Святая

– Но зачем…?

Он смеется.
– Ты такая милая, когда долго соображаешь.

– Из-за меня? Да ну! Ты ж меня ненавидел. Я была той самой крутой калифорнийской цыпочкой, которая оскорбила твой грузовик.

Он улыбается. Я в недоумении трясу головой.

– Знаешь, ты псих.

– Ой, а я-то думал, что был милым, романтичным и так далее.

– Правильно. Так ты дружишь с дочерью миссис Ловелл? Как ее зовут? – спрашиваю я наигранно ревниво.

– Элисон. Хорошая девчонка. Она была одной из тех девушек, с которыми я был на выпускном в прошлом году.

– Хорошенькая?

– Ну, она рыжая. Кажется, меня тянет к рыжим, - говорит он. Я несильно бью его по руке. – Эй. А еще меня тянет к буйным. – Я снова смеюсь. И в этот момент я чувствую огромное разочарование, такое сильное, что это стирает улыбку с моего лица.

Кристиан.

Такое уже случалось раньше. Иногда, обычно, когда я меньше всего этого ожидаю, словно у меня появляется доступ к мыслям других людей. Как, например, сейчас, я ощущаю присутствие Кристиана по другую сторону от меня так остро, словно он прожигает во мне дыры своим взглядом. Я не понимаю, о чем он думает, но знаю, что чувствует – он замечает, как естественно я болтаю с Такером. Ему бы хотелось, чтобы я так же шутила с ним, чтобы мы, наконец, могли разговаривать друг с другом, наконец, объединились. Ему хочется, чтобы с ним я смеялась так же.

Кстати, знать такое – это реально отстой. Мама называет это эмпатией, говорит, что это редкий дар среди полу-ангелов. Редкий дар, ха! Интересно, можно ли вернуть его назад?

Такер заглядывает мне через плечо и, кажется, впервые замечает Кристиана.

– Как дела, Кристиан? Хорошо провел лето? – спрашивает он.

– Да, отлично, - отвечает Кристиан, и его разум внезапно отталкивает мой волной наигранного безразличия. – Как прошло твое?

Они пристально смотрят друг на друга одним из тех пресловутых тестостероновых взглядов. – Потрясающе, - говорит Такер.

В его голосе вызов. – Лучшее лето в моей жизни. – Я размышляю, можно ли еще сбежать с урока.

– Ну, летом всегда так, правда? – говорит Кристиан через минуту. – Но оно рано или поздно кончается.

Какое же облегчение, когда занятие заканчивается. Но затем я стою в проходе в кафетерий и решаю, что делать с ланчем.

Вариант А: Как обычно. Столик Невидимок. Венди. Болтовня. Может, несколько неловкий разговор о том, что теперь я встречаюсь с ее братом, возможно, она задаст вопрос, что конкретно произошло в лесу в день пожара, на который я не знаю ответа. Она все еще одна из моих лучших подруг и я не хочу ее избегать.

Вариант Б: Анжела. Анжела любит есть в одиночестве и, обычно, люди позволяют ей это. Может, если я сяду с ней, они и мне это позволят. Но тогда мне придется отвечать на ее вопросы и выслушивать ее теории, которыми она атакует меня последние несколько дней.

Вариант С (на самом деле не вариант): Кристиан. Стоящий у стены в привычной позе и старательно не смотрящий в мою сторону. Он ничего не ожидает, не давит на меня, а просто хочет, чтобы я знала, что он здесь. Надеюсь.

Ни за что не пойду в его сторону.

А затем решение принимают за меня. Анжела устремляет на меня свой взгляд, поднимает руку и указывает на пустующий стул рядом с собой. Когда я не реагирую, она требует: - Иди сюда.- Командирша.

Я иду к углу, где она сидит, и опускаюсь на стул. Анжела читает маленькую, пыльную книгу. Закрыв ее, она через стол толкает ее ко мне.

– Просмотри, - говорит она.

Я читаю название. – «Книга Еноха»? [2]

– Да. Очень-очень странная старая копия, посмотри на страницы. Они тонкие. Нам нужно будет поговорить про ASAP. Но сначала…- она поднимает голову и громко зовет: - Эй, Кристиан!

2

Прим. пер.: знаменитое издание первой книги Еноха, содержащей апокрифы Ветхого завета. Вошла в канон эфиопской Библии и впервые была обнаружена в XVIII веке.

О. Мой. Бог. Что она творит?

– Анежела, подожди, не надо…

Она машет ему. Это может плохо кончиться.

– Что такое? – говорит он, как обычно, холодно и невозмутимо.

– Ты будешь есть свой ланч на улице, да? – спрашивает Анжела. – Ты всегда так делаешь.

Его глаза вспыхивают, когда наши взгляды встречаются. – Я думаю над этим.

– Хорошо, так, я не хочу нарушать твои планы, но думаю, ты, я и Клара должны встретиться после школы. В театре моей матери, в «Розовой подвязке», в городе. – Кристиан выглядит растерянным.
– Эээ, ладно. Зачем?

– Давай просто назовем это новым клубом, который я создаю, - говорит Анжела. – Ангельский клуб.
– Он снова смотрит на меня и да, в его зеленых глазах обида, потому что я пошла и разболтала Анжеле его самый большой секрет. Мне хочется объяснить ему, что если дело касается секретов, то Анжела хуже пиявки, совершенно невозможно скрыть от нее что-либо, но это не важно. Она знает. Он знает, что она знает. Ущерб нанесен. Я зло смотрю на Анжелу.

– Она такая же, - просто говорю я, в основном потому, что знаю, что Анжела хотела бы сама рассказать ему об этом, и я чувствую себя лучше, разрушив ее планы.
– И, очевидно, она сошла с ума.
– Кристиан кивает, как будто это откровение совершенно его не удивило.

– А ты придешь в «Розовую подвязку»?
– спрашивает он у меня.

– Думаю, да.

– Хорошо. Я тоже, – говорит он Анжеле, продолжая смотреть на меня. – В любом случае, нам надо поговорить.

– Отлично.

– Отлично, - бодро говорит Анжела. – Увидимся после школы.

– До скорого, - говорит он и выходит из кафетерии.

– Я поворачиваюсь к Анжеле: - Ненавижу тебя.

– Знаю. А еще я нужна тебе. В противном случае, ты так бы ничего и не сделала.

– Я все еще тебя ненавижу. – Говорю я, хотя она права. В некотором роде. Вообще-то, ангельский клуб кажется отличной идеей, если это поможет мне выяснить, что же для нас с Кристианом значит то, что мы не выполнили свои предназначения, с тех пор мама так и не объяснила мне ничего конкретного. Анжела – профи в собирании информации. Если кто-то и может выяснить последствия проваленного предназначения, то это она.

– Ой, ты же знаешь, что любишь меня, - говорит она и снова подталкивает ко мне книгу. – А теперь возьми ее и иди есть к своему парню.

– Что?

– Вон там. Он уже соскучился. – Она указывает нам за спины, где, скорее всего, за одним из столов невидимок Такер болтает с Венди. Оба смотрят на меня с одинаково ожидающим видом.

– Кыш. Ты свободна, - говорит Анжела.

– Заткнись. – Я беру книгу и заталкиваю в рюкзак, затем направляюсь к столам невидимок.

Ава, Линдси, Эмма – мои друзья-невидимки, все улыбаются мне и здороваются, вместе с парнем Венди, Джейсоном Ловеттом, который в этом году ест с нам, вместо своих товарищей по компьютерным играм.

Это странно, что у нас теперь есть парни.

– И что это было? – спрашивает Венди, бросая на Анжелу любопытные взгляды.

– Ааа, просто Анжела есть Анжела. Так что у нас сегодня в меню?

– Гамбургеры.

– Вкуснятина, - говорю я с энтузиазмом.

Венди закатывает глаза и обращается к Такеру: - Кларе не нравится здешняя кухня. Она ест как птичка.

– Хм, - отвечает он, подмигивая мне, потому что у него со мной совершенно другой опыт. Рядом с ним я всегда ела как лошадь. Я опускаюсь на соседний с ним стул, он придвигает свой стул поближе и обнимает меня одной рукой. Все в рамках приличия, но я слышу, как нас начинают обсуждать. Думаю, я становлюсь девушкой, которая держится за руки со своим парнем, пока они идут по школьному коридору, которая целуется в перерывах между уроками, которая оглядывает кафетерий затуманенными глазами. Никогда не думала, что стану такой.