Сон океана

Царь несколько минут выдерживал ее взгляд, потом улыбнулся и посмотрел на принца: – Мне сообщили, что первый бой ты уже проиграл?

– Да, мой повелитель, теперь, согласно уговору, я принадлежу принцессе.

– Тогда, о премудрейшая, нам необходимо обсудить условия выкупа моего наследника.

Иринарх взял под руку Соломею и повел ее представить присутствующим.

В Зале находились гости предстоящей свадьбы Равшана, празднично одетые с большим количеством камней на руках, шее и ногах, надушенные сильными пьянящими ароматами. Волосы и мужчин и у женщин были пострижены одинаково до плеч и отличались только цветом, золотистые как песок у мужчин и шоколадные у женщин.

«Странная традиция», – подумала Соломея. Позже она узнала, что оказывается после Обряда создания семьи, как символ единого будущего, пару подстригают одинаково и так они остаются в последующей семейной жизни. Поэтому все семейные иранхарцы были подстрижены, а молодые, еще не объединенные в семью, или вдовы и вдовцы имели длинные волосы.

Среди присутствующих была юная невеста Бронуин, белокожая с вздернутым носиком и круглым лицом, она смотрела то на Соломею, то на Синклар огромными восхищенными глазами. Девушка была еще несформировавшаяся, одежда ее была усыпана камнями, в которых видимо постоянно путались ее темные длинные распущенные волосы. После представления, Соломея нежно поцеловала Бронуин в обе щеки, размышляя про себя, что отец ее явно поторопился, и что же с ней будет делать Равшан, который, по-видимому, не только был поглощен Синклар, но и вообще забыл о невесте и предстоящей свадьбе. «Надо будет ее вечером навестить», – подумала принцесса.

Отец же невесты, царь Хелстеин бросал на появившихся принцесс мрачный взгляд, еще недавно могучий воин, сейчас он был болен и угасал. Его сильно поредевшие волосы были заплетены в длинную косу, кожа желтая и сухая как мертвый лист, говорила о приближающейся смерти. Он не оценил красоту прибывших девушек, видимо постоянно справляясь с приступами боли, он вообще перестал ценить жизнь. Но как мудрый правитель и мужчина он сразу понял, что от Синклар исходит опасность для его дочери.

Не менее мрачный взгляд бросала на принцесс и супруга Гутлеифа Аружан. Ее внешность была необычной для этой местности – маленький носик и узкие губы, темные как угли глаза, ее лицо напоминало степную мышь, а рыжеватые с серыми прядями волосы усиливали это сходство. Долгое время будучи единственной принцессой Иранхары теперь она была оттеснена со своего пьедестала юной Бронуин. Но при знакомстве с будущей женой Равшана, Аружан не почувствовала соперничества, наоборот она решила, что после свадьбы возьмет шефство над молодой принцессой. А вот бесспорная красота прибывших незнакомок ее расстроила и насторожила. Аружан знала, что Гутлеиф имеет право взять вторую жену, тем более что у нее не было до сих пор детей. Видя, как ее муж увивается вокруг Синклар, Аружан злилась и поджимала губы, из-за этого сходство с мышью становилась еще более очевидной, что не придавало ей привлекательности. Но больше всего ее возмущала одежда принцесс. На Синклар были одеты лёгкие шелковые туника и шальвары, не прикрывающие, а наоборот подчеркивающие соблазнительные формы принцессы. Большое количество тонких браслетов украшали ее руки и ноги, волосы были высоко убраны, что во всей красоте демонстрировало ее белую длинную шею, на которой со спины красовался золотой рисунок виноградной лозы, беря основание у начала волос и переходя одной ветвью на плечо, а другой исчезая глубоко под туникой и давая понять, что самая интересная роспись спрятана от глаз.

Аружан кипела от гнева, видя как обычно бесстрастный Гутлеиф, сгорал, не отводя взгляда от красавицы из Феерии. Она знала, что это замечают и окружающие. «И зачем их только бог послал, нужно будет что-нибудь с этим придумать», – думала забытая жена принца. Не меньшее беспокойство у нее вызывала и Соломея. Принцесса, одетая в кожаные доспехи и короткую кожаную юбку, с небольшими мечами в прикрепленных на руках ножнах и большим изогнутым мечом за спиной, напоминала прекрасную белокурую богиню-воина, сходство дополнял золотой рисунок на руках и ногах – на ногах он являлся продолжением сандалий, а на руках, начинался на пальчиках и заканчивался браслетами на предплечьях. Аружан видела, как Иринарх с почтением отнесся к прибывшей феерийке, а Нарат не сводит глаз с Соломеи, и понимала по-женски чутко, что это и есть их будущая царица. Но в момент ее представления принцессе инстинкт самосохранения Аружан был вытеснен чувством более сильным – желанием показать свое женское превосходство.

– У вас даже женщины состоят на службе или Феерия настолько бедна, что вы экономите на тканях? – громко произнесла Аружан, внимательно окинув взглядом Соломею с головы до ног.

Свита и гости Иринарха с интересом прислушались к начавшемуся разговору.

Феерийская принцесса улыбнулась и ответила:

– О да, вы проницательны, прекраснейшая Аружан. Женщины Феерии наравне с мужчинами с малолетства обучаются владеть луком, мечом и конем, поэтому они все стройны и подтянуты до самой старости, и им нечего скрывать. На мне типичный для нашей страны костюм для верховой езды и охоты, а что касается тканей, здесь вы ошиблись, наши мужчины не экономят на своих женах и дочерях. Я думаю, мы с Синклар вам это еще продемонстрируем.

– У вас мало мужчин, раз женщины служат? – не унималась Аружан.

– Ну почему же достаточно. Наоборот, у нас недостает женщин, и мы привозим их из соседних земель. А что касается воинской обязанности, то действительно, страна у нас маленькая, требует защиты. Ни одна из наших женщин не будет стоять в стороне, и смотреть, как нападают на ее семью, тем более не позволит взять себя силой. Наши женщины сильные, красивые и самостоятельные, они сами выбирают себе мужей и их не продают как коров или гарантию безопасности, – холодно пояснила Соломея.

Но даже это не остановило Аружан:

– Я слышала, в вашей стране женщины обучаются в специальных школах, где их учат искусству удовлетворения мужчин еще до брака, а также ублажать женщин и нескольких мужчин одновременно?

Вокруг повисла тишина, присутствующие ждали ответа Соломеи.

В этот момент, Синклар медленно проведя пальчиком по рисунку на руке Соломеи, сладко произнесла: – Это она о Школах любви, дорогая.

И развернувшись к Аружан, тем же сладким голосом сказала:

– Вы правы принцесса, в Феерии есть специальные школы, где девочек учат искусству любви и наслаждения, и когда они вступаю в брак, поверьте мне, их мужья не имеют претензий. Согласитесь, уважаемые, – обратилась она к окружающим, – довольные и удовлетворенные мужчины, намного продуктивнее в службе и работе, чем те, чьи мысли заняты неудовлетворенными страстями.

И добавила тише для Аружан: – Их ввела Соломея, как и Школы воинского искусства, различные школы мастерства и земледелия. Мы поддерживаем все то, что приносит стране прибыль и процветание.

В этот момент Иринарх, явно получив удовлетворение от состоявшейся беседы, примиряюще произнес:

– Милая Аружан, Феерия, видимо, интересная и процветающая страна и многому может нас научить. Я рад, что принцессы вошли так неожиданно в нашу жизнь. А ты, свет очей моего сына, больше думай о так долго ожидаемых наследниках, чем слушай сплетни странников, – и, взяв под руку Соломею, направился к южному выходу из Залы.

Аружан покраснела, но больше ее смутил холодный бездонный взгляд Соломеи. Принцесса не посчитала нужным ей ответить, а это значило, что этот разговор не закончен.

Когда ритуал знакомства и приветствия был завершен, Иринарх пригласил присутствующих на Смотровую площадку, взглянуть на луну. Они прошли по переходу на северную стену. Перед ними, на небе цвета ночи, сияла огромная круглая белая луна, создавая вокруг себя мягкий манящий ореол, нежно освящая окружающий мир и даря ощущение умиротворения и покоя уставшим людям и природе.

– Полнолуние белой луны, мой господин, – сказал один из присутствующих. – К хорошему началу, процветанию страны и счастливому браку. Да будет так.

И все в один голос ответили: – Да будет так!

– Это мой визирь Ингис, – Иринарх коротко представил говорящего, и, не задерживаясь, подвел Соломею к самому краю стены.

Соломея сделала вид, что не обратила внимания на то, что бордюр был очень низок.

– Вы не боитесь высоты, – тихо сказал Иринарх. – Здесь такая высота, что у летящего вниз есть время вспомнить всю свою жизнь и весь свой род по именам и видам занятий.

– У меня мало родственников и прожитых лет не так много, так что мне еще рано падать, – ответила принцесса и пристально посмотрела в глаза царя.