Развод. Предатели
Шрифт:
— Знаешь, что, любимый… — последнее слово она выплюнула с такой брезгливостью, будто говорила с вонючим бомжом. — тебе не кажется, что наш развод проходит слишком скучно? Что как-то рано я отступила в сторону? Не забрала свое?
От ее резких и таких многообещающих слов заломило все зубы сразу, заодно захотелось повисеть над унитазом, согнувшись в три погибели, и давиться пока не вырвет. В основном от осознания того, каким идиотом он был. Старым, озабоченным идиотом.
У Ланского за спиной уже был один развод – спокойный, без претензий, в котором все сложилось именно так, как он
Но даже если бы он был конченым уродом и не дал бы ей ни копейки, Вера не стала бы грызться с ним из-за имущества, денег, бизнеса и прочей хрени. Это было что-то из разряда пьяного бреда. Он ее знал, как самого себя и был уверен в ней даже после того, как объявил о разводе. Она была выше всего этого. И уж точно никогда не рассматривала брак с Николаем, как копилку.
А Вероника… Вероника — это другой разговор.
Он внезапно осознал, что понятия не имеет, что насрано у нее в голове.
Однако сказал:
— Боюсь, твой только рубец на заднице.
— Думаешь? — нагло хмыкнуло в трубке, — а я вот уверена, что мои адвокаты с тобой не согласятся. Мы с ними все обсудим, и я предъявлю тебе такой список требований, что тебе в пору будет продавать последние трусы, чтобы расплатиться со мной.
— А в чем дело, любимая? — хмыкнул Ланской, с трудом сдерживая ярость, — Денежек захотелось? Если да, то у меня для тебя плохие новости. Фирма сейчас не в моих руках – так что на кусок бизнеса можешь не рассчитывать. Недвижимость? Я тебе не говорил, но у меня ничего нет. Все принадлежит моим детям. Счета? Все добрачные. Что там еще? Больше ничего в голову не приходит. Хм…кажется, в браке с тобой я ничего стоящего не нажил.
А ведь и правда ничего…
Кроме обострения изжоги, нервного тика, бессонницы, геморроя, крушения репутации и финансовой стабильности, а также херовой тучи комплексов.
Когда женился второй раз, думал, что успешному мужчине природой положена шикарная женщина. И если такая рядом, то все будет зашибись и на автомате попрет семимильными шагами в гору.
Оказывается, шикарность не главное. И накаченные булки не главное. И глаза с поволокой тоже…
Как там говорят? За спиной каждого успешного мужчины стоит любовь женщины?
Всю жизнь за ним стояла любовь Веры, делая его сильным, и неуязвимым перед внешними обстоятельствами, способным подняться на любую высоту.
Как жаль, что в какой-то момент он перестал это ценить. Как жаль.
— Это мы еще посмотрим, — разозлилась Ника, — Я за каждую копейку биться буду. Понял?
Ланской не сомневался в том, что она воплотит в жизнь свою угрозу, как и прежде оттягивая его силы на второй фланг, ослабляя перед главным врагом.
Теперь он знал – она всегда была его слабостью. И в этом нет ничего романтического и возвышенного. Это простая констатация неприглядных фактов.
К счастью, у него было чем ответить на такие претензии.
— Бейся, девочка. Бейся, — спокойно сказал Николай, — А я пока найду твоего дружка. Как там его? Тимофей? Сообщу ему, что ты расплатилась одним местом
за его долги, поправила свое финансовое положение, и готова снова его принять на полное обеспечение. Что скажешь? Мне кажется, он обрадуется.В этот момент из трубки полилось что-то совсем грязное и нецензурное. Что-то от чего даже у бывалого моряка уши бы сначала свернулись в трубочку, а потом и вовсе отвалились
— Не смей совать свой нос в мою жизнь! — рычала Вероника, — барахтаешься в своем болоте, вот и барахтайся дальше! А ко мне не лезь!
— Ну что же ты как не родная? — неспешно растягивая слова, проговорил он, — Ты в моей жизни хорошенько потопталась, теперь мой черед. Я вытяну на поверхность все твое грязное белье, каждый твой проступок. Уверен, такого добра у тебя предостаточно.
— Надеюсь, что тебя раздавят как таракана, — прошипела Вероника, — как старого, тупого таракана.
И бросила трубку.
Несмотря на то, что ее голос звенел от ярости, Ланской прекрасно слышал в нем еще одну интонацию. Страх.
Вероника действительно боялась того, что он мог сделать.
И правильно делала. Потому что Ланской не собирался отступать, жалеть и давать поблажек. Он собирался вывернуть ее наизнанку, как и всех остальных, посмевших разрушить его жизнь и семью. Несмотря на ограниченные ресурсы, чудовищно поредевшие ряды союзников, и упавшее здоровье, он еще надеялся отыграться.
Впереди ждала долгая война на два фронта.
И к сожалению, в этот раз за его спиной никого не было. И патроны никто не собирался подавать.
Он остался один на один со своими бедами, и винить в этом мог только себя.
Глава 32
Марина всегда думала, что ее выпускной будет если уж не королевским, то по крайней мере сказочным. У нее должно было быть самое роскошное платье в школе, такое чтобы все завистницы еще год нормально не могли дышать и как змеи шипели по углам, признавая ее великолепие:
— Помните, Ланскую? Как она посмела быть такой красивой.
Она должна была стать королевой и фотографироваться под руку с королем. И на каждом снимке были бы видны его восхищенные взгляды.
А после Марина должна была поступить на актерский. Ворваться на эту стезю, пленить всех своим талантам и харизмой и построить успешную карьеру.
Такими были изначальные планы, но увы. Все они пошли по одному месту.
Тот позорный новогодний спектакль пробил такую брешь в самооценке и своих силах, что Марина до сих пор не оправилась.
Ланская больше не собиралась поступать в театральный. Какой смысл туда соваться, если актерского таланта в ней не больше чем в зубочистке?
Потребовался очень болезненный урок, чтобы понять, что никакая она не королева сцены и даже не принцесса. Да и до золушки не дотягивала. Так, держать декорации на заднем плане или вынести чай приме… Да и то, начнет заикаться, забудет в каком направлении идти и все испортит.
Отношения с одноклассниками не наладились.
Когда королева падает с пьедестала, все зависит от того, как прочно она умеет держать удар, хватит ли ей сил выстоять против шквала чужих насмешек и дать достойный отпор.