Север помнит

– Лорд Варис, - наконец произнес принц, с усилием стараясь держаться учтиво. – Я думал, вы ждете меня в Королевской Гавани.

– Я ждал вас, ваше величество. – Евнух раболепно поклонился. – Но, как вы сами понимаете, - ах, какое несчастье приключилось с вашим лицом, я очень надеюсь, что шрама не останется, - штурм Королевской Гавани пошел немного не так, как задумывалось. А теперь король исчез, и королева тоже. Красный замок, Вера и Городская стража сбились с ног, разыскивая их. Удачный момент, чтобы прикинуться крысой и сбежать.

– Мальчик? Томмен? Он исчез? – Похоже, в лживых россказнях Золотых Мечей есть доля правды.

– Воистину так. Никто не видел его с той самой ночи, когда вы пытались взять столицу штурмом. Жаль, что вы этого не знали, иначе это вдохновило бы вас и ваши бравые войска на вторую попытку. Королева Серсея тоже исчезла. Весьма необъяснимое событие. К сожалению, это разрушило некоторые планы, которые у меня были насчет сира Джейме. – Варис состроил недовольную гримасу. – Впрочем, я предпочитаю не предаваться разочарованию. Поэтому я спросил себя, куда вы направитесь дальше?

– Я так предсказуем? – настороженно спросил Эйегон.

– Как правило, короли предсказуемы. Во всяком случае, более, чем они предполагают. – Варис засмеялся, но без обычной веселости. Его смех стал мрачнее, ниже, и у Арианны по спине пробежал холодок. Внезапно ей подумалось, что им вообще не стоит иметь дело с этим человеком, - он ведь даже не мужчина. Евнух столько времени был кукловодом за спиной у принца, а ведь его мотивы никому не известны. – Поздравляю, ваше величество. Именно сюда я и решил направить стопы – и, как видите, теперь приветствую вас в этом зале. Могу ли я спросить, а где же дорогой лорд Коннингтон?

Эйегон напрягся.

– Мы… поссорились. Не хочу даже слышать его имя.

– Надо же, какая досада. – Глаза Вариса сверкнули. – Возможно, вы пожалеете, что отослали его столь поспешно.

– Я… я оставил его на корабле. Скорее всего, он еще там. А что?

Варис оглядел присутствующих Золотых Мечей, театральным жестом поднес палец к губам и повел бровями. Очевидно, наемники поняли намек, но не ушли, пока Эйегон вымученно не кивнул им. Тогда они удалились, и звук их шагов еще долго слышался в тишине.

– Ну что ж, - сказал Эйегон. – Можете говорить свободно.

– Это привычка, которую никому не следует заводить. Я вижу, с вами дорнийская принцесса. Вы доверяете ей?

– Как самому себе. – Весьма благородно, подумала Арианна, но, скорее всего, Эйегон не отослал ее прочь из-за того, что без ее поддержки он просто не может стоять. Ему бы следовало несколько месяцев лежать в теплой постели, не вставая, и пить целебные отвары, но на это нет времени – идет война, надвигается зима, и одним богам известно, что ждет их впереди. Эта приливная волна… как там сказал тот гвардеец? Здоровенная, никогда такой не видел. Поднялась над горизонтом, словно чудище какое-то. И шла так быстро, что нам оставалось только молиться.

– Вижу, вижу. – Варис принялся расхаживать вокруг них, шурша шелковыми туфлями по черному полированному обсидиану. – Что ж, ваше величество, позвольте мне угадать, каковы ваши дальнейшие планы. Вы поняли, что находитесь в безвыходном положении, - об этом говорит то, что вы сейчас стоите в сердце Драконьего Камня. Ваши войска захватили Штормовой Предел, Бобровый Утес и Драконий Камень. Уже за это в вашу честь можно воздвигнуть статую в Чертоге Героев. Однако вам нужно новое оружие, и у вас есть на него право. Вы хотите пробудить чудовищ, спящих на Драконьем Камне.

Эйегон был потрясен.

– Как вы узнали?

– У меня тысяча ушей и одно, ваше величество, - Варис снова издал грубоватый низкий смешок. – Фамильная черта, знаете ли. Однако вы сможете пробудить драконов лишь с помощью древних и темных сил. Вам потребуется заплатить дорогую цену, но я на вашем месте остерегался бы это делать. Буду с вами честен, мой принц. Я ненавижу магию. Когда я был маленьким мальчиком, колдун сжег мои мужские части на жаровне, призвал нечто, и это нечто ему ответило. Голос из ниоткуда поведал о Принце, который был обещан. Думаю, вы понимаете, что это пророчество захватило мое воображение. Я поклялся, что в отместку найду этого принца и остановлю его. Я хотел доказать, что магию можно уничтожить, что наше время – это эра мечей и стали. Всего лишь глупые детские мечты. На долгие годы я забыл о них, пока мой старый приятель Иллирио не сообщил мне любопытное известие об очаровательном голубоглазом мальчугане.

– Обо мне. – Эйегон смотрел на евнуха, и в его глазах забрезжил страх. – Все это время… неужели вы?..

– Все это время, ваше величество, я был тем, кем и казался: ярым приверженцем вашего дела. Тут у меня нет от вас секретов. Вы поступили точно так, как и требовалось. Именно поэтому я здесь, чтобы рассказать вам, какой ценой можно пробудить каменных драконов. Как и всегда. Пламенем… и кровью.

– Но вы… вы сказали, что ненавидите магию…

– В мире много необычных вещей, мой принц, - ответил Варис, криво улыбнувшись. – И некоторые хуже, чем другие. К нам приближается темная сила. У нас нет времени на раздумья. Красный или черный, дракон есть дракон. Вы будете делать то, что должно, или нет?

– Кровь… - Эйегон, по-видимому, не мог пропустить мимо ушей это слово. Он открывал и закрывал рот, не зная, что сказать.

– Мы хотим пробудить каменных драконов, и для этого особенно хороша кровь, пораженная каменной болезнью. – Варис отвернулся. – Вы ведь не думаете, что мы случайно отправили вас по той реке, мимо моста с каменными людьми?

Эйегон пришел в ужас.

– Нет, я не верю…

– Как вам будет угодно. – Варис пожал плечами. – Серая хворь превращает живую плоть в мертвый камень. Горгульи, химеры, драконы – эти чудовища украшают собой замок, но их можно снова оживить. Вы ведь упомянули, что поссорились с лордом Коннингтоном.

– Это… это чудовищно… - Эйегон осенил себя знаком звезды. – Уму непостижимо… чтобы вернуть трон, принадлежащий моей семье по праву, вы хотите, чтобы я превратился в своего деда. Чтобы я сжег человека, своего Десницу, заживо.

– Я ничего не хочу, - несколько жестко ответил Варис. – Я просто предоставляю вам выбор. Когда вы его сделаете, я узнаю о вас все, что мне нужно.

Эйегон затравленно взглянул на Арианну, безмолвно умоляя о помощи. Его рана снова начала кровоточить, кровь проступила сквозь повязки, и было ясно, что он долго не выдержит. Арианна хотела бы дать ему какой-нибудь мудрый совет, но поняла, что у нее нет слов. Значит, вот к чему мы пришли.

– Должен быть другой способ, - произнес Эйегон, обращаясь к Варису.

– Другого способа нет. – Евнух снова пожал плечами. – Я говорил вам, мой принц. Вы должны хорошо понимать, какова цена.

– Но… Безумный Король…

– Таргариены всегда сжигали людей заживо. Ваш пра-пра-много-раз-пращур Эйегон Завоеватель известен всем как правитель, объединивший разрозненные королевства, как великий человек и великий воин… и это правда. Но сколько тысяч воинов он вместе с сестрами превратил в пепел на Пламенном поле? Сколько сотен тысяч? Разве это такое страшное злодеяние - сжечь одного человека, который предал вас и лгал вам, ради того, чтобы пробудить каменных драконов, и тогда множество людей останутся в живых? Темная сила, что приближается к нам, несет с собой конец всего сущего. Это то самое зло, которое жрецы Рглора называют Владыкой Ночи и Ужаса. Стена пала, Иные наступают. – Варис больше не был похож на хихикающего жеманного человечка, каким всегда казался. Его голос был холоден, мрачен и тверд, как железо. – Я говорил вам о том, что нужно сделать выбор. Нужно выбрать меньшее зло, чтобы не допустить гораздо большего. Пламя, мой принц. Пламя.