Последние Девушки

Ее тут же сменяет еще одна, еще тревожнее первой. Сэм явно хотела, чтобы я все вспомнила.

Знать бы только зачем.

«Сосновый коттедж» 17:03

Жанель решила, что хочет исследовать окрестности, прекрасно понимая, что никто не откажет в просьбе имениннице. Так что они отправились в путь и углубились в лес, подступавший вплотную к дощатому настилу на задах дома.

Крейг, бывший бойскаут, вел отряд вперед с решимостью, граничившей с глупостью. Он единственный взял с собой подходящую обувь – высокие туристические ботинки с толстыми носками, натянутыми на его жилистые ноги в виде защитной меры против клещей. В руках у него был нелепо длинный посох, ритмично постукивавший о землю.

Куинси и Жанель, куда менее серьезные, шагали сразу за ним. В джинсах, полосатых свитерах и непрактичных кедах, они прокладывали себе путь, ступая по толстому ковру опавшей листвы. Сверху тоже падали листья, вечернее солнце сияло сквозь их хрупкие, тонкие силуэты, пока они кружились, вертелись и вращались в воздухе. Словно падающие звезды всех оттенков красного, оранжевого и желтого.

Жанель схватила на лету листик и заткнула себе за ухо, его яростная рыжина сверкала в ее золотисто-каштановых волосах.

– Я требую, чтобы меня щелкнули, – сказала она.

Куинси подчинилась, дважды нажала на спусковую кнопку затвора, потом повернулась и сфотографировала Бетц, которая устало тащилась с тем же измученным видом, с которым не могла расстаться весь день. Для нее эта поездка была не столько подарком, сколько тяжким бременем. Днями, которые надо было как-то перетерпеть.

– Улыбочку! – приказала Куинси.

– Вот когда этот поход закончится, тогда и буду улыбаться, – хмуро бросила Бетц.

Куинси все равно ее сфотографировала, а потом переключилась на Эйми и Родни, которые шли бок о бок, чуть не соприкасаясь бедрами. Поскольку они никогда не были не вместе, все давно стали называть эту пару Рэймди.

На Эйми была фланелевая рубашка Родни, рукава которой оказались ей настолько длинны, что скрывали собой даже пальцы. Рядом с ней Родни своей небритой физиономией и торчавшим из-под выреза футболки кустом волос на груди напоминал медведя гризли. Увидев Куинси, они прижались друг к другу и скорчили рожицы.

– Готово! – воскликнула та. – Вот она, любовь на камеру.

– Эй, ребята, что вы там застряли? – крикнул им Крейг, когда они стали взбираться вверх по пологому склону.

От опавшей листвы земля стала скользкой, поэтому Жанель и Куинси взялись за руки, по очереди помогая друг другу карабкаться вверх.

– Нет, я серьезно, нам надо держаться вместе, – произнесла Жанель с важностью экскурсовода, – в здешних лесах водятся духи.

– Чушь, – ответил Родни.

– Это правда. Сотни лет назад здесь жило индейское племя. А потом пришли белые мужчины и стерли его с лица земли. Их кровь на наших руках, ребята.

– Что-то я ее не вижу, – сказал Родни, насмешливо глядя на свои ладони.

– Веди себя прилично, – осадила его Эйми.

– Как бы там ни было, – сказала Жанель, – поговаривают, что духи этих индейцев скитаются по лесам, готовые убить каждого белого, который попадется им на пути. Так что будь осторожен, Родни.

– Почему я?

– Потому что Крейг справится с любым духом, индейским и каким угодно другим, – сказала Куинси.

– А как насчет тебя?

– Я же сказала, их убили белые мужчины, – ответила Жанель, – а мы женщины, и к нам они претензий не имеют.

– Несколько человек действительно здесь умерли.

Это сказала Бетц. Спокойная, наблюдательная Бетц. А потом посмотрела на всех своими огромными, немного жутковатыми глазами.

– Об этом мне рассказал парень, с которым я хожу на зарубежную литературу, – добавила она. – В прошлом году в здешних лесах убили двух туристов. Парня и девушку. Прямо в палатке зарезали насмерть.

– А того, кто это сделал, нашли? – спросила Эйми, теснее прижимаясь к Родни.

Бетц покачала головой:

– Насколько я знаю, нет.

Пока они не добрались до вершины холма, никто больше не проронил ни слова. Даже шелест сухих листьев под ногами, казалось, стал тише, дав им возможность подсознательно прислушиваться к другим звукам. Куинси чувствовала, что в этой мягкой, необычной тишине они не одни. Она понимала, что это глупость, всего-навсего побочный продукт рассказа Бетц, но все равно не могла избавиться от ощущения, что в лесу кроме них есть кто-то еще. Где-то поблизости. Стоит и наблюдает.

Рядом, в нескольких шагах от них, хрустнула ветка. От этого звука Куинси слегка взвизгнула, что тут же породило цепную реакцию – вслед за ней одновременно вскрикнули Жанель, Бетц и Эйми.

Родни, в отличие от них, засмеялся.

– Боже мой, – произнес он, – какие мы нервные.

Он потом показал на возмутительницу спокойствия – обыкновенную белку, хвост которой белым флагом реял над подлеском. Остальные тоже рассмеялись, даже Куинси, которая тотчас забыла о странной смутной тревоге, мучившей ее всего несколько мгновений назад.

На вершине холма они обнаружили большой каменный выступ с плоской вершиной шириной с двуспальную кровать. Ее поверхность испещряли десятки имен – в напоминание о ребятах, проделавших когда-то тот же путь, что и они. Родни подобрал острый камень и принялся выдавливать свое имя. Вокруг утеса во множестве валялись пивные банки и окурки, на длинной ветке соседнего деревца висел использованный презерватив, увидев который, Жанель и Куинси вскрикнули от омерзения.

– Вы с Крейгом могли бы устроиться тут, – прошептала Жанель, – контрацептивы, по крайней мере, вам обеспечены.

– Если мы действительно решим это сделать, – ответила Куинси, – то уж точно не на этой скале, где, судя по виду, вполне можно подхватить какую-нибудь заразу.

– Подожди, вы что же, еще ничего не решили?

– Я решила ничего не решать, – сказала Куинси, хотя на самом деле уже все было решено, так как она согласилась спать с Крэйгом в одной постели, – когда случится, тогда и случится.

– Лучше бы побыстрее, – сказала Жанель, – ведь Крейг, Куинни, мясо высшей категории и многие девушки наверняка умирают от желания его попробовать.