Семнадцатая
Шрифт:
– У нас все хорошо, спасибо. – она сжала кулаки, стараясь отвечать ровно и спокойно, не сорваться.
– Хорошо? – вошедший покрутил головой по сторонам: - что-то не похоже. Гость в дом пришел, а вы даже чаю не предложите, Марико-сан. Что вы за хозяйка такая?
– К сожалению у нас у самих нет чаю. Но я могу предложить вам чистой воды, Намбу-сан. – кланяется Марико.
– Вода. Я же просил выпить, а не умыться. Впрочем… - он окинул ее грязное кимоно нечитаемым взглядом: - я вижу, что у вас и воды недостаток. Неудивительно, вы все еще живете в этой бетонной коробке. А вы ведь помните, Марико-сан, что когда вы состояли на службе у Полковника, я предлагал вам свою помощь. Переселение в деревенский теплый дом со своим колодцем. Повышенный паек как военному
– Извините. – она наливает воду в чистую чашку и подает ее с поклоном: - больше у нас ничего нет и …
– Ничего нет? – лейтенант встает на ноги: - а если я сейчас обыщу всю комнату – я не найду продуктов, которые были утаены от общества и не предоставлены в единый центр распределения?
– … не нужно. – она опускает голову. Если он найдет в шкафу плетеную корзинку, то сможет обвинить ее в том, что она – утаила продовольствие. Тогда ее ждут общественные работы, а на общественных работах практически не кормят и держат в клетках как зверей, всех вместе. И еще… групповые изнасилования там тоже считаются общественными работами. Каждый может воспользоваться женщиной, которую бросили в клетку. Она сглатывает. Она не боится за себя, но Кентаро… маленький Кентаро – он же пропадет без нее!
– Я… согласна. – наконец говорит она. Что-то уже давно сломалось в ней и, наверное, нужно было соглашаться стать любовницей лейтенанта Намбу еще тогда, когда Полковник пригласил ее для того, чтобы воспользоваться ее способностями. Марико тысячу раз прокляла небо за то, что ее способность была такой ненужной в этом мире, такой непрактичной. Она была переводчиком... а после триггера получила способность наделять людей знанием языков. Правда только тех языков, которых она сама хорошо знала. Тогда Полковнику срочно потребовалось знание китайского, он проводил переговоры с китайскими триадами, вот и вызвал ее. В течении недели она была рядом с ним, обучила его китайскому, английскому и корейскому… а потом он выгнал ее прочь, как только узнал, что она - беременна. Но ту неделю она не голодала.
Сейчас же… если для того, чтобы маленький Кентаро жил – ей нужно стать любовницей этого лейтенанта Намбу – она станет. Она сделает что угодно, лишь бы ее сын жил.
– Ты согласна? – гнусная ухмылочка разрезает лицо Намбу пополам: - согласна? Нет. дорогая Марико-сан, времена, когда я спрашивал твое согласие – прошли. Теперь я не буду спрашивать твоего согласия. Твое согласие что-то стоило тогда, когда ты чистенькая и невинная стояла за плечом у Полковника, а сейчас, когда ты одинокая мамочка с голодным сыном, стоишь тут в грязном кимоно, а под пластинками ногтей у тебя въевшаяся грязь… твое согласие не стоит ничего. Даже такая – ты будешь популярна в клетке, да к тебе очередь выстроится! Тебя будут драть днями и ночами, пока ты у тебя все не порвется внутри и ты не сдохнешь от внутреннего кровоизлияния. Хотя эти животные все равно ничего не заметят и будут еще месяц трахать твой труп, чертовы уроды. Хочешь в клетку, на общественные работы? Нет? – лейтенант встал, взял свою чашку с водой и выплеснул ей в лицо: - тогда ты будешь делать то, что я скажу. Для начала обслужишь меня… а завтра я приведу своих парней. Дед – уматывай в другую комнату, забери с собой ребенка, сейчас Марико-сан будет меня обслуживать… - он запускает руку в карман и вытаскивает ее. На ладони у него – два металлических зажима. До Катастрофы на Кюсю, до всего этого такие вот зажимы использовали для того, чтобы скрепить между собой листы бумаги в офисах.
