Противостояние

 - Ноги тут все попереломаем, – забубнил Кирква себе под нос.

Действительно, идти степью было гораздо труднее, чем в лесу. Одна воз-вышенность меняла другую, что давало серьезные нагрузки на мышцы ног. Ступни то и дело так и норовили провалиться в норки, вырытые кротами и прочими зверьми, устроившими под землей подземные ходы не хуже, чем тарлинги, прокладывающие свои тоннели с необычайной скоростью. Но ничего не оставалось, как идти дальше вперед, преодолевая трудности и препятствия на своем пути. Горло Тунды превратилось в самую настоящую печь, и когда он пытался сплюнуть, слюна буквально застревала в горле, прилипая к небу. Гном чувствовал, как бурчит в его животе. Несмотря на то, что эликсир Неутомимости предавал сил, вплескивая в тело энергию прямым уколом адреналина, он не мог подавить тягу к естественным потребностям. Тунда мог бы поставить что угодно на кон, утверждая, что за последнюю неделю у него поубавилось несколько фунтов веса. По крайней мере, он несколько раз подтягивал ремешки на доспехах, которые начинали болтаться. Благо доспехи изготавливались на заказ и предусматривали такую возможность в отличие от многих стандартных наборов, скованных под определенный размер. Дешево и сердито. Ни чета для наемника, но обычному стражнику подойдет.

Время от времени гном оглядывался назад, словно не веря, что из Фларлана Гект, не найдя след, не мчится за ними в погоню, но никого позади отряда гномов не было. Верму и Кирква поймали прямо на ходу несколько ящериц зеленого цвета с желтыми пузиками, которые показались весьма аппетитными гномам, и участники похода, поотрывав тварям головы и выпотрошив кишки, кое-как утолили голод. Перекусив на ходу, они спокойно прошагали всю ночь под безоблачным звездным небом, выпив еще по несколько капель зелья Неутомимости, и на рассвете взобрались на большую возвышенность. Здесь их глазам предстала дорога, оставшаяся уже в нескольких милях к западу, делающая там изгиб, и кое-что еще, что заставило всех гномов, кроме Тунды и Эгорда довольно загудеть. На большом холме, причудливо возвышающемся среди степи, расположилась одинокая деревушка в десять домов, огороженная реденьким частоколом. Тунда мысленно предположил, что так жители деревушки защищались от хищников, бродивших в степи, которые вполне могли нарушать их покой по ночам. Посреди деревушки, в самом центре холма, стоял двухэтажный бревенчатый дом, по всей видимости, изба старосты маленькой деревни. Тунда увидел дымоходную трубу, выложенную умелыми руками мастера из простого нетесаного камня, из которой, чуть заметно глазу на таком расстоянии, выходил дым. В избу вела грубая деревянная дверь, запирающаяся на засов. Виднелись окна, что закрывались на створки на ночь. Похожим образом были выполнены и другие дома. По всей видимости, деревня действительно опасалась чьих-то набегов, раз жители так беспокоились о своей безопасности. Гном разглядел несколько человек, сновавших туда-сюда за частоколом, одетых в белые рубахи и простые коричневые штаны. Не ускользнуло от глаз опытного Тунды и стойло, где содержался скот. Наверняка, были там и лошади…

 - Вот это другое дело, видят Подземные боги, ох как надоело мне на ногах миля за милей грести, – с облегчением выдохнул Кирква.

 - Думаешь, у них тут найдется пару гнедых? – с недоверием спросил Верму.

 - Я б такой, что и на коровах, айда, все чтобы не пешком землю мерить, – ответил Кирква.

 - Я бы отдал за любую скотину, будь то ишак, сотню солидов и даже глазом не моргнул, – согласился с Верму Булдук.

Тунда, молча, слушал развернувшийся между бойцами разговор. Можно было положиться на зелье Неутомимости и идти дальше, не останавливаясь в этой деревушке, чтобы не искать себе новых неприятностей, если-бы не одно но. Гном видел, в каком состоянии находится обувь его бойцов. На Тунде, единственном из всего отряда, были одеты прочные с металлическими пластинами сапоги, скрепленные чарами рунной магии, которые просто не могли износиться в пути. Подобного нельзя было сказать об обуви его бойцов. Ботинки всех до единого гномов представляли жалкое зрелище. У Эгорда оторвался правый носок, и торчали пальцы, разбитые в кровь. Кирква стер в пыль подошву. Не лучше состояние обуви было и у Верму с Булдуком. Про-блема была в том, что если они не найдут замены этим ботинкам или же дальше не пересядут на лошадей, очень скоро гномы сотрут свои ноги не просто в кровь, а до кости, и не смогут идти. Единственное, что держало их сейчас – зелье Неутомимости. Но доводить до крайнего тоже не хотелось. Хотя Тунда и понимал, что загляни они во вроде бы вполне безобидную деревушку и… Словно прочитав мысли командира к нему повернулся Эгорд.

 - Я думаю, что не стоит нам туда соваться, командир.

Тунда посмотрел на гнома.

 - Есть выбор?

 - Выбор есть всегда.

Тунда ничего не ответил. Да уж, прекрасный выбор, ничего не скажешь. Рискнуть возможностью посадить к себе на хвост магов из Арканума или застрять где-то на полпути из-за того, что кто-то из его отряда будет просто не в состоянии двигаться дальше. Как быть тогда. Своих Тунда не бросал никогда. Эгорд снова будто бы прочитал его мысли.

 - Ты всегда сможешь уйти дальше сам, командир, и выполнить задание до конца.

Тунда покачал головой.

 - Ты плохо меня знаешь, я не бросаю своих.

 - Но тогда ты рискуешь провалить задание советников.

 - Я рискую своей шкурой и шкурой тех, кто мне доверился. А так же неплохой сумой в имперских триенсах и мешком самоцветов, что обещали ваши советники, – ехидно ответил Тунда. – Если ты не понял, гноме, твой Царь с его болванами советниками для меня пустой звук.

Эгорд не отвел глаз, что весьма удивило Тунду, который думал, что прямое оскорбление Царя гномов заставит себя гнома повести по-другому. Это он, Тунда, чихать хотел на него, но остальные гномы чтили и уважали своего правителя больше всего на свете, считаясь с его властью и будучи убежденными, что эта власть законна и неоспорима.

 - Но ты же должен понимать, командир, что это может быть ловушкой? В Аркануме только и ждут, когда мы дадим о себе знать на территории Торианской Империи, – спокойно сказал Эгорд.

Тунда прекрасно понимал это без всяких слов. Да все было именно так. Башни, возможно, потеряв их след, теперь жаждали его поскорее восстано-вить. Почему бы не поверить тем четверым магам, которые говорили, что Тунда с его отрядом важны для Арканума. Значит, маги захотят вернуть их любыми силами, бросив на это все доступные средства. Но что оставалось им, если, собственно, другого выхода нет? Не зайди они в эту маленькую деревню на своем пути, чтобы попытаться купить, украсть или на худой конец забрать у сельчан лошадей, что тогда? Тогда ближе к вечеру кто-нибудь из бойцов свалится на землю вовсе не от усталости. Нет, зелье Неутомимости будет по-прежнему готово гнать его вперед, и он не будет чувствовать никакого утомления в ногах. Но сами ноги уже просто не смогут идти, оказавшись стертыми о землю точно так же, как стерлась обувь. Тунда понимал, что не пересядь они на лошадей, и этого рано или поздно не миновать.

 - Понимаю, согласился Тунда, – он пожал плечами и, вздохнув, привел Эгорду свои доводы о том, что он собирается взять лошадей во второй раз потому, что стершие ноги в кровь гномы просто не выдержут дальнейшего пути, и скорее всего к вечеру им придется остановиться. Взяв же лошадей, они рискнут, но тогда в их руках окажется козырь скорости. На возражение Эгорда о том, что как только гномы не смогут идти дальше, Тунда может продолжить путь сам, он ответил категорическим отказом. Тунда пояснил, что еще не знает, как планирует дальше продолжить путь. Будет ли это дорога через Торианскую империю вдоль путей больших городов, или же он попытается прорваться через земли аллодов вольных феодалов разношерстной знати, к тому самому пути, по которому они начинали свое путешествие из Янтарных рудников.

Делать это было вовсе не обязательно. Достаточно было приказать, и гном должен был без колебаний исполнить приказ, но Тунде захотелось объяснить боевому товарищу то, почему он поступает так, а не иначе. Эгорд замялся. Видя сметение боевого товарища, Тунда вновь произнес.

 - Это мой принцип, Эг, я не бросаю друзей в беде, – он хлопнул гнома по плечу. – Хотел бы ты этого или нет, но тебе, твоему Царю и его советникам придется с этим смириться.

Эгорд кивнул.

 - Твоя воля, командир. Мы действительно долго не протянем пешком. Я уважаю твое решение, – он отошел к беседовавшим о чем-то Булдуку, Верму и Киркве, а Тунда вернул свой взгляд на деревню. Стоило отбросить раздумья в сторону и спуститься вниз, чтобы взять у местных жителей лошадей и там уже решить, что делать дальше. Гном долго наблюдал за просыпающейся деревней.

«Что-то в этой дыре не так» - пронеслось в голове.

Солнце поднималось все выше, но никто из местных не торопился приступать к делам, все слонялись туда-сюда по единственной улице в деревне, словно неприкаянные, забыв о главном правиле деревенского жителя. Кто не работает, тот не ест. Почему-то никто не выводил на пастбище коров, пустовали огородики, так уютно расположенные рядом с каждой избушкой. А ведь давно пора было начать поливать овощи на грядке. Все это было весьма странно. Тунда покачал головой. Впрочем, иного выхода, кроме как спуститься вниз и на месте решить все ли в порядке с сельчанами, не было. Можно было конечно и уйти, но что будет тогда… Об этом Тунде уже не хотелось думать, поэтому Тунда, не говоря ни слова своим бойцам, зашагал к деревушке. Гномы встрепенулись и последовали за Тундой, заметно прихрамывая на ходу.

Глава 17

 - Вон они и наши гномы, – Сорах почувствовал толчок Онца в бок.

Низкорослый мужчина кивком указал на полоску горизонта. Здесь, восточнее Звонких Ручьев степь уходила резко вверх, словно в один сплошной гигантский холм, и на самой вершине этого холма застыли явно в нерешительности пять фигурок гномов. Не было сомнения, это были именно те, кого они ждали. Тунда и его отряд. Звонкие Ручьи сами по себе находились на небольшой возвышенности, однако гномы на своем холме оказались еще выше и сейчас взирали на деревню. Они довольно далеко удалились от основной дороги и, как и предполагал Сорах, предпочли двигаться степью, чтобы избежать по пути возможных никому не нужных встреч. Сейчас же Тунда, наверняка стоявший среди этих пятерых, решал, что делать дальше, и эти минуты несколько затянулись. Командир гномов явно не собирался рисковать. Однако Сорах прекрасно понимал, что гномам нужна еда, вода и желательно лошади, на которых они смогут дальше отправиться в путь. Поэтому они и застыли, как истуканы на холме, соображая, рисковать ли своими шкурами и спускаться вниз, или же продолжать свой путь дальше, но рискуя свалиться от изнеможения по дороге, да еще и под таким палящим солнцем. Стоило учитывать, что гномы прошли гораздо больше, чем Сорах и усталости у них накопилось также больше, причем в разы. Но окажись сам Сорах на их месте, он бы тоже, наверное, посомневался прежде, чем сделать тот или иной шаг.

Гномы, по всей видимости, о чем-то переговаривались друг с другом и рассматривали деревню, представшую на их пути. Засада, которую устроили в Звонких Ручьях Горлан и Иземунд, длилась почти сутки. Они ждали Тунду и его отряд весь вчерашний день и всю ночь. Горлан постоянно что-то колдовал, создавал чары поиска, однако не говорил никому, даже Иземунду ни слова, по всей видимости, не считая необходимым посвящать каких-то наемников, пусть даже среди них был начальник городской стражи Тарибора, в дела самой гильдии Огня. Только теперь Горлан шепнул Иземунду какие-то слова, и тот тут же от-реагировал на слова мага приказом своим братьям.