Процветай

Он гордится мной.

Я оглядываюсь на свою старшую сестру. Коннор всё ещё ухмыляется ей и говорит по-французски. Проклятье. Открываю свой телефон и пытаюсь войти в переводчик, но он говорит слишком быстро, чтобы я могла набрать слова. В этот момент я жалею, что у меня нет более хорошего, нового телефона с возможностями приложения, которое переводит по звуку, без необходимости вводить текст вручную.

Мысль выхватить у Ло телефон возникает у меня в голове, но одна моя рука всё ещё в пакете с попкорном.

К счастью, Роуз использует английский.

— Менеджер преувеличивал.

— Очевидно, — говорит Коннор, — но это не меняет того факта, что нас выгнали сегодня вечером.

Шестеренки в моем мозгу начинают вращаться. Мои глаза расширяются от осознания, и я давлюсь попкорном. Ло похлопывает меня по спине и протягивает мне то, что раньше было водой Райка. Она стала общей, что отвратительно. Но срабатывает инстинкт самосохранения, и я все равно делаю глоток.

Роуз. Она нашла способ ускользнуть из номера Коннора, не изменяя ему и не ставя его в неудобное положение. Она заставила отель выгнать их.

Она смелая и немного чокнутая. Не проще ли было сказать ему, что она не хочет заниматься сексом?

— Я разбила одну бутылку шампанского в холле, — заявляет Роуз. — Наказание было едва ли оправданным.

— Ты назвала менеджера вселенским недоумком, — говорит Коннор, выгнув бровь. — И то, что ты сделала, очень маловероятно было случайностью.

— И что? — защищается она.

— Если ты хотела пойти домой, дорогая, всё, что тебе нужно было сделать, это сказать об этом.

Ха! Я ведь так ей и сказала, не так ли? Надеюсь, что да. Я не очень хорошо помню тот телефонный разговор. Руки и губы Ло во время него перемещались в опасные места.

— Тогда бы ты выиграл, — говорит она.

Он бросает на нее взгляд.

— Я и так выиграл.

— Но...

— Секс для меня не приз. Не знаю, сколько раз я должен тебе повторить это, чтобы ты поверила.

Они снова начинают говорить по-французски, и Ло прижимает меня ближе к своей груди, закидывая руку вокруг моей шей. Я беру пульт и включаю звук телевизора, который висит над камином.

— Тридцать секунд, — отсчитывает ведущий.

Я вспоминаю прошлый Новый год, когда Ло был в реабилитационном центре, когда я провела большую часть ночи с Дэйзи, когда мы сидели в машине Райка, застряв в пробке, когда часы пробили полночь.

— Двадцать секунд.

Теперь я в объятиях Лорена Хэйла.

Он трезв.

Я выздоравливаю.

Я не была уверена, что мы когда-нибудь окажемся там, где мы сейчас. Смотрю на Дэйзи, которая балансирует ложкой на носу с яркой улыбкой — первой искренней улыбкой за сегодняшний вечер. Райк долго смотрит на неё, прежде чем взъерошить ее волосы рукой. Ложка падает ей на колени.

Коннор и Роуз стоят в нескольких сантиметрах друг от друга у журнального столика, его руки на её бедрах. Её грудь вздымается и опускается быстрее, чем его, но его взгляд прикован к Роуз, словно она просто великолепна, словно он мог бы взять её прямо здесь, не раздумывая.

Я поворачиваюсь к Ло, мои колени по обе стороны от него.

— Десять секунд, — объявляет ведущий.

— Я скучал по тебе в прошлом году, — бормочет Ло, его ладонь на моей щеке, большой палец гладит мою кожу.

Я целую его челюсть, и прежде чем отстраняюсь, он целует внешнюю сторону моих губ, нервы поют от этого прикосновения. Да.

— Помнишь, как мы были маленькими? — шепчу я. — Ты бегал за мной до полуночи.

— Восемь! — кричит телевизор. — Семь!

Пальцы Ло зачесываются мои волосы назад, пока он держит моё лицо.

— Ты всегда быстро выдыхалась.

Я улыбаюсь.

— Мне хотелось, чтобы ты поймал меня.

Его янтарные глаза танцуют по моим чертам, как будто он запоминает каждую деталь.

— Я так и думал.

— Пять!

— Поймай меня, — шепчу я.

— Четыре!

— Я уже поймал, — бормочет он.

Наши тела прижимаются друг к другу, словно они никогда не отдалялись, ни на три месяца, ни на годы, ни на мгновение.

Его губы касаются моих, его ладонь хватает меня за волосы. Я приближаюсь еще ближе к его телу, поцелуй притягивает меня к нему.

— Один!

В этот момент всё остальное — лишь фон для нашей истории.

Проходит несколько минут, прежде чем мы реально слышим радостные возгласы из телевизора, людей на Таймс-сквер, празднующих с конфетти и поцелуями.

Коннор и Роуз вовсю целуются. Обмениваются страстными, сильными поцелуями, которые случаются от сдерживания эмоций во время ссоры. Он контролирует ситуацию, одна рука на её заднице, их губы не отрываются друг от друга, пока он ведет её назад. Её плечи ударяются о стену.

— Вау, — говорю я.

Прежде чем Ло успевает закрыть мне глаза, я перевожу взгляд. Я не хочу возбуждаться от этого. Как неловко с моей стороны.

— Ребята, вы понимаете, что это значит? — спрашивает Дэйзи, привлекая мое внимание к дивану.

Сначала я думаю, что она говорит о Конноре и Роуз. Для меня это означает, что их любовь умников находится на полной орбите. Там, где она и должна быть.

Но её глаза не смотрят на них. Она смотрит на экран телевизора, а у рука Райка лежит на спинке дивана за её головой. Они не выглядят так, будто разделили новогодний поцелуй, но мне интересно, думали ли они об этом. Хотя бы на секунду.

— Что? — спрашиваю я.

Она задумчиво смотрит куда-то вдаль, ни взволнованная, ни испуганная.

— Через несколько дней нас будут снимать, — она делает паузу. — Для реалити-шоу.

Вот.

Дерьмо.

.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

.

«Так я выживаю. Снова и снова. Это мой секрет. Я выжила, потому что я этого хотела. Как я пережила апокалиптический огонь? Я просто перестала чувствовать пламя.»