– Уберешь волосы назад, а этим зажмешь свои соски. – говорит он: - и скинь с себя эти грязные тряпки уже. Я хочу видеть, как ты унижаешься и просишь сохранить жизнь тебе и твоему сыночку, как гордая Марико – валяется в грязи у моих ног. Завтра я приведу с десяток своих людей, и они будут пользовать тебя как сучку во все дырки… но я обещаю, что за это ты получишь повышенную пайку и даже нормальную одежду… так что старайся.
Если сегодня ты постараешься, то завтра я разрешу использовать смазку. Любишь фруктовое желе?– Намбу-сан! Нельзя же так! – встает со своего места старик Танака: - вы же человек! Побойтесь бога! Не по-человечески…
– А ну заткнись! – повышает голос лейтенант и делает шаг и замахивается, на его руках вырастают костяные лезвия, Марико зажмуривается, ожидая удара…
– … пшшшт… правительство Японии выпустило манифест, в котором объявляется о готовности властей сотрудничать с Королевой Администратором. Официальное заявление о том, что представители Королевы-Администратора являются уполномоченными действовать от лица правительства Японии было опубликовано сегодня в двенадцать ноль ноль по Токийскому времени. А сейчас о погоде, сегодня будет ясный и солнечный день…
– Что? – лейтенант Намбу опускает руку, а она – открывает глаза. И не верит им! Не только приемник работает – загорелись лампы на потолке, закашлялся и заработал холодильник, на полке – пикнула микроволновка…
– Электричество дали… - неверяще говорит она, обкатывая эти слова на языке словно речные камушки. Электричество дали…
– Но… как? Электростанция разрушена, там ничего не осталось… - лейтенант хмурится, глядя на приемник: - а в ближайшем регионе у власти Сёгун, оттуда нам нипочем не дали бы энергии, там на границе все линии разрушены и …
– Тук-тук! К вам можно? – в дверь заходит высокая девушка в черной тактической броне. У нее длинные черные волосы, которые водопадом струятся по плечам. То, что девушка – иностранка, видно сразу же, она не азиатка, у нее слишком европейские скулы и разрез глаз. Но не это сразу же заставило Марико вздрогнуть и попятится назад. Девушка была не одна. Их было сразу трое и все – как капля воды похожи друг на друга. Марико знала что все необычное в этом новом мире можно было объяснить только одним. Эта девушка – кейп. Парачеловек. А любой парачеловек в этом новом мире означал опасность. В свое время Полковник для того и взял под защиту их город – чтобы банды кейпов не разодрали общество на куски. Новый парачеловек, незнакомый прежде – скорей всего враг.
– Тихо… - говорит девушка и одним плавным движением – выкручивает руку лейтенанта Намбу с выросшими на ней лезвиями: - успокойся ты. Я не по твою душу, мне Марико-сан нужна.
– Я? Но зачем я вам нужна? – теряется в догадках Марико, нащупывая рукой короткий гражданский нож: - у меня ничего нет!
– Есть у меня одна девушка, которую нужно очень быстро японскому языку научить. – девушка с черными волосами – дает короткого пинка лейтенанту Намбу и тот – улетает в угол и складывается там пополам, корчится, словно паук, попавший на горячую сковороду.
– Но… у нас не разрешено вести предпринимательскую деятельность без разрешения…
– Вы что, радио не слышали? – поднимает бровь девушка: - с полудня я и мои представители официально являются уполномоченными от лица вашего правительства. Так сказать «все что сделал податель сего, сделано по моему приказанию и во благо государства». Так что… собирайся, Марико-сан. Кстати, Кентаро я уже вылечила, у него почки отказали, его бы здесь нипочем не вылечили.
– Правда? – она метнулась к колыбели и … почему-то сразу поверила этой странной девушке. Может быть потому, что Кентаро впервые – спал спокойно, расслаблено, на его лице даже румянец появился и … улыбка? А может быть потому, что она увидела, как одна из девушек посмотрела на него… с любовью и пониманием. В этом взгляде не было жалости, нет. В нем было понимание.
– Хорошо. – выпрямляется Марико: - я… сделаю то, что нужно. Если вы обеспечите нас едой и убежищем.
– Убежищем - да. Едой... скоро никто в этой стране не будет нуждаться в еде. Выгляните в окно. – она делает шаг на балкон и Марико с Танакой – следуют за ней. С небес на землю падали крупные хлопья, похожие на снег, только намного больше. Марико подставила руку и поймала одну «снежинку». Она была легкая и теплая и пахла… вкусно. Свежей выпечкой и ванилью. Марико машинально откусила кусочек. Сладковатая масса растаяла на языке.