Свеча в буре

Хонус, казалось, был почти так же удивлен тем, что Лайла назвала его Кармаматусом, как и тем, что у него есть ворон в качестве проводника, но он ничего не сказал. Ворон улетел, а девушка опустилась на колени перед Йим и поцеловала ей руку.

– Много надежд на тебя, матушка.

Прежде чем Йим успела поблагодарить ее, Лайла поднялась и шагнула в подлесок. Затем она словно исчезла. Квахку, который кружил над ними, издал «кар» и начал лететь на северо-запад. Хонус и Йим последовали за ним.

В течение всего дня Йим и Хонус ориентировались по ворону. Птица пролетала некоторое расстояние – короткое в лесу и более длинное на открытой местности, – прежде чем садилась в поле зрения. Хонус, а за ним и Йим, пробирались к птице. Как только они достигали его, он снова улетал. Иногда он кружил высоко над головой, как бы осматривая территорию перед тем, как выбрать путь.

Так Йим и Хонус прошли через долины и склоны, не встретив ни единой души. Когда наступили сумерки, птица привела их к идеальному месту для лагеря. Здесь была проточная вода, а само место было настолько укромным, что развести костер не показалось им излишним. Хонус собрал дрова и разжег его. Затем Йим поджарила в его углях клубни. Когда ужин был готов, Квахку приземлился рядом с Йим, и она покормила его, пока ела.

Хонус наблюдал за Йим с таким благоговением, что она почувствовала себя неловко и попыталась переключить его мысли на более мирские дела.

– Хонус, – спросила она, – как ты думаешь, когда мы доберемся до зала Кары?

– Я никогда раньше не следил за птицами. Возможно, тебе стоит спросить нашего проводника.

Йим на мгновение заглянула в черные глаза Квахку.

– Он говорит, что пять дней полета вороны.

Хонус выглядел потрясенным, пока Йим не рассмеялась.

– Я шучу, Хонус. Ты весь день странно смотришь на меня. Перестань вести себя так благоговейно.

– Так говорит тот, кто попросил фейри принести ей сандалии.

– Это сделала девушка, а не я.

–После того, что ты сделала с тем священником, кажется, что ты можешь видеть мысли ворона.

– Ну, я не могу. Я хочу, чтобы со мной обращались как с женщиной, а не как со святыней. Если ты меня любишь, ты это сделаешь. – Йим поджала губы. – Для начала поцелуй меня.

Хонус поцеловал Йим, но как-то сдержанно, что оставило ее неудовлетворенной. Позже, когда они легли спать, Йим размышляла о сдержанности Хонуса. Это угнетало ее. Но чего мне ждать? Он должен сдерживать себя. Тем не менее, ее беспокоило, что он может это делать.

Квахку вел Йим и Хонуса шесть дней по труднопроходимому маршруту. Тяготы пути помогли Йим отвлечься от желания к Хонусу, но оно постоянно присутствовало – как уголек, спрятанный среди пепла. Йим опасалась, что оно может вспыхнуть, если она ослабит бдительность. Уверенная, что Хонус проходит то же испытание, она чувствовала, что любовь одновременно и объединяет, и разделяет их.

За все это время они ни разу не встретили другого человека, хотя иногда проходили через обжитые места. Хонус часто знал местность, но не всегда. Однажды они остановились на ночлег у высокого водопада, которого он не видел и о котором не слышал. Вечером выдры принесли свежепойманную форель и разложили ее, еще не остывшую, перед костром. Какое-то время Йим беспокоилась, что Хонус снова примет свой благоговейный вид. Но он этого не сделал, и она была рада.

Поздним вечером шестого дня Йим и Хонус поднялись на гребень и взглянули на большое озеро, приютившееся среди гор. На возвышенности, возвышающейся над дальним берегом, стояла крепость, обнесенная стеной, и вокруг нее теснилась крошечная деревушка. За деревней простиралось широкое и беспорядочное пространство с палатками, временными убежищами и людьми, расположившимися под открытым небом. Издалека это место напоминало заразу, распространившуюся по окрестным полям. Дым от многочисленных костров застилал небо. Когда Квахку улетел на восток и скрылся из виду, Хонус указал на крепость.

– Это дом Кары, – сказал он.

Это зрелище обескуражило Йим. В ее воображении замок Кары казался убежищем от враждебности. Увидев, что он окружен людьми, Йим призадумалась. Она понятия не имела, зачем они здесь. Насколько ей было известно, это могла быть осаждающая толпа. По меньшей мере, это было убежище и благодатная почва для черных жрецов, чтобы сеять свою ложь.

Йим не пыталась скрыть от Хонуса своего разочарования.

– Так вот где живет Кара, – сказала она грустным голосом. – Похоже, чтобы добраться до нее, нам придется проделать тяжелый путь.

19

Хонус некоторое время изучал лагерь, окружавший замок и деревню, прежде чем заговорить.

– Все не так хаотично, как кажется. Там расположились войска, и я думаю, что люди разбили лагерь неподалеку в целях безопасности.

– Почему?

– Точно не знаю. Скорее всего, началась война.

От слов Хонуса по телу Йим пробежал холодок, и чувство ужаса, которое она испытывала на протяжении всего путешествия, усилилось.

– Но ты считаешь, что идти через лагерь безопасно?

– Возможно, – ответил Хонус, – но я бы предпочел быть осторожным. Я знаю менее заметный путь в поместье.

Йим глубоко вздохнула.

– Тогда пошли.

Хонус спустился с горного хребта и направился к восточной стороне озера. Несмотря на первоначальные опасения Йим, некоторое время им никто не попадался. Сначала они шли по лесистому склону, за которым, очевидно, ухаживали как за лесом. Пни указывали на места, где были срублены деревья, и Хонус быстро нашел тропинку. По ней он вышел на грунтовую дорогу, которая вела к озеру.

Не успели Хонус и Йим дойти до берега, как деревья уступили место открытому лугу. Там они увидели первых людей за последние шесть дней. Это были три пастуха, присматривавшие за отарой овец. Мужчины сидели на земле, но при виде Йим поднялись и поклонились.

– Это хороший знак, – сказала Йим. – Давай поговорим с ними.

Хонус направился к мужчинам, которые снова поклонились Йим.

– Приветствую тебя, Кармаматус, – сказал высокий кудрявый парень. – Ты – редкое явление. В последнее время слуги Карм стали редко появляться.

– Неудивительно, если учесть, что здесь происходит, – сказал один из его спутников. – Ты храбрая девушка, раз отправилась в путь, с Сарфом или без.

– Я пришла повидать вашу предводительницу и ее брата, – ответила Йим. – Они в замке?

– Да. Они там со времени стрижки овец, – ответил кудрявый мужчина. – Но вам повезло, потому что Кронин скоро уезжает воевать.

– И мы пойдем с ним, – сказал второй пастух, – если наша предводительница даст нам разрешение.

– Прости, Кармаматус, – сказал третий пастух, – но твой сарф Хонус?