Реки Вавилона

– Верно, – кивнула Андра. – Никого и никогда. А теперь представь себе мое удивление, когда он сделал это для тебя. Он был настолько поражен твоей выдержкой и несгибаемой волей, что дал тебе часть своей энергии, помогая продержаться до прибытия ведьм. Это был первый и последний хороший поступок Бо без принуждения. Но он был! А я ведь считала это невозможным, думала, что знаю его!

– Это могла быть минутная слабость.

– Даже минутная слабость – много для него. Чудо, каких я прежде не видела – а я видала многое. Я поняла, что рано сдалась. Я думала, что все знаю о себе и Бо, но я ошиблась. Я почувствовала, что не имею права сдаться, я должна продолжать борьбу и жить дальше. Поэтому в тот день не я спасла тебя, Ник. Это ты спас меня. Ты и есть моя жизнь, моя причина для всего.

– Но я все равно не могу остаться с тобой?

– Нет, – признала Андра. – Но ты можешь ко мне вернуться, и я могу вернуться к тебе. Сегодня мы пойдем разными путями, а потом встретимся на новой охоте. Если так, даже Бо тебя не тронет, потому что его воля будет выполнена.

– Не могу сказать, что мне нравится, но я это понимаю. Вот только… нам обязательно идти разными путями сегодня?

Она почувствовала, как он обнимает ее, отстраняя от края крыши, как целует, с силой прижимая к себе. Им не нужно было никуда спешить, у них всего-то и было, что крыша, и закат, и теплый летний вечер, но этого оказалось достаточно.

– Думаю, ты прав, – улыбнулась Андра. – Для путешествия неплохо подойдет и завтрашний день.

Эпилог

Нужно было возвращаться к прежней жизни, но прежней жизни больше не было. Ему по-прежнему звонили старые заказчики и координаторы, они были рады, что он «вернулся в бизнес». Они предлагали ему переговоры с привидениями, изгнание полтергейстов и общение с непутевым домовым.

В большинстве случаев там не было ни привидений, ни полтергейстов, ни домовых. Были только люди, которые от скуки придумывали непонятно что, или которым очень уж хотелось верить в мистику. А Сергею полагалось подыграть им, сделать вид, что он и правда что-то чувствует, театрально прижать руки к вискам и получить за это неплохое вознаграждение.

Не самая сложная работа и вполне прибыльная. Вот только у него никак не получалось к ней вернуться. Это казалось ему неправильным после всего, что он недавно увидел и узнал. В мире есть демоны и Безымянные, есть охотники, которые жертвуют своей жизнью, чтобы у других все было хорошо. А он что? Наполовину экстрасенс, наполовину шарлатан!

С другой стороны, что ему еще остается? Его дара было недостаточно для того, чтобы стать охотником. Как бы он ни старался, он не мог управлять своими способностями, и он знал об этом. А еще он не умел драться и не рвался ставить свою жизнь на кон. Он слишком хорошо помнил, что произошло с Полиной.

Получается, судьба привела его к той охоте, а потом отправила обратно на скамейку запасных. Он не хотел подвергать себя опасности, но ему было тошно при мысли о том, что он навсегда останется лишь одним из обывателей.

Сергей понятия не имел, что делать. Его больше не радовало то, чем он жил раньше: деньги, путешествия, легкие развлечения. Он запутался.

Поэтому теперь он шел под мелким дождем, не обращая внимания на гудевший в кармане телефон. Он отключил звук, и лишь вибрация намекала, что до него пытается дозвониться очередной координатор, чтобы направить его к очередной домохозяйке. Нужно будет отключить телефон хотя бы до завтра.

Он не был готов общаться с миром, только не сейчас. Календарь еще показывал лето, но в воздухе пахло осенью. Сергей шел вперед без зонта и куртки, то и дело толкая плечом таких же безразличных ко всему прохожих, спешивших по своим делам.

А потом он остановился, потому что увидел ее.

Со стороны это наверняка смотрелось странно: он просто стал как вкопанный. Молодой парень, шагавший за ним, по инерции влетел ему в спину, обматерил и пошел дальше. Сергей не ответил ему, он смотрел только на нее. Для всех остальных ее не существовало.

– Привет, – улыбнулась Полина. – Скучал?

Сегодня был сороковой день после ее смерти. Он не ожидал, что встретит ее.

Она была в том же простом сером платье, в котором приехала на склад, и в тех же ботинках. А вот кровь, грязь и раны исчезли с ее тела, будто их и не было никогда. Только глаз не восстановился, его она закрыла серой, в цвет платья, повязкой.

– Ты… призрак? – прошептал он.

– Иди по дороге и делай вид, что говоришь по телефону, – посоветовала она. – А то тебя сочтут за психа, а нам это не нужно.

– Нам?..

– Сейчас объясню.

Он последовал ее совету, достал из кармана вибрирующий телефон, отключил и после этого поднес к уху. Полина двигалась рядом с ним. Она казалась реальной, самой обычной девушкой из плоти и крови – если не учитывать, что капли дождя пролетали сквозь нее.

– Почему ты пришла только сейчас? – спросил Сергей.

– Нужно было сначала уладить кое-какие дела. Сорок дней на то и даются – чтобы ты прикинул, что нужно уладить, и занялся этим. Не все ведь успевают подготовиться к смерти, на многих она обрушивается внезапно. На меня, например. Сорок дней ты делаешь то, что нужно, и привыкаешь, что ты больше не жив. А потом ты делаешь выбор.

– Какой?

– Двинуться дальше или остаться. Я вот, как видишь, здесь.

От неожиданности Сергей едва не уронил мобильный.

– Ты решила остаться призраком?

– Да, – спокойно ответила она. – Мне можно было быть здесь или пойти в темноту. Но я не пошла, потому что понятия не имею, что там. И в моем случае это может быть что-то очень неприятное.

– Почему ты так решила?

– А ты вспомни, что я сделала перед смертью. Я перешла на сторону Безымянных! И если бы не Андра, я могла быть повинна в гибели тысяч людей. Сергей, я никогда не задумывалась о том, существует ли ад. Но если он есть, туда мне самая дорога.

– Тебя обманули, – напомнил он.

– Потому что я хотела обмануться. Каргаев сыграл на моей гордыне, ему и стараться-то не пришлось. Получается, одна дурацкая ошибка перечеркнула все мои предыдущие достижения. А я так не хочу! Поэтому я решила остаться здесь до тех пор, пока у меня не получится все исправить.

– Что исправлять-то? Каргаева и секты больше нет!

– Я имела в виду ошибку, погубившую мою душу, – я хочу исправить ее. Хочу очиститься, сделать что-то такое, что помогло бы мне обрести покой. И ты мне поможешь.

– Я? – поразился Сергей. – Я-то здесь при чем?

– Потому что тебе тоже неспокойно, я же вижу. И я тебя понимаю. Мы были частью чего-то очень важного, глобального. После такого невозможно вернуться в ряды потребителей фастфуда.

– Я думал, ты сразу полетишь к Доминику!

Он сказал об этом – и тут же пожалел, прозвучало слишком грубо. Но Полина не разозлилась:

– Я размышляла об этом. Да, я его люблю и не скрываю это. Что такого? Я влюбилась в молодого привлекательного мужчину, это не преступление, это логика.