Свеча в буре

Вечер не располагал к светским беседам, и Йим не стала их вести.

– Почему это место окружено людьми, живущими под открытым небом?

– Брат собрал всех, кто будет сражаться с лордом Бахлом, – ответила Кара. – Многие не захотели покидать свои семьи из-за междоусобиц, поэтому они привели их сюда. Остальные – люди, бежавшие от беды. Мы обеспечиваем их всем, чем можем.

– Значит, вражда уже началась? – спросила Йим.

– Вражда и даже хуже, – ответил Кронин. – В основном на западе. Там кланы ссорятся, как петухи, и при этом не обращают внимания на наступающего волка. Это безумие!

– Это не удивительно, – сказала Йим. – Мы прибыли с востока, где черные жрецы тоже не дают покоя.

– Йим встретилась с одним из них и...

– Хонус! – предостерегающе сказала Йим.

Хонус тут же склонил голову.

– Прошу прощения, Кармаматус.

Кронин посмотрел на Хонуса, не в силах скрыть удивление на лице. Йим поймала этот взгляд и сказала:

– Я расскажу тебе наедине о том, что узнала.

– Здесь нет необходимости в секретности, – сказал Кронин. – Кара – мать клана, а Родрик – управляющий клана.

Он жестом указал на мужчину средних лет, который уступил свое место справа от Кары.

– Остальные здесь – люди, которые сражались рядом со мной на протяжении многих зим. Любой мой совет – это совет для всех нас.

– Я узнала, что лорд Бахл не является твоим истинным врагом, – сказала Йим.

Выражение лица Кронина стало недоверчивым.

– Тогда кто же?

– Хозяин Бахла. Пожиратель.

– Бог? Мой враг – бог?

– Да.

– И как я могу сражаться с богом?

– Ты не можешь.

Кронин посмотрел на Йим свирепым взглядом.

– Я не претендую на святость. Я могу использовать только тот разум, который у меня есть. Так что, возможно, то, что ты говоришь, правда, и я не могу победить своего врага.

Он хлопнул кубком с элем по столу, разбрызгивая пиво во все стороны.

– Но, клянусь Карм, я попытаюсь!

Затем он поднялся из-за стола и направился к двери.

Кара тоже поднялась.

– Кронин! – крикнула она таким властным тоном, какого Йим от нее еще не слышал. – Не оскорбляй нашего гостя!

Кронин вскинул руки в жесте, который мог означать покорность, ярость, извинение или вызов, Йим не знала, что именно. Что бы он ни означал, Кронин не обернулся, выходя из комнаты.

Кара села, сердито глядя на него.

– Я прошу прощения за плохое поведение брата.

– Он высказал свое мнение, – ответила Йим. – В наше время это не так уж и плохо.

Она повернулась к Хонусу.

– Когда поешь, иди к нему. Поговори с ним так, как сочтешь нужным. Ему нужна твоя дружба.

Хонус склонил голову и быстро доел кашу. После этого он поднялся, чтобы выполнить поручение Йим.

* * *

Зал клана был переполнен людьми, и многие заметили проход Кронина. Они направили Хонуса к стене, ограждавшей зал. За ее зубчатой вершиной тянулся деревянный помост. Хонус взобрался на нее и обнаружил Кронина, который вышагивал по ней, разглядывая в темноте костры. Он обернулся на звук шагов Хонуса.

– Я ждал, что она пошлет тебя сюда.

– Похоже, ты недоволен, – ответил Хонус.

– Я пережил много ударов. Но видеть тебя без сил! Это невыносимо!

– Ты так думаешь?

– А что еще? Храм разрушен, так кто же назначил Йим твоим Носителем?

– Сама Карм.

Кронин горько усмехнулся.

– Зачем заглядывать так высоко, чтобы объяснить ее власть над тобой? Мудрее было бы заглянуть под шнурок.

– Осторожнее, друг, – сказал Хонус. – Ты не видел того, что видел я.

– Верно, хотя туника ее рабыни была откровенной. Уверен, она показала тебе...

Хонус схватил Кронина за воротник и дернул его так, что они оказались нос к носу. Мгновение он пристально смотрел на своего друга, затем так же внезапно отпустил его и отступил назад.

– Прости. Это не то, чего хотела Йим.

– А чего она хотела? – спросил Кронин.

– Чтобы я помог тебе.

– Тогда зачем она привела тебя сюда, только чтобы сказать, что бороться бессмысленно? Что она предлагает делать? Ждать, как ягнята в загоне для скота?

– Мне не хватает мудрости Йим. Тебе стоит поговорить с ней.

– Она просто красивая девушка. Какая у нее может быть мудрость?

– Карм направляет ее. В этом я уверен.

– И как ты пришел к такому выводу?

– Когда мы добрались до Бремвена и обнаружили, что храм разрушен, я дал Йим свободу. В качестве одолжения Коммодус сделал ее своей подопечной. Когда Йим была в безопасности, я приготовился отомстить за резню, убив жрецов в Черном храме. Йим остановила меня.

– Остановила Сарфа? Как она могла это сделать?

– В ту ночь она выпытала у Коммодуса правду и разыскала меня в руинах храма. Она сказала, что убийство вызовет недовольство богини. Я насмехался над ней и называл ее заблуждением. Но когда я заглянул в ее глаза, она открыла мне свою святость.

– Я думаю, ты взглянул на свою возлюбленную и нашел в ней то, что вложила в нее надежда.

– Это было совсем не так, – сказал Хонус. – Ты знаешь мои способности к восприятию. И я был готов к смерти, а не искал любви.

– И что же ты увидел?

– Неописуемую святость.

– Неописуемую? – сказал Кронин. – Я сдаюсь. С тобой не о чем говорить.

– Я тоже видел чудеса. Подвиги, достойные легендарных Провидцев и Носителей.

– Каких, например?

– Она поднимала духов. Она заставила черного священника признаться в своей лжи и отречься от своего бога. – Хонус понизил голос до благоговейного шепота. – Когда я умер, она вернула мне жизнь.

Кронин просто ошарашенно смотрел на Хонуса.

– Не говори Йим, что я это сказал. Она будет отрицать это.

– Ну и пусть. Такие истории предназначены только для посторонних ушей.

– Она утверждала, что только высасывала яд из моей раны. Но ты же знаешь, что это не работает. Кроме того, я помню свою смерть и воскрешение, хотя она сказала, что это был всего лишь сон.

Кронин вздохнул.

– Если ты веришь, что она святая, то мое мнение не имеет значения. Но заменить Теодуса робкой девчонкой...