Санктум
Шрифт:
– Я… ушел из семьи, Белла. Примерно… четырнадцать лет назад мы жили в… маленьком городе. Затем мы уехали, потому что так было надо. Но я… я вернулся… у меня были незаконченные дела.
– Ты вернулся в город один, когда тебе было три, потому что у тебя были дела? – насмешливо произнесла я, и Эдвард захохотал. Да как! Таким веселым, беззаботным смехом, который я никогда еще не слышала ни у кого. Словно серебряные колокольчики пронзили высокие своды пещеры. Я была заворожена.
– Ну да, - наконец, ответил он, и снова рассмеялся, качая головой, а затем быстро глянул на меня с весельем в глазах.
–
– Поймала, - согласился он, не раздумывая.
– Так сколько тебе лет? – я никак не могла угомониться, желая знать это точно.
– Какое это имеет значение, - не сдавался он.
Справа от нас за каменным монолитом послышался шум. Горная река бежала среди скал, и скоро мы увидели большую расщелину, которую Эдвард осветил фонарем. Примерно в трех метрах прямо из скалы бил бурный поток.
– Пресная, - сказал мне Эдвард, и я тотчас же почувствовала, как дико хочу пить.
– Давай, я помогу тебе, - Эдвард снял баллон и рюкзак, и за талию резко приподнял меня наверх, чтобы я вскарабкалась в расщелину. Я ахнула, испугавшись за собственные ребра, а Эдвард виновато пробормотал: - Извини, - разжимая руки, и я смогла, наконец, вдохнуть.
Расщелина была кривая и неудобная, а также скользкая и влажная, и края очень острые. Ноги съезжали и застревали в нижней узкой части, но Эдвард шел вслед за мной, помогая мне, придерживая меня за локоть. Мы добрались до воды, где я смогла, наконец, напиться. Я и не знала, что моя жажда настолько сильна! Я буквально не могла насытиться. Жаль, что у нас не было бутылки, чтобы набрать воду еще и с собой.
– Теперь ты, - предложила я, с трудом разворачиваясь в узкой щели. Нам придется выбраться отсюда, и только после этого Эдвард пролезет к воде один.
Неудачно поставив ногу, я качнулась и стала падать спиной в поток. Это случилось очень быстро, и я даже не успела ахнуть… но в следующий миг пальцы Эдварда обвились вокруг моего запястья и дернули назад.
– Белла! – простонал он, и я уверена – закатил бы глаза, если бы не был так испуган. Его лицо оказалось слишком близко, когда он удерживал меня подле себя, будто боялся – если отпустит, я снова полечу назад. Его глаза буравили меня напряженно, а частое дыхание, такое сладкое, касалось моих губ.
В отличие от него, я испугаться не успела совсем. Напротив. Неожиданная близость наших лиц спровоцировала совсем другие чувства. Мысли, совершенно неуместные, заполнили мою больную голову. Сердце забилось очень сильно, когда я смущенно опустила глаза, мгновенно покраснев.
– Прости… - пробормотала я, опасливо оглядываясь на поток, шумно и мощно устремляющийся куда-то в бездну. Было слишком темно, чтобы я могла разглядеть хоть что-нибудь, но мне было любопытно, как далеко устремляется подземная река. – Я всегда была неуклюжая…
– Ты меня до инфаркта доведешь, - процедил он с яростью, прижимая меня еще ближе к себе, в то время как я попыталась наклониться вперед, чтобы заглянуть в пещеру. – Как ты вообще
выжила до сих пор?!Его злость привела меня в чувство, и я решила его поддразнить:
– Думаю, я знаю, как, - с вызовом заявила я, резко поворачивая к нему голову и поднимая одну бровь.
Губы Эдварда превратились в узкую полоску, пока мы буравили друг друга яростными взглядами, и никто не хотел отвести глаза первым. Я думала, он скажет мне что-то про то, что я заблуждаюсь или все себе придумала, но он не стал отпираться. Он просто тяжело сопел сквозь зубы, пока его дыхание не выровнялось, а черты лица не смягчились.
Все это время я боролась с собой, чтобы не поцеловать его. Маленькое пространство расщелины не позволят Эдварду избежать моего внезапного нападения. Но я все еще была в своем уме, и осознание, что ему больше, чем семнадцать, не помогло мне преодолеть барьер. Не в этот раз.
– Твоя очередь, - прошептала я, разочарованная своей нерешительностью. Будто мне снова семнадцать лет! Я и не знала, что такая трусиха, когда дело касается сильных чувств. – Давай, я вылезу, и ты пойдешь первым. Я тоже подстрахую тебя.
– Нет, - сказал Эдвард, потянув меня осторожно назад. Его глаза внимательно изучали меня некоторое время, а потом он нехотя сообщил: – Я не буду… не буду пить, - он помолчал и добавил с тяжелым вздохом: - Я не пью.
– Расскажи мне что-нибудь еще, - попросила я робко, ничего не уточняя. Достаточно того, что он сказал. Изнутри я просто сгорала от любопытства, но ему и так любые подробности о себе давались нелегко.
– Что ты хочешь знать? – тихо прошептал он.
– Все, - тут же ответила я, сжимая его ладонь.
Он пристально смотрел на меня, помогая спуститься в проход – теперь очень аккуратно подхватив меня и поставив на землю. Затем в полном молчании подобрал рюкзак и баллон, и мы снова направились вперед. Кажется, он передумал говорить. Я не стала настаивать. Пока. У меня еще есть время.
Река все еще шумела справа от нас, и шум ее становился все громче, будто она падает с огромной высоты. Воздух стал влажным и насыщенным, и вскоре мы вышли к обрыву. Теперь Эдвард заранее придержал меня рукой, когда я заглядывала вниз, вслед за светом фонаря. Справа от нас ниспадал подземный водопад. Тонны воды летели вниз, примерно на пятнадцать метров, где с грохотом образовывали огромный водоворот. Ни налево, ни направо не было хода. Зато через пропасть, впереди, наша пещера продолжалась. До нее была пропасть примерно шесть метров шириной. Невозможно добраться. Мы зашли в тупик.
– Мило, - саркастически поджала губы я, понимая, что это и есть конец нашего путешествия.
Эдвард долго всматривался наверх, а затем зачем-то выключил фонарь.
– Что ты ищешь? – тихо спросила я, насколько это было возможно в грохоте водопада. Я вцепилась в его руку, обернутую вокруг меня, чтобы не упасть.
– Пытаюсь увидеть свет, чтобы понять, можно ли пробраться через верх.
<