Сталь

Наконец, спустя бесконечные полминуты, аккуратно заглянув в просторный холл, мы никого в нём не увидели. Никого и ничего, кроме рядов опустошённых прилавков, некоторые из которых были перевёрнуты. Обзор был хорошим, так что я выдохнула, хотя это и не помогло справиться с напряжением: за любым из этих бесконечных стеллажей, выстроенных по беспощадному принципу лабиринта, всё ещё могла скрываться опасность.

– Едва ли мы что-то здесь найдём, – произнёс полушёпотом Тристан.

– Но попытаться же стоит, – отозвался Спиро разумом нашего общего подсознания, который вовсе не хотелось слушать.

Глава 42.

Мы дошли до самого конца зала, в который идти вовсе не хотелось из-за вони, разящей с того направления. Дело было в отключившихся холодильниках: рыбный и мясной отделы воняли из-за оставленных здесь и давно пропавших туш, вода из разморозившихся морозильных камер растеклась по полу. Не в силах долго выносить это зловоние, мы поспешно направились дальше.

Пройдя целый ряд пустых стеллажей, мы нашли лишь две упаковки жевательных резинок и одну упаковку фундука в шоколаде – совсем не то, на что мы рассчитывали. Оказавшись у стеллажа с глянцевыми журналами, я удивилась его целостности и протянула руку к самой яркой обложке. Взяв в руки популярное издание моды, я сдвинула брови, засмотревшись на красотку, изображённую на первой полосе: интересно, как она сейчас, до сих пор жива или пополнила ряды Блуждающих?

– Вода! – раздался громкий шёпот Спиро, и я повернула голову в его сторону. Парнишка лежал на полу, что меня сразу же напрягло. – Я нашёл воду!

В следующую секунду он вытащил из-под очередного, ничем не отличающегося от других, пустого стеллажа целых четыре двухлитровые бутылки, которые, по-видимому, закатились туда во время потасовок между мародёрами. Подойдя к Спиро, я, по примеру Тристана, поспешно взяла в руки одну бутылку и, открыв её, начала пить. Облегчение было настолько сильным и ощутимым, что у меня едва не заслезились глаза, но от подобного проявления эмоций меня в эти секунды спасало обезвоживание – на слёзы счастья в организме просто не нашлось лишних запасов жидкости.

Не двигаясь с места, в абсолютном молчании вливая в себя воду, мы простояли не меньше минуты. Затем, наконец заставив себя оторваться от спасительных бутылок, мы разложили их по рюкзакам и пришли к выводу, что стоит осмотреть все зазоры под стеллажами.

Вскоре я наткнулась на стеллаж, на котором стояло несколько бутылок оливкового масла. Взяв одну из них, на вопросительный взгляд Тристана я потрясла наручниками, всё ещё обременяющими мою руку. Спустя ещё пару минут, пройдя ещё два ряда пустых стеллажей, я начала переживать. Ладно я, ладно Тристан, но Спиро и Клэр должны сегодня поесть, им просто жизненно необходимо утолить голод до того, как на его почве у них начнут случаться истерики.

В течение следующих пяти минут мы нашли три фонарика в виде брелков, одну газовую зажигалку, два флисовых пледа и двухсотмиллиграмовую бутылочку антисептика. Естественно всё это мы забрали. Но еды всё ещё не было. Зато когда вскоре мы наткнулись на кошачий корм, да ещё и для котят интересующего нас мелкого возраста, я взяла целых десять упаковок – должно было хватить на двадцать приёмов. До сих пор я, сосредоточенная на голодовке детей и на своём собственном голоде, даже не задумывалась о котёнке. Его нужно будет обязательно напоить…

– Смотрите! – голос снова подал Спиро. Он указывал пальцем в сторону едва приоткрытой двери, за которой разливалась непроглядная темнота. В такую не то что не хотелось заходить, её сразу же захотелось обойти десятой дорогой.

– Это вход в холодильный склад, – прочёл табличку над дверью Тристан. – Ну что, Теона, рискнём?

На решение ушло буквально пару секунд. Вот почему говорят, что голод – не лучший советчик: мы решили заглянуть в тёмные недры, скрытые за массивной дверью холодильного склада. Всё равно что решить заглянуть в подвал дома, спрятанного в нелюдимой деревушке среди глухой лесополосы… Примерно такие же ощущения.

Включив фонарики-брелки, при помощи которых можно было осветить пространство лишь на метр вперёд, мы с Тристаном буквально на цыпочках вошли внутрь, оставив Спиро ждать у двери и оставив ему ключи от машины на тот случай, если внутри мы наткнёмся на толпу Блуждающих и ему придётся бежать первее нас. Интересно, он сможет управлять машиной в случае, если потеряет нас? И даже если сможет – сможет ли добраться до Беорегарда по атласу? Едва ли… Я сама не уверена в том, что я на самом деле способна на подобное, а он всего лишь двенадцатилетний мальчик.

За дверью оказалось дико холодно. Как и положено холодильному складу. Поёжившись, я обрадовалась тому, что на нас были кофты.

Выставив руки вперёд, мы освещали темноту, но дальше метра осветить не могли.

– Давай начнём с этого, – едва уловимым шёпотом произнёс Тристан, кивнув на огромный холодильник слева от меня. Пока я продолжала освещать густую темноту, Тристан открыл его. Помещение сразу же залил голубоватый свет. Я обернулась и увидела через плечо, что камера морозильника, естественно, пуста.

– Едва ли мы что-то найдём здесь, – нервно прошептала я, всё больше и больше напрягаясь из-за непроглядной темноты, не рассасывающейся даже при помощи света, холодными потоками выливающегося из морозильной камеры. – Мародёры всё вычистили…

– Подожди, – Тристан отказывался сдаваться. Он резко, как не поступила бы я, нырнул в темноту и, прежде чем я успела ахнуть, открыл нараспашку ещё один морозильник. Голубоватый свет вновь высветил его лицо. Я подошла к нему впритык и увидела ещё одну пустую камеру. – Ещё, – уверенно произнёс Тристан и вновь нырнул в темноту.

От этой русской рулетки моё сердце уже колотилось словно ошпаренное. Я прыгнула в темноту вслед за парнем, но уже и в следующую секунду остановилась в голубоватом свете очередной пустой камеры.

– Тристан, уходим…

– Нет, ещё! – он снова пропал в темноте, и снова спустя пять секунд его высветил очередной поток голубоватого света. Я уже чувствовала своё сердце как орган, клокочущий где-то возле моего горла. – Здесь! – внезапным шёпотом выпалил Тристан.

Я сразу же оказалась рядом со своим напарником, едва не врезавшись в его плечо, и увидела то, ради чего мы рисковали своими жизнями: холодильник был доверху заполнен едой.

Не веря своим глазам, я поспешно сняла со своих плеч рюкзак и, следуя примеру Тристана, начала забрасывать в него всё, что попадалось мне под руку: сосиски, сок, булочки, несколько упаковок хлебцов, несколько пятисотмиллилитровых бутылочек минеральной воды, нарезанный сыр, питьевой йогурт, салаты, рыбные консервы, белый хлеб, творог, грецкие орехи, клубника… Лишь когда мы полностью опустошили холодильник, я вдруг поняла, что именно меня так сильно напрягало всё это время. Я замерла, дотронувшись руки Тристана, закрывающего свой рюкзак.