Противостояние

Не покидала Тунду и уверенность в том, что их уже ищут, может быть еще не бросив на это достаточное количество сил, не задействовав всех кого надо, но ищут. И Тунде, почему-то казалось, что маги Арканума рано или поздно дадут о себе знать. Единственной возможностью избежать этого, было идти, минуя заставы и населенные пункты, все те места, где их могли бы узнать (гнома не покидала уверенность, что грамоты с их описаниями уже распространились в округе) или понять, что гномы нарушают приказ Императора «О передвижении в Империи». Хотя один раз все же придется рискнуть. Не имея лошадей, они очень не скоро доберутся до Янтарных рудников, и здесь уже не поможет никакое зелье неутомимости.

Мысли Тунды прервали слова Кирква.

 - Смотри, Вер, как под заказ тебе, разве что специально построили, – сказал гном.

Только сейчас Тунда, погрузившийся в свои мысли с головой, заметил, что мягкую изумрудную листву под ногами сменила протоптанная пыльная дорога, с каждым шагом расходившаяся в ширь. Он удивленно осмотрелся. Отряд действительно вышел на широкую, хорошо утоптанную дорогу, стелющуюся прямо среди могучего священного леса темных эльфов.

 - Откуда она здесь, интересно мне знать, – то ли спросил, то ли озвучил свои мысли вслух Эгорд.

 - Да и какая, прям, скачки можно устраивать, – Верму почесал макушку, поглядывая по сторонам.

 - Вам не угодишь. Дороги нет - не нравится. Есть - тоже не такая, – съязвил Булдук.

 - Да говорит, что не такая, еще какая такая, – Верму всплеснул руками.

Гномы начали спор, а Тунда внимательно, не упуская ни одной детали из виду, оглядывался по сторонам. Похоже, это был вход в священный лес. Здесь Фларлан брал свое начало, и здесь эта дорога соединялась с сетью тех путей, что расстилались паутиной по всему Ториану, выстроенные ни одним поколением хумансов. От могучего леса в этом месте осталась лишь одна только память. Все чаще на глаза гномов попадались просторные опушки, тут и там возвышались холмы, текли ручьи с кристально чистой водой. Лес кончался, и гномы выходили к Восточной границе Торианской империи. Тунда уже не чувствовал даже тех былых толчков Силы Фларлана, окатывавших его с ног до головы с необычайной мягкостью первоприродным теплом. Теперь он чувствовал лишь мимолетные оттоки Силы, чуть касающиеся его сознания, когда отряд пробирал очередной порыв ветра. И все. Сила Фларлана здесь угасала, или же могучий лес просто отступал, уступая место другим природным стихиям. Не чувствовал гном и никаких опасностей. Молчали его амулеты, глаз скользил по деревьям, опушкам и холмам, замечая лишь движения животных и птиц, которых здесь заметно поубавилось и которые, к удивлению Тунды, теперь шарахались из стороны в сторону при виде гномов. Ничего подозрительного не улавливали ни слух, ни обоняние Тунды. Здесь не было чужой магии, чужого присутствия, ничего того чего стоило бы остерегаться. Совершенно спокойны были и его бойцы.

Наконец могучий Фларлан остался позади, и Тунда, обернувшись, проводил взглядом необъятную зеленую гладь священного леса. Впереди расстилалась широкая дорога, ведущая к Тарибору. Где-то далеко на горизонте садилось солнце, озарив землю своими прощальными лучами, и уже можно было разглядеть полумесяц, застывший с солнцем на одном небе и ждавший своей очереди, словно стражник. Солнце слепило глаза, но Тунда все же видел развернувшийся перед его глазами красивый пейзаж раскинувшейся степи. Дорога уходила под уклон, и можно было разглядеть горизонт на многие мили вперед. На западе и на востоке в нескольких десятках миль гном видел очертания небольших каменных хребтов тянущихся на милю к северу, будучи достаточно узких в ширину. Можно было говорить о неком ущелье, если бы хребты не были отдалены друг от друга на почтительное расстояние. По всей видимости, это были остатки древних гор, что когда-то возвышались здесь. Одиноко в степи росли деревья, казавшиеся совсем маленькими по сравнению со своими братьями из Фларлана. Даже зеленая трава, ковром устилавшая степь, казалась здесь какой-то не такой живой и сочной, как в священном лесу не подпитываясь магией темных эльфов. Тунда, рассматривающий этот пейзаж некоторое время, думал стоит ли им сворачивать с дороги здесь или продолжить путь по утоптанной тысячами ног поверхности, что намного ускорит ход, и решил пока идти по дороге дальше.

 - Идем, все равно никого здесь нет. Похоже, никто из хумансов не хочет жить рядом с ушастыми, – сказал он.

 - Одно дело ушастые, а другое дело Гект и его головорезы. Думается мне, что он занимается подобным промыслом и грабит людские деревушки, – добавил Эгорд.

 - Так им и надо, – фыркнул Верму.

Гномы, не замедляя шаг, продолжили путь по утоптанной дороге. По всей видимости, гордецы эльфы следили за тем, чтобы во всех их делах был порядок, и тратились даже на поддержание в отличном состоянии такой не нужной им вещи, как этот путь. Мало ли кто мог заглянуть сюда и что подумать потом об их гордой расе!

 - Здесь и воздух другой, – Кирква постучал себя кулаком по груди.

 - Да, что ни говори об ушастых, а лес у них чудесный. Идешь, да диву даешься, – сказал Верму. – Полной грудью дышишь, красотами любуешься.

 - Оно тебе вот надо красотами этими любоваться, на оленей смотреть? – Булдук покачал головой. – По мне, лучше бы да с троглодитом с каким сцепиться, да башку ему гаду открутить, чем вот этим оленем любоваться. А то, что воздух у них так это тебе кажется! Что, хуже, чем у нас?

 - Ну, ты сравнил!

 - А то, чего говоришь всякое. Лишь бы вот это - языком почесать, – Булдук явно соскучился по родным местам и тяжело вздохнул.

 - Ничего, бойцы, я обещал вам, что выпьем эля? Значит, будет так! – подбодрил своих наемников Тунда.

 - За твой-то счет, командир? – хитро прищурился Верму.

 - Ну, эль то за мой, а с тебя - чем брюхо набить. Пойдет? – подмигнул Тунда единственным глазом.

 - Ха! А с чего бы с меня вдруг. Вон Булдук ноет пусть и платит! – Верму, шутя, хлопнул гнома по плечу.

Булдук ответил затрещиной, от которой Верму не успел увернуться.

 - Ах, ты…

 - Щас еще получишь!

Верму врезал Булдуку в бок с полсилы, а Булдук ударил Верму в плечо.

 - Ладно, так и быть, уговорил, угощу тебя бараном, а всем остальным полный стол! – Верму засиял, считая, что подколол Булдука лучше некуда, и гномы снова сцепились.

К удивлению Тунды, обсуждать предстоящую пирушку в одной из таверн Янтарных рудников принялся и Эгорд. Гном выглядел нечета тому, что было с ним во Фларлане, не говоря уже о тех часах, которые они провели у Хребта Смерти рядом с Рубиновой скалой, когда Тунда только достал артефакт. Исчезла бледность и синяки под глазами. Теперь Эгорд был похож на самого себя, когда они только пустились в путь. Свежего, полного сил и энергии. И, что еще больше радовало Тунду, гном оживленно вел разговор, не замыкаясь в себе. Это могло значить, что его не беспокоило что либо, и Эгорд чувствовал себя достаточно уверенно. Оставшийся в целостности артефакт гнома, по всей видимости, молчал, и он мог передохнуть.

«Оно и к лучшему» - подумал Тунда.

Отряд горячо спорил о том, как они проведут время, вернувшись с задания, а Тунда лишь горячо вздохнул. Не хотелось портить настроение гномам и говорить, что впереди их ожидает не менее трудный, а быть может гораздо сложный путь, нежели тот, который они преодолели раньше. Путь через Торианскую империю на запад через Тарибор, возможно в обход, как и в предыдуший раз, а возможно и через Местальэ, лес светлых эльфов, минуя по пути множество имперских застав. Если повезет, и Арканум окажется не столь бдительной, ввиду разгула Чумы, можно будет срезать через вольные земли аллодов выслужившейся знати, и протиснуться между Местальэ и Бешгаром, а там, на Севере, вдоль границы Империи, добраться до Янтарных рудников, по сути, сделав обратный ход, но хоть и верить в то, что придется рассчитывать на такие ошибки Арканума хотелось, но вряд ли приходилось. Маги были через чур хитры и не могли допускать таких серьезных оплошностей. Гильдия Огня серьезно ошиблась тогда во Фларлане и вряд ли допустит повторения подобного, потому что чародеи огневики не из тех, кто не учится на собственных ошибках…

Ночь быстро сменила день, и полумесяц уже сиял на небе на правах полноправного хозяина, освещая землю мягким бархатистым светом. Фларлан давно скрылся за горизонтом, оставшись далеко позади. Теперь вокруг простиралась одна только степь, расстилавшаяся, как могло показаться гномам, в бесконечность. Каменные хребты, которые видел Тунда вечером, теперь покоились всего в нескольких милях от начавших уставать путников. Действие зелья Неутомимости постепенно сходило на нет, и Тунда чувствовал, как в мышцы начинала закрадываться усталость, хотя ноги по-прежнему послушно несли его вперед.

Примерно через час отряд поравнялся с небольшими каменными хребтами, некогда формировавшими горный массив. Застыв в ночи, словно два решивших прилечь в степи титана, хребты располагались в достаточном удалении от дороги. Тот, что находился по правую руку гнома, был отдален на целую милю или даже две, а тот, что замер по левую руку, располагался чуть ближе. Взгляду Тунды предстал голый камень. Кое-где свили свои гнезда прямо на утесах каменного хребта какие-то птицы, скорее всего орлы, но половину гнезд было заброшено своими хозяевами и пустовало. Лунный свет, падавший на голый камень, делал хребет каким-то мрачным и даже зловещим. Тунда, не желая больше рассматривать каменные глыбы, вернул взгляд на дорогу, по-прежнему неуклонной прямой стелившуюся вдаль. Однако теперь дорога начинала постепенно уходить в гору, закрывая перед гномами дальнейший кругозор. Чтобы не рисковать и не нарваться на ненужную встречу или заставу в пути, Тунда дал команду сворачивать в степь. Гномы воспри-няли приказ с разочарованием, но, побурчав, свернули с утоптанной и гладкой дороги на холмистую неровную поверхность степи.