Свеча в буре

– Пожалуйста, позволь мне оказать эту честь, – сказала Лайла.

– Только если ты объяснишь, что происходит.

– Не здесь. Не сейчас. Потом.

– Хорошо.

Йим подняла ноги и опустила их в теплую, пахнущую травами воду. Поначалу она чувствовала себя неловко, пока Лайла смывала грязь с ее ног и начинала их массировать. Пальцы девушки были сильными, и она умело использовала их, чтобы облегчить боль Йим. Йим показалось, что руки Лайлы разговаривают с ней, признавая ее трудности и предлагая облегчение. Йим расслабилась, и ее мысли стали спокойными. После того как Лайла вынула ноги Йим из воды и высушила их с помощью кошачьего хвоста, она принесла пару сандалий.

– Это твои, матушка.

Йим надела их. После всех странностей, произошедших днем, она не удивилась, что сандалии подошли идеально, вплоть до отпечатка ее ступни на кожаной подошве. Они были смазаны, но не новые, и, присмотревшись, она поняла, что один из ремешков был отремонтирован. Йим сняла сандалию, осмотрела ремешок и узнала работу Фоэля.

– Я потеряла ее в реке Йорверн!

Лайла улыбнулась, а затем прошептала на ухо Йим. – Знак от Старейших, что ты можешь обращаться к ним в трудные времена.

Йим уставилась на свою сандалию, гадая, какая магия восстановила ее обувь и какие еще секреты знает Лайла. Девушка не обратила внимания на изумление Йим и присоединилась к отцу, чтобы приготовить зайцев. Ее мать помешивала в других горшках. Никто не разговаривал, но в тишине царило умиротворение, которое постепенно возвращало Йим покой. Свет, проникающий из окон, постепенно угасал, и когда подали ужин, его ели при свете камина. Еда была вкусной, а Лайла и Нира развлекали гостей рассказами о лесе и его обитателях. Некоторые из них походили на сплетни: о вражде ворон и сов, о том, как хитроумный енот обманул барсука, и о жалобах полевок. Говорили они и о родословной деревьев, и о весенних сюрпризах. Но тема фейри не поднималась, пока Йим не спросила:

– А действительно ли в озере днем отражается звездный свет?

– Да, – ответили и мать, и дочь.

– Но звезды находятся на своих старых местах, и их трудно узнать, – добавила Лайла.

– Я и забыла об этом, – сказала Нира, в основном про себя. – Давно это было.

– И вы встречаете там фейри? – спросила Йим.

Лайла молча поднесла палец к губам.

18

Только когда трапеза закончилась, Йим наконец смогла поговорить с Лайлой наедине. Пока убирали со стола, девушка вынесла на улицу остатки зарезанных зайцев. Вскоре Йим последовала за ней. Спустившись с пригорка, она увидела, что Лайла стоит в темноте, а возле ее ног кормятся призрачные совы. Птицы не шевелились, пока Йим приближалась. Девушка ненадолго опустилась на колени, затем поднялась.

– Что здесь происходит? – спросила Йим.

– Ты навещаешь друзей.

– Друзья, которых я никогда не встречала и которые, похоже, знают обо мне все.

– На все, – ответила Лайла.

– Тогда что?

– Что ты Избранная.

Йим вздрогнула при этом слове.

– Кто тебе это сказал? Хонус?

– Не он. Это старый секрет.

– Я уже слышала это однажды. – Йим взглянул на Лайлу. Из-за бледной кожи ребенка она казалась бесплотной в темноте – почти как видение, – и она не чувствовала себя глупо, обращаясь к ней за советом. – Что со мной будет?

– Ты не сможешь понять свою жизнь до самого конца.

– Почему? – спросила Йим. – Раньше ты говорила, что все объяснишь.

–Я могу объяснить только то, что несомненно.

– Это бессмыслица, – сказала Йим, не пытаясь скрыть своего разочарования. – Ты все знаешь, но ничего не говоришь.

– Делай то, что необходимо.

Эти слова показались Йим очень знакомыми.

– Я не знаю, что необходимо.

– Знаешь, – сказала Лайла, ее голос был тихим, но уверенным. – Ты всегда знала.

Ответ Лайлы был настолько похож на ответ Карм, что на мгновение заставил Йим замолчать. Тогда, отчаявшись получить прямой ответ, Йим спросила что-то простое.

– Сколько тебе лет?

– Двадцать три зимы, – ответила Лайла. – Но я сплю во время них и старею медленно.

– Ты старше меня!

– А мои друзья намного старше. Пожалуйста, не сердись ни на них, ни на меня. Мы рассказали тебе все, что знаем. Конец близок, но мы не знаем его природы.

Йим поняла, что ей говорят правду.

– Я не сержусь, Лайла.

Она погладила девушку по щеке.

– Просто ты казалась такой знающей. Я надеялась... Не знаю, на что я надеялась. Наверное, что у тебя есть ответы.

– Ответы есть у тебя, а не у меня. Но я могу дать тебе еду и поговорить с твоим любовником о том, какой путь выбрать.

– Он не мой любовник.

– Он любит тебя. А ты его.

– Да, но... – Йим вздохнула. – Ты, наверное, уже знаешь.

– Знаю. Это печально.

– Это так.

Йим и Лайла поговорили еще немного, но ни о чем существенном. Девушка не стала обсуждать фейри и дала Йим все, что могла. Совы закончили трапезу и улетели, а Лайла и Йим пошли в дом. Там Нира показала Йим и Хонусу их спальную комнату. Она находилась за одним из низких отверстий в стене и напоминала уютную нору с деревянными стенами. Округлые стены и потолок образовывали пространство, слишком низкое, чтобы стоять, и достаточно широкое для двух человек. Деревянный пол покрывал толстый мягкий слой ароматных сушеных растений. Йим представил, как Лайла проводит зиму в этой или похожей норе. Идея показалась ей приятной. Она сняла свои только что восстановленные сандалии, устроилась в объятиях Хонуса и заснула.

Проснувшись на следующее утро, Йим увидела полчища мышей, разбегающихся по центральной комнате. Она взглянула на каменный стол и увидела, что он усыпан свежими ягодами. Мыши ушли, когда хозяева Йим вышли из своих спальных покоев и пригласили ее и Хонуса на завтрак из ягод, орехов и воды со вкусом трав. На протяжении всей трапезы Лайла рассказывала новые лесные истории. Хотя Фенрик, должно быть, уже слышал их раньше, он, казалось, был очарован рассказами дочери не меньше, чем Йим.

– А ты тоже спишь зимой? – спросила его Йим.

Глаза Фенрика стали меланхоличными.

– Нет. Лайла и ее мать спят, а мне в это время одиноко. Только поцелуй дарует долгий сон, а целуют только девушек.

– Это место выглядит старым, – сказал Хонус Нире. – Давно ли ваш народ живет здесь?

– С тех пор, как я себя помню, – ответила женщина. – Дерево, что растет над этим домом, – последнее в длинной череде.

Она строго посмотрела на Сарфа.

– Не говори плохо о Старейших. Они настороже и защищают то, что любят, но они не злые.

– Тогда почему люди боятся их владений? – спросил Хонус.

– Потому что они должны бояться, – ответила Лайла. – Люди беспечны, а Старейшие никогда не забывают об этом.

Она повернулась к Йим.

– Но они любят тебя, мама. Помни об этом.

После того как Йим и Хонус поели, Нира дала им провизию на дорогу, а затем Лайла повела их из леса. Когда она достигла его границы, к ней прилетел ворон и сел на плечо. Затем девушка обратилась к Хонусу.

– Кармаматус, это Квахку. Он проводит матушку к жилищу ее друга. Следуйте за ним, и ни один недружелюбный глаз не будет шпионить за вами. Везде, где он приземлится, будет безопасно.