Темные Дни

Для меня.

Но Лукас сказал, что в этот раз возвратиться ему будет легче, так как у него будет за что хорошее держаться. Спокойствие.

Другой вариант это сделать лучшее для Лукаса. Я могла бы провести время с ним вместе, то немногое, что у нас оставалось. Мама не хотела, чтобы я участвовала в поиске других Грехов? Хорошо. У меня были более важные дела. Я могла бы сжать так много хороших воспоминаний, что дало бы Лукасу нечто реальное, за что стоит держаться.

Будучи своего рода девушкой прыгни-не-зная-куда, я решила сделать именно это.

Я собрала одежду и прошла на цыпочках в ванную. Я слышала, как мама передвигалась внизу, но надеялась выйти из дома, не сталкиваясь с ней.

Когда я, наконец, добралась до офиса, все было тихо. Похоже, что я была одна. Я была осторожна, чтобы не позволить двери хлопнуть, когда проскользнула на улицу на солнечный свет. Мама могла проспать ядерную войну, но, когда она просыпалась, то неё слух был, как у собаки на стероидах.

– Ты рано встала.

– Да, - сказала я, шаркая к тротуару. Да уж, очень скрытно. Я не была уверена, что даже пыталась.
– Что-то необходимо сделать, что-то решить. Все как обычно.

Мама сделала шаг вперед.

– Ты куда?

– Хм, я хотела попасть в магазин ремесел.

Она выглядела смущенной.

– Ремесел? С каких пор ты занялась макраме?

– Я думала сделать тебе картинку из макарон для холодильника. Может быть, милый маленький котенок. Или оборотень?
– я закатила глаза и сделала еще один шаг к тротуару.
– Не для меня. Для Лукаса.

И вот так просто она прогулялась до машины, держа ключи в руке.

– Я пойду с тобой, - она протянула ключи и мелькнула улыбкой.
– Хочешь повести?

Мне не нужно было думать дважды. Автомобиль мамы, белый Мустанг 2011 года с черными и красными полосами, был обычно для меня закрыт. Я схватила ключи и скользнула в гладкое кожаное кресло водителя, прежде чем она могла передумать.

Мы ехали всю дорогу молча, мама разбила тишину только тогда, когда мы остановились на парковке Майклс.

Я потянулась к дверной ручке, но мама откашлялась.

– Я ни разу не пожалела об этом. Ты должна это знать.

Я не спросила её, что она имела в виду. Я знала. Отпуская ручку, я откинулась на сиденье и повернулась в сторону. Она выглядела грустной.

– Ты весь мой мир, Джесси. Ты и твой отец. И я знаю, тебе кажется, что то, через что мы проходим, не стоит того, но я уверяю тебя, стоит. Каждую минуту, которую я проводила с ним, заимствованная, похищенная или любая другая, стоит всех тех моментов, которые я провожу в разлуке от него.

– Извини за то, что я сказала.

Она расстегнула ремень безопасности и повернулась ко мне лицом.

– Не извиняйся. Никогда не извиняйся за то, что ты говоришь мне, что думаешь. Но не будь невосприимчивой. Я сделала свой выбор, и я никогда не оглядывалась назад.

– Я знаю, что ты сказала мне не привязываться...но так случилось, - я сделала глубокий вдох.
– Ты скажешь, что это носит лишь временный характер, и что мои чувства исчезнут, но я не такая. Я не знаю, что чувствую к нему на самом деле, но я знаю, что меня это волнует, и я знаю, что мысль о том, что я не увижу его снова, не дает мне дышать.

– О, милая. Твой дед сказал мне то же самое. Я была младше тебя, когда встретила Дэмиена, и я знала это. С того момента, когда я увидела его, я знала. Никогда никого не будет для меня, кроме него.

Я была в опасной близости к тому, чтобы заплакать.

Она взяла меня за руку и сжала.

– Хочу ли я этого для тебя? Конечно, нет. Я хочу, чтобы ты нашла кого-нибудь нормального и наслаждалась этим. Я хочу, чтобы ты пошла в колледж и вышла замуж. Я хочу, чтобы ты нашла настоящую традиционную работу, которая не предполагает смертельную опасность и кровопролития. Я хочу, чтобы ты была нормальной. Но, как ты отмечала уже много раз, ты не обычная. Может быть, будет кто-то для тебя по линии, а может быть, и не будет. Но ты не можешь избежать любви, потому что ты боишься пораниться, и ты не можешь выбрать, в кого влюбиться. Если Лукас является правильным человеком, то, извини, ты должна пройти через это.

Другая мама, возможно, приукрасила бы вещи. Сказала бы мне, что это была просто щенячья любовь и заверила меня, что в один прекрасный день мой белый рыцарь придет и сделает все, чтобы мои мечты сбылись. Но это было полное дерьмо. И моя мама никогда не лгала мне. В этом мне повезло.

Отчасти...

Мы быстро оказались в магазине, что меня вполне устраивало. Мама была немного очарована всеми цветами пряжи. Бесстрашный монстр сердцеед. В другой жизни, она, должно быть, была вяжущей носочки мамой. У меня был мысленный образ моей мамы, вяжущей чехлы для чайников. Или, даже ещё более странно, вяжущей чехлы для ножей.

– Художник?
– мама протянула полиэтиленовый пакет с большим блокнотом, цветными карандашами и набором акварельных красок.
– Я