость; не станет портить праздник уважаемого человека, близкого соратника отца. К тому же Брайс Молдвинн сам здесь. Кому, как не ему, можно доверить безопасность праздника и шпионаж за врагами, которым пришлось дать место за общим столом?
Хеледд отошла, а мужчины на кухни обычно не суются, прикинули августы. Отличный момент, чтобы влить в вино для стражи сонное зелье. Пора.
Айонас придвинулся к Альфстанне так, будто что-то шепчет на ухо. Задержался на несколько секунд и поднялся из-за стола. Вышел. Ну мало ли, может, как все, облегчиться? Альфстанна осталась на месте, безынтересно пожевывая еду и грустными глазами косясь на место мужа. Надо же, так зависеть от одного кобеля! — злословили женщины с разных сторон. Чтобы отвлечься от них, Стабальт разглядывала королевский помост или просто изучала в деталях облики собравшихся. Так она постоянно натыкалась взглядом на Молдвинна и Девирна и молилась в душе, что достаточно примелькается.
Вскоре послышался шорох за спиной, и Альфстанна, не оборачиваясь, проворчала:
— Айонас, где тебя носит?
Айонас уточнять не стал. И садиться тоже. Было в этом что-то неправильное, Альфстанне пришлось оглянуться. Мальчишка, который бегал да путался под ногами совсем недавно, снова стоял тут и строил глупую рожу, наклонив при этом голову на бок и дополнительно устрашая себя руками.
Альфстанна демонстративно фыркнула: ходят тут всякие! — а в душе поблагодарила мальчонку. Если он здесь, значит, снотворное уже в вине, и Айонас на пути к темницам. Она, как могла подробно заранее рассказала Диенару, где искать Аберта Вектимара. Теперь оставалось полагаться на прыткость августа и его силу. А у неё было другое дело.
Альфстанна вышла из залы. На её счастье в праздники все, кому в обычной жизни приличия запрещали следовать инстинктам, сегодня прятались по углам с ужимками и ласками, гуляли по двору и вообще всячески нарушали привычный уклад дворца. Это же праздник!
Прячась за тьмой и общим гвалтом, Стабальт юркнула в закуток за одной из бастионных горж, примеченный днем ранее. Там её уже ждал Берен, груженный всем необходимым.
— Госпожа, — шепнул он, едва показалась Альфстанна. — Толгримм с ребятами даст нам столько времени, сколько получится.