Племя

На этом моменте текст заканчивался. Нет, продолжение точно было, просто его кто-то вырвал. Отчетливо видна крохотная чернильная каракуля там, где должно было быть продолжение текста, точнее, первая буква продолжения. Сомнений не было в том, кто автор текста. Михаил был настоящим фанатом техники, а, как рассказал Шон, в сарае у него вообще целая радиостанция. Но что за прибор он испытывал в этом тексте?

Девушка осторожно свернула листки и положила в карман штанов. Погрузившись в мысли о прочитанном, она сама не заметила, как задремала, проспав всю последующую поездку, как и ее спутник.

Глава 5

Слегка прищурив глаза, Шон отодвинул рукой рваные шторы, всматриваясь в силуэт крупного города. Среди ночной тьмы так красочно смотрелись желтоватые огни уличных фонарей, ламп, даже из некоторых окон наиболее уцелевших домов просачивались красочные лучи. Весь город со всех сторон был окружен массивной, высокой стеной, которая не идет ни в какое сравнение с тем деревянным ограждением Новоземелья. По мере приближения состава к укреплениям они становились все больше и больше. В голове Шона возник вопрос: «Как им удалось построить такое ограждение?». Это, и вправду, удивляет.

Плавно потянувшись и крепко хлопнув глазами, Роза взглянула на удивленного Шона, уставившегося в окно, и так же осмотрела город. Она не сказала ни слова, хотя было ясно, что восторгалась она не меньше Родригеса.

Поезд постепенно стал замедлять ход, въезжая в огромные ворота депо. Платформу заполнила толпа людей. Все они улыбались и махали вслед останавливающемуся паровозу. Шон обратил внимание на то, как они были одеты: теплые куртки и штаны с аккуратно и надежно зашитыми дырками, на некоторых была грязная рабочая одежда, а кто-то оделся совсем легко, лишь накинув сверху тонкие длинные плащи, на других же было надето некое подобие делового костюма, настолько делового, насколько позволяла нынешняя обстановка.

Дверь, соединяющая вагон с кабиной машиниста, распахнулась, и оттуда вышли братья. Они с хитрой улыбкой посмотрели на Шона и Розу, как бы говоря им: «А вы, наверное, и не верили, что доедете!».

— Ну что? — усмехнулся Артем. — Давайте, на выход.

Накинув на плечи тяжелые сумки, вся компания подошла к выходу из вагона. Заржавевшие двери постоянно заедали, из-за чего приходилось приложить довольно много усилий, чтобы открыть их, и всегда это сопровождалось сильным грохотом. Ликующая толпа захлопала своим долгожданным гостям, но как только все покинули вагон, лица многих исказились в вопросительном выражении, овации резко стихли, тихим шелестом раздались шептания.

— Да, — воскликнул вдруг тот огромный мужчина, встретивший своих пассажиров, — Это все… Другие погибли. Больше никого.

Осторожно пройдя через толпу, к новым жителям вышел невысокий мужчина средних лет. Его темная куртка, казалось, была на пару размеров больше, а берцы с многочисленными латками наверняка повидали многое. У него были короткие темные волосы, широкое лицо, а маленькие глаза смотрели строго и как бы сквозь, словно смотрели не на тебя, а куда-то вдаль. Мужчина остановился перед пассажирами поезда и начал поочередно подавать руку для приветствия, осматривая каждого.

— Я, — начал он грубым голосом, — Вадим Никонов. Правитель вашего нового дома — Светлограда.

«Да уж, — подумал Шон, — очень подходящее название для города с таким количеством огней».

— Как вы уже поняли, мы ожидали, что вас будет больше, ведь нам нужны люди, всегда нужны, — закончив с рукопожатиями, он сделал пару шагов назад, еще раз окинув взглядом слегка недоумевающих от такого количества людей Шона и Розу, и слегка улыбнулся. — Какие-то вы напуганные! Что вы так нервничаете? Наш город — это, возможно, лучшее, что могло случиться с вами. Мы стараемся вернуть прежнюю жизнь. Да, это трудно, но, как можете видеть, мы стараемся. У каждого есть своя работа, свой дом, свои увлечения, друзья, семья. И у вас тоже все будет, если захотите и будете приносить пользу себе и другим. Пойдемте, — он нерасторопно отвернулся в сторону выхода из депо, — проведу вас в ваши новые дома.

Роза и Шон последовали за Вадимом, ощущая на себе пристальные взгляды толпы, а братья пошли куда-то в другую сторону вместе с экипажем поезда.

Покинув депо, Шон не мог поверить своим глазам. Он стоял на улице самого настоящего города, повсюду горели огни, ходили люди, рабочие, отовсюду раздавались разговоры, свисты, хохот. Хоть и была ночь, но люди не спали, возможно, как раз из-за приезда новых жителей. Глаза Розы вновь засияли так ярко, осматривая пейзаж города. Да, конечно, здесь не хватает автомобилей, а некоторые дома все же разрушены, дороги разбиты, но это все равно выглядит совсем иначе, нежели другие места, где они бывали за последнее время. Здесь все было таким живым, настоящим.

— Вот и он, — проговорил Вадим, — Светлоград — ваш новый дом, как я уже говорил. Правда ли он чудесен? — казалось, что он сам замечтался, осмотрев улицу своего города. — Пойдемте.

С каждым пройденным метром все сильнее ощущалась жизнь. Как же непривычно было видеть людей, занимающихся своими повседневными делами, развлекающихся в кафе и барах, читающих книги на лавках, рабочих, охранников, детей.

— Откуда у вас есть свет? — наконец осмелилась поинтересоваться Роза.

— На другом конце города расположена солнечная электростанция. Мы смогли ее починить, как только пришли сюда. У нас много талантливых инженеров, которые смогли придумать способы поддерживать все в хорошем состоянии. Да, мы так и живем, пользуясь тем, что дают нам умные, способные и талантливые люди. Труд, как известно, всегда благороден и имеет свои плоды, которые мы можем созерцать в сию секунду. Вы, я надеюсь, сможете еще нас удивить. Чем вы занимаетесь?

— Я был врачом, биологом, — впервые за несколько минут сказал Шон.

— Отлично! А вы, юная леди?

— Я… — Роза неуверенно осмотрелась по сторонам, словно стараясь выдумать себе какую-то по-настоящему полезную работу.

— Ну же, не стесняйтесь! Нам нужны люди совершенно разного склада ума.

— Она пишет, у нее хорошие книги, статьи, стихи, — ответил за девушку Шон, поймав на себе ее недовольный, осуждающий взгляд.

— Что ж, это тоже очень хорошо! Культура — важнейшая ценность человека, мы непременно найдем, куда направить ваши навыки, — Вадим указал рукой на двухэтажный дом перед ними. — Вот мы и пришли. Можете здесь расположиться, — он сунул руку в карман, достав оттуда два ключа с номерами, подобно тем, что выдают в отелях. — Это ваш, дама. А это ваш, сударь, — пробубнил он точно себе под нос, передавая ключи их новым владельцам. — Номера там указаны, а я пойду. Утром, часов в десять, за вами придут. Приятной ночи!

Манера речи у этого человека была крайне необычной, отчасти даже странной, чем-то Шону напомнив Орлова, когда тот только встретил их в больнице. За исключением того, что Вадим не кажется сумасшедшим.

Подъезд дома выглядел весьма неплохо, гораздо лучше, чем в других городах, что очевидно. Голубая краска толстыми слоями отваливалась от бетонных стен, ступеньки на лестнице были в многочисленных дырках и сколах. Деревянные двери квартир в большинстве своем были сильно поцарапаны и ободраны. Шон осмотрел свой ключ. «Квартира 24». Розу же поселили в одиннадцатую квартиру. Попрощавшись друг с другом легкими улыбками, они разошлись по своим «новым домам».

Переступив порог, Шон оказался в коридоре. Первым, на что он обратил внимание, стала одиноко висящая в центре лампочка, заприметив которую, Родригес сразу стал осматривать стены в поисках выключателя. Сами стены оказались оклеенными старыми обоями, поцарапанными и желтыми от влаги, но тем не менее придававшими квартире уют. Мебели в коридоре оказалось не так много: небольшой шкаф с треснутым зеркалом и подставка для обуви, но уже казалось, что этого вполне достаточно. «Ура! — воскликнул про себя Шон. — Вот и оно!». Осторожно поднеся палец к выключателю, Родригес плавно нажал его. Раздался щелчок, и… ничего не произошло. Это бы нисколько не смутило Шона, если бы не наличие света у других жителей. «Возможно, какие-то неполадки со светом именно в этой квартире, — подумал Родригес. — Ну, не удивительно, мне всегда везет,» — усмехнулся он, невольно улыбнувшись.