Секвойя

– Секвойя… – пробормотала она. – Что-то я часто в последнее время слышу об этом дереве… Что в нем такого особенного?

– Ничего, пожалуй, кроме размера, - пожал плечам Ник.
– Неужели ты ни разу его не видела?

– Вообще-то, нет, - хмуро бросила она.

– Хм… - таинственно протянул он. – Я понял, - он выглядел каким-то уж чересчур загадочным.

Ник засунул руки в карманы брюк и подмигнул ей.

========== Часть 28 ==========

Гунзо сидел на диване, и наблюдал, как Джастин снует взад-вперед по гостиной своего дома, выслушивая неприятные новости от Скутера.

– Сегодня я занят. Буду в студии допоздна, - пожал парень плечами.
– Я понял, - бросил он в трубку, и закатил глаза, выслушивая очередной упрек от своего менеджера. – Не ори, теперь все равно уже ничего не поделать, - Джастин потер ухо, - решай этот вопрос с Роем.

Гунзо заинтересованно смотрел на друга.

– Отлично, - раздраженно выпалил тот, кидая свой телефон на диван. – Тур переносится, - парень вздохнул. Он уже полчаса ждал Калила, который застрял в своей гардеробной, не в силах выбрать кепку. Собирайся Калил чуть быстрее, Джастин бы уже был за рулем, и имел бы вполне оправданную причину не отвечать на звонок Скутера. Будто Джастин не знал, что тот ему скажет…

Через неделю должна была начаться следующая часть его гастрольного тура, но все накрылось медным тазом, когда его поймали с наркотиками при превышении скорости пару дней назад. А потом очнулся фотограф, у которого, внезапно, появились травмы, и хотя Джастин и не был к ним причастен, в судебном иске было указано обратное. Теперь подписка о невыезде связывала его руки. Все было сложно еще и потому, что он не был гражданином США. Тур пришлось отложить на неопределенный срок, хотя его адвокат, Рой Картер, и пытался договориться, чтобы слушания начали как можно скорее.

– Да дай ты на лапу этому фотографу! Он же только денег и хочет, - брезгливо сморщился Гунзо.

– Пусть Рой сам этим занимается. Если будет нужно, даст, - отмахнулся Джастин.

Рой был отличным мужиком: цепким и настырным, когда дело касалось защиты Джастина в суде. Он столько раз спасал его, разумеется, не за «спасибо», но все же, он был профессионалом своего дела, и Джастин был ему очень благодарен. К тому же, он был довольно приятным в общении, всегда давая отеческие наставления Джастину, если тот их просил.

Рой яростно защищал Джастина, если возникала любая проблема, находящаяся в зоне его компетенции, однако не всегда это удавалось. Как бы он не старался сейчас, слушание не перенесли, и оно должно было состояться через две недели, как раз, когда тур должен был быть в самом разгаре. Джастина это печалило, он не хотел расстраивать своих фанатов. Он действительно любил их, хотя иногда и предпочитал быть от них на безопасном расстоянии.

– Ты точно не поедешь?
– спросил Джастин, глядя на Гунзо.

Тот скривился и покачал головой.

– Без моей музыки мир не умрет, а вот ты поезжай, - улыбнулся он другу.

– Я совершенно бесполезен в последнее время, - понуро опустил плечи Джастин.

– Это временно, чувак, просто кризис, не придавай этому значения, - махнул Гунзо.

– Ты считаешь?
– он с сомнением посмотрел на друга, который утвердительно кивнул.

– Ты же наш Биззл, - снова улыбнулся тот.

– Может, все-таки, поедешь с нами? Покурим, отдохнем, пока Калил будет записываться…

Гунзо вдруг нахмурился. Несколько секунд он молча глядел в пол, думая о чем-то, а потом, сглотнув, сдавленно произнес:

– Завтра операция.

Джастин вздохнул:

– Я помню, просто надеялся тебя немного отвлечь.

Печальная улыбка друга заставила сердце Джастина съежиться.

В этом доме внешне все выглядело, как всегда. Но это была только видимость. С одним из самых близких ему людей случилась беда, и Джастин, возможно, даже не узнал бы об этом, если бы не случайность.

Началось это еще несколько месяцев назад. Джастин заметил, что Гунзо в последнее время стал часто пропадать у мамы в Техасе. Джастин был очень рад за друга, он ценил семейное единство, но визиты были уж слишком частыми. И странным это выглядело только потому, что раньше Гунзо бывал там, максимум, раза три в год, по большим праздникам. А теперь дошло до того, что он летал к ней каждую неделю.

Как-то раз, Джастин спросил, не случилось ли чего? Гунзо отмахнулся, скорчив гримасу, и сказал, что все отлично. Но он выглядел слегка подавленным, хотя Джастин, сам являясь любителем иногда погрустить, считал, что для легкой меланхолии вовсе необязательно иметь причину. И, не обладая достаточной проницательностью, чтобы заметить это, он упустил тот момент, когда весельчак и балагур Гунзо вдруг стал тише и мрачнее.

По воле случая, все выяснилось позже, когда Джастин проходил мимо комнаты Гунзо, дверь в которую была открыта, и случайно услышал, как тот говорил по телефону. Джастин вовсе не собирался подслушивать, к тому же разговоры его друзей, как правило, несли в себе мало смысловой нагрузки. Чаще всего, на проводе были их девушки, члены семьи, или дилеры. Сейчас Джастин не знал, с кем разговаривал Гунзо, и вовсе потерял к этому интерес, как только до него дошла суть самой беседы.

Лицо Джастина становилось все более напряженным, глубокая поперечная морщина пролегла между его бровей. Гунзо говорил, что его маме все хуже. Джастин даже не знал, что она вообще была больна. Последние слова заставили дыхание Джастина на секунду замереть от шока.

– Ей осталось совсем немного, - сказал парень. – Я не знаю, что делать. – Его рука, свободная от телефона, бессильно опустилась, и сам Гунзо рухнул в кресло, закрыв глаза.

Его лицо было серым, Джастин никогда не видел его таким. Самый позитивный человек из всего его окружения сейчас был темнее тучи. Он переложил трубку к другому уху и случайно заметил Джастина, стоящего в дверном проеме в тупом ступоре.

– Мне пора, - бросил он, и отключился. – Не знал, что ты здесь, - смущенно почесал он затылок, глядя на Джастина.

– Что случилось? – мрачно спросил тот.

– Не понимаю, о чем ты? – уставился на него друг. – Все в порядке, - безразлично пожал он плечами. Но в его глазах плескалась смутная смесь страха и отчаяния.

Джастин быстрыми шагами вошел в комнату, и, подойдя к креслу, навис над Гунзо, расширив глаза. Тревога, отразившаяся на его лице, заставила Гунзо нервно сглотнуть.

– Я же слышал, - громким шепотом, стараясь не сорваться на крик от переполняющего его напряжения, произнес Джастин, высоко подняв брови.