Потерянное одиночество

– Лиан…- я оборвала, не произнеся последнюю гласную, осознав, что нельзя давать ТАКОГО имени.

– Ли’-ан, - повторила я, и имя зазвенело в воздухе. Оно вышло звонким и белым. «Ли» – от лилии, «ан» - для радостной звонкости.

– Ли’ан, - повторил он пробуя имя на вкус и улыбнулся, - Лиан! Хорошее имя для… divinitas.

– Да…. Divinitas… но думаю афишировать твои изменения не стоит…

– Конечно – и мысленно добавил «матушка».

Я вздрогнула, пытаясь смириться, а вернее усмирить кричащий страх. Матушка, ну да, после того как простила все, и все отдала, чтобы выжил, иначе меня никак не назвать. Ну не сестра же, потому что сильнее намного и не госпожа, какая уж из меня госпожа … Матушка и есть… Только страшно, очень страшно когда вот так называют.

– «Буду называть как скажешь, - мысленно обратился Лиан, - только не расстраивайся», - упрашивал он.

– Леди… - с сомнением предложила я.

В ответ смущение и смех «моя леди»… Моя леди – обращение к жене в нашей среде.

– Паршивец…- я тоже смеялась и ругалась не всерьез.

– Да, леди, - и он подтянулся к моему лицу, вливая в поцелуе щедрый дар, я легко откликнулась, умножая силу и мы принялись раскачивать ее, как тогда, перед рождением Незабудки. Только это уже не было так целомудренно, как раньше – красная озорная ленточка вплеталась в поток, заставляя Лиана или меня вспыхивать красным от прикосновений.

Процесс свободного обмена силой, когда полностью открыт и не опасаешься, что тебе навредят, сам по себе очень приятен, а когда еще получаешь и генерируешь сам…. Ничто не сравнится с этим удовольствием.

Я очнулась, когда объем превысил тот, что был нужен Лиану для перекидывания, и чуть запаниковала…

– «Чшш, все хорошо…» - безмолвно успокоили меня. И Лиан мастерски разделив поток, подхватил свою половину, а вторую направил мне. Тут я уже не сплоховала и запросто управилась с ней.

Через пару минут, когда сила улеглась и звенящая радость поутихла, я глянула на Лиана, он со счастливой, отстраненной улыбкой гладил мои бедра и живот. Если раньше его прикосновения были несмелыми и целомудренными, то теперь в них сквозило собственничество любовника. Я задумалась, а нравится ли мне это, не слишком ли много он себе позволяет.

Он уловил мои мысли по нашей связи и остановился.

– «Прости. Забылся». – опять же без слов, и он поцеловал мне запястье привычно вливая каплю силы.

– А ты отлично управляешься с большими объемами, - похвалила я чтоб сменить тему.

– Да… В свое время я много детей и зачал и родил, и своим детям помогал…

– Подожди… Ты родил?

Он пожал плечами.

– Ты ж видела… Мы не люди и не оборотни…

– А как же тогда разделение на… мальчиков и девочек?

– Кто сильнее духом и может отвечать за других, тот и мальчик, - с улыбкой ответил он, - а кто послабее, в ком нет самостоятельности, тот девочка. Поэтому-то последние лет сто так много девочек получается, - помрачнев закончил он.

– Почему «поэтому»? – не унималась я.

– Ну… Вот у леди Ауэ, Крокус и Донник, девочки, - уточнил он, - инициировали ребенка, растила Крокус. Растила почти год…

– Год? Фиалочка же за луну-полторы?...

– Ну да. Даже меньше, потому что у Серизе, ребенок почти не рос. Ты же нас кормила так, как мы и мечтать то не могли. Только и успевали перерабатывать да в ребенка вливать. Я, кстати, редко встречал, чтоб так быстро могли конвертировать и зеленую и красную в белую, а чтоб сразу генерировать, так вообще никто кроме Матерей не мог.

«Да? Ладно, вернемся к этому позже»

– Так вот пришла пора ребенку отделяться, а у леди Ауэ как раз какие-то проблемы были, в общем, она самоустранилась, дав девочкам разрешение делать что угодно, но поместье не покидать. А там хоть и клумба большая и оранжерея, но силы в земле нет, плюс осень начиналась. Девочки, их хотя и шестеро было, не смогли раскачать Крокус, чтоб та перекинулась. Двое совсем малышки-глупышки типа Фиалочки – с них проку никакого, а четверо старались, но не смогли. Пришлось вытягивать ребенка.

– Как вытягивать?

– Ну вот примерно как метки принадлежности вытягивают…

– «Ой» - я вспомнила мучения Седрика и свои.

– «Угу, не настолько плохо, но…»

– Вот, и когда ребенка вытягивают, связи рвутся, их надо заново создавать, а это долго и кропотливо. Плюс ребенок не может нормально расти в большой форме, но девчонки смогли его перекинуть, - тут Лиан притушился и сокрушенно покачал головой, - Были случаи, когда не могли даже новорожденного перекинуть, вырастало что-то… но что… не флерс уж точно…

Я погладила его, вливая силу, отгоняя плохие воспоминания. Он пришел в себя и продолжил.

– Так вот, связи рвутся и восстанавливать их тяжело. В любом случае нужен постоянный контакт с ребенком, нужно работать с ним. А «вытянутого» нельзя оставлять ни на минуту, он требует внимания и силы во много раз больше чем нормально рожденный, он изначально слаб и ему никогда не стать сильным и самостоятельным.

– «Самостоятельный флерс – странно звучит»

– «Да. Увы. Но так было не всегда, раньше мы могли сами о себе заботиться».

– А еще Крокус надо было восстанавливаться, центры были повреждены пусть и не смертельно, но все же была нужна сила, постоянно, без перебоев. Леди Ауэ вошла в положение и почти год с девчонок ничего не брала, но и давала крайне мало, хотя может было бы лучше, чтобы сила не застаивалась, чтоб она брала и отдавала…

– Если б леди Ауэ целенаправленно кормила их, то все скорее бы кончилось?

– Ну да, по крайней мере Крокус скорее бы пришла в себя это уж точно. Вот поэтому, многие divinitas, когда их флерс беременеет, стараются избавиться от пары.

– То есть?

– В начале лета вывезти в «место силы» и оставить. На сильной земле и чистом воздухе почти всегда пара может раскачать друг друга чтоб перекинуться и растить ребенка уже будучи маленькими.

– А как же рожает, когда уже маленькая.

– А маленьким легко, тела как такового то и нет – одна сила в форме. Поэтому, когда приходит время, то все происходит почти само собой. Вот растить в себе ребенка тяжело, будучи маленьким. Тяжело ему передавать знания. Фиалочка так родилась, такие дети очень медленно взрослеют.