Принц Раздора

Через несколько минут охотники уперлись в тупик, где стоял нужный им дом. Серое здание с мансардой, в полумраке казавшееся почти черным, неприветливо глядело на них затворенными окнами. Четыре трубы, сложенные из кирпича, будто башни поднимались из плоской крыши. Перед мансардой выставили доску, надпись на которой крупными буквами гласила: «Алхимик. Все, что вам нужно». В заборе перед домом Дарлан разглядел железные кольца, к которым можно было привязать лошадей. Всадники спешились.

– Ущипни, меня, - прошептал маг, вертя головой.

– С ума сошел?

– У меня мурашки от этого места. Только что был погожий весенний день, а теперь мы как будто в подземелье въехали.

– Тихое место, - пожал плечами Дарлан, поглаживая Монету. Его лошадь никаких причин для волнения не находила. – Для алхимических экспериментов и изысканий самое подходящее.

– Вас, монетчиков, ничем не проймешь!

На массивной двери, обшитой железными листам, уже издалека выделялась ручка-молот. Чуть посмелевший Таннет, вызвался постучать. Грохот металла о металл загулял эхом, отражаясь от стен домов. Охотники подождали немного, но никто не открыл. Вновь громкий стук, а после почти могильная тишина. Монетчик усилил эфиром слух. Может, они пришли слишком рано? Но нет, внутри дома кто-то точно был. Ему удалось уловить признаки движения. Аккуратные шаги приблизились, и, наконец, дверь отворилась. В тот же момент из дома резко пахнуло серой. На пороге стоял невысокий человек в сером балахоне, скрывающим его с головы до пят. Видавшие виды ткань одеяния была покрыта пятнами разных цветов, а левый рукав явно когда-то горел. Лицо человека прятала маска в форме птичьей головы. В глазницы маски были вставлены линзы из толстого мутного стекла. Изогнутый длинный клюв выглядел пугающе.

– Что хотели? – голос, искаженный маской, прозвучал без намека на эмоции.

– Мы насчет заказа, - прокашлялся иллюзионист. Судя по всему, жутковатая маска его здорово впечатлила.

– Не помню, чтобы вы что-то заказывали у меня.

– Гм, другого заказа. Объявление на дорожном столбе.

– Ах, тогда проходите, сразу прямо по коридору и наверх по лестнице. Там в зале ждите, я переоденусь.

Внутри воняло серой еще больше. Дарлан смог воспользоваться своими способностями, чтобы приглушить зловоние, а вот Таннет вынужденно зажал нос пальцами. Через узкий коридор они быстро дошли до лестницы. На втором этаже запах стал ощутимо меньше. Комната, в которой оказались охотники, представляла собой совмещенную с библиотекой столовую. Иллюзионист отошел подальше от лестницы, откуда доносился серный смрад и уселся на табурет у края стола. Дарлан выбрал себе стул со спинкой. Вскоре ступеньки заскрипели, и к ним присоседился хозяин. Точнее хозяйка.

Алхимик оказался женщиной с короткой стрижкой. Ей было около сорока, но для своего возраста она выглядела прекрасно. Большие голубые глаза, чувственные губы. Впечатление портил только небольшой ожог на скуле. Хозяйка переоделась в черную свободную юбку до щиколоток и желтую рубашку с короткими рукавами. Коже на ее кистях и предплечье тоже несколько раз доставалось. Алхимия – опасная наука. Так говорили на Монетном дворе. Поэтому Дарлан совершенно не ожидал увидеть здесь в этом мрачном доме, пропитанном ароматами серы, женщину. Тем более такую.

– Я Мирана, - сказала, улыбнувшись она. Без ее страшной маски, голос сразу же приобрел светлую окраску. – Если будете и дальше пялиться, пожалуй, доверять вам мой заказ выйдет себе дороже.

– Наверное, мы сейчас дураков напоминаем, - засмеялся маг.

– Чуточку.

– Я Таннет, это мой друг Дарлан, мы профессиональные истребители всяческих тварей. Мы одолевали как созданий заклинателей тьмы и некромантов, так и демонов.

– Богатый опыт, но можете ли вы его доказать? Какой-нибудь трофей? Клык кейтра? Хвост дракона? Или хотя бы голова зомби? – поинтересовалась Мирана. Нельзя было понять – говорит ли она серьезно или так странно шутит. – Не хотелось бы быть обманутой. Как вас, Таннет? Вы что-то совсем не похожи на могучего воина, способного устоять в бою с отродьем Малума.

– Вы правы, Таннет лишь помогает мне в бою, но от его помощи часто зависит ход всего сражения, – быстро взял слово Дарлан, чтобы иллюзионист не брякнул чего лишнего от обиды.
– Трофеев же мы не берем.
– Монетчик снял с головы повязку. – Если же вы сомневаетесь и во мне, думаю этот знак вас переубедит.

– Мастер Монетного двора? Боги, вот теперь вы меня, конечно же, убедили. До вас приходил местный кулачный боец, здоровенный мужик, но неповоротливый. Не посылать же его на очевидную смерть? Были еще желающие, в основном бывшие солдаты, не вызывающие доверия.

Их потенциальная нанимательница подошла к небольшой софе и, опустившись в нее, продолжила:

– Но мне необходима живая тварь, конкретная. За мертвую я платить не стану, сколько бы их сюда не притащили.

– Эта задача нам под силу, - заверил Мирану Дарлан. – Если, конечно, вам не требуется пленить взрослого дракона, чтобы он поджигал вам печи.

– Дракона? – расхохоталась Мирана, посмотрев на Дарлана. – Честно, я была бы не против, да только в наших краях их давно не видели. Впрочем, для моей цели, крылатый ящер не нужен, ни молодой, ни взрослый. Мне нужна тварь помельче, но не менее опасная. Гумонкер.

– Гумонкер? – скептически переспросил Таннет.

– Да, вас что-то смущает?

– Совсем чуть-чуть. Гумонкер – создание элоквитов, представляет собой паука размером с поросенка, обитает преимущественно под землей, в пещерах, а на поверхность выходит только для охоты. Паутину в обычном понимании не плетет, использует ее только для обезвреживания жертвы, так как она ядовита и вызывает временный паралич. После того, как добыча поймана, этой же паутиной гумонкер пеленает ее, и со временем тело вместе с костями становится мягким, как желе, чтобы легче было переваривать.

– О, вижу вы отлично разбираетесь в чудовищах.

– Спасибо. – Иллюзионист благодарно опустил голову. – И поэтому не пойму, каким образом мы должны поймать живого гумонкера, если они в здешних землях не встречаются ровно также, как и драконы.

– А вот здесь вы заблуждаетесь, - возразила алхимик, сцепив пальцы. – Целая стая этих монстров разорила деревню бортников неподалеку отсюда.

– Быть не может! Климат неподходящий.

– Кое-кто из жителей уцелел, описание совпадает полностью.

– У страха глаза велики.

– Вы тоже думаете, что выжившие ошиблись, мастер? – спросила Мирана.

– Можете называть меня Дарлан, - ответил он. – Пока я еще ничего не думаю, однако, Таннет, вспомни зубаток, с которыми я столкнулся еще в Дретвальде. Тоже было не самое подходящее место обитания для тех тварей, разве нет?

– Гм, ничем необъяснимая миграция возможна, - нехотя признал иллюзионист. – Такое иногда случается. В любом случае, поимка такого существа дело опасное и…

– Затратное, - продолжила хозяйка, закинув ногу на ногу. – Поэтому я не указала награду сразу. Сумма, с которой я готова расстаться впечатляющая и наверняка привлечет внимание удалого ворья, которое рискнет напасть на мою скромную обитель. Я предлагаю две тысячи золотых марок за живого гумонкера.

Таннет присвистнул, раскачивая табурет. По правде, даже сам Дарлан опешил, это были баснословные, королевские деньги. Да, чудовище необходимо было не уничтожить, а поймать и доставить, что влекло за собой дополнительные риски, но отдавать за это две тысячи? Откуда вообще такие средства у алхимика? Судя по тому, что охотников направили прямо к ней, Мирана не имела конкурентов в Стармосте. Неужели доход от ее ремесла настолько высок? Окинув на удивление весьма скромную обстановку комнаты, монетчик поинтересовался: