Санктум

– Пытаюсь представить тебя в таких же, - я поболтала ногами, чтобы он оценил свой труд, и Эдвард улыбнулся на это.

– Давай, - предложила я, вытягивая вперед руки, чтобы он оборвал и мои рукава тоже.

Его ладонь мягко отвела мои руки в сторону. Он наклонился чуть вперед, а затем до дрожи серьезно произнес:

– Мне не нужно.

– Но… - ох, чего еще я не знаю? Любопытство было жгучим, как адреналин, который я так любила. Я пыталась подавить его, или хотя бы сделать вид, что не вижу ничего странного, чтобы не спугнуть тайны, одна за другой раскрывающиеся передо мной.

– Белла, - отрезал он, поднимаясь и подавая мне руку, – мы теряем время. Ты ранена. Ты голодна, и у нас нет воды. И нам еще долго, очень долго идти.

– У нас еще есть немного еды, - напомнила я растеряно, заметив пакетики с хлебцами, вывалившиеся из рюкзака, и в вакуумной упаковке шоколад. В желудке заурчало.

– Но нет воды, - напомнил Эдвард, молча собирая вещи обратно в рюкзак, и подал мне плитку шоколада, которую я, не споря, взяла. – Пойдем, пожалуйста. 

Глава 6 

Чудеса, чувства и удивительные откровения

Потрясающий эпиграф к главе от <a class="link" href="#" rel="nofollow" style="text-decoration: none; color: rgb(204, 204, 204);" target="_blank">tess79</a>

В пещеры темном окружении,

Так странно чувства зарождение.

"Он молод, молод!" В это веришь ты?

Обманчивыми могут быть черты!

Все больше фактов, пазлов собираешь,

Картинку цельную тихонько составляешь.

Он Ангел? Ведь Он жизнь твою хранил

Все годы, что с опасностью дружила.

Лицо, фигура, запах - мАнит,

В объятиях Его тебе уютней станет.

Как маленькую девочку качает

Он на руках. И все сомненья тают...

Не человек? Да кто угодно пусть,

Уже в плену ты самых сильных чувств!

Пещера тянулась бесконечно, уводя то вверх, где приходилось перебираться ползком, то вниз, где сквозь микротрещины из пещерных стен сочилась влага. И именно сейчас, когда я поверила, что Эдвард действительно может оказаться тем, о ком я думаю, мне стало мерещиться, что я сплю.

Он в самом деле нереальный, твердила я себе. Я не верю в мистику или что-то подобное. Я не ребенок, чтобы верить в это. И все же вот он здесь, передо мной, идет впереди меня. Неужели он просто мираж? Неужели я смогу когда-то засомневаться, что действительно видела его? «Это будет так, как будто меня никогда и не существовало», - вот как он мне сказал.

Это открытие испугало меня настолько сильно, что в груди противно заныло сердце. Мне требовались доказательства, что я не сплю. Хотя бы одно!

– Дай мне рюкзак, - осторожно попросила я, и Эдвард без вопросов отдал мне его, спокойно наблюдая, как я его расстегиваю и достаю глубоководный фотоаппарат. Краем глаза я увидела, как его лицо становится настороженной маской, но это меня нисколечко не остановило. Я хотела иметь его снимок, чтобы потом не возникало сомнений в моей вменяемости.

– Нужно было сделать это уже давным-давно, - заговаривала ему зубы я, настраивая выдержку и вспышку. – Это же неисследованная часть пещеры – я просто обязана сделать снимки, чтобы потом их всем показать!

Эдвард безропотно позволил мне сфотографировать часть пещеры, из которой мы пришли. Ничего не подозревая, он подсвечивал фонарем в нужные места, на которые я указывала. 

А затем я повернулась, будто бы примериваясь, какую часть пещеры еще снять, и Эдвард «случайным» образом оказался у меня на пути. Не теряя времени, я нажала на рычаг. 

Я осознавала, что он не позволит мне сделать это. Не знаю, откуда взялась уверенность, но я понимала, что он вряд ли захочет, чтобы кто-то знал об его нахождении здесь. Но все же надеялась, что он не заставит меня испортить целую пленку из-за одного единственного кадра… Быть может, если я пообещаю, что его фото не увидит никто, кроме меня, он позволит мне оставить его на память…

Я почти не удивилась, что его ладонь закрывает объектив. Я не видела движения, и все-таки его рука была передо мной, наверняка испортив снимок красивого лица. И как же он успел?

– Не надо, - услышала я его тихий шепот, и его лицо было рассерженным.

– Почему нет? – в моем голове прозвучало ничем не сдержанное разочарование.

– Не люблю, - просто сказал он, и по его раздраженному взгляду я сразу поняла, что нечего было и пытаться обмануть его.

– Неужели это так сложно? – с вызовом спросила я, глядя на него… тоже чувствуя себя весьма раздраженной. Он не хотел мне оставить на память даже снимок?! Это так… так жестоко с его стороны.

– Не люблю, - повторил он более спокойно и настойчиво забрал из моих рук фотоаппарат.

Я уступила ему… с огромным сожалением глядя, как Эдвард выключает аппарат и убирает его в рюкзак. Во мне теплилась маленькая надежда, что Эдвард не успел. Или на снимке окажутся хотя бы его пальцы.

– Пойдем, - не глядя на меня, Эдвард развернулся и двинулся вперед. Мне ничего не оставалось, как плестись за ним, кусая губу от собственного бессилия. Уловка не удалась.

Пещера начала сужаться, и свод нависал над головой, заставляя нас ползти. Я чувствовала усталость от длительного пути, но послушно следовала за Эдвардом, доверяя ему безгранично собственную жизнь. Почему-то у меня не возникало даже сомнения, что он не выведет нас отсюда. Даже когда проход впереди расширился, выводя нас к развилке, и Эдвард повернул вправо, я лишь усталым голосом произнесла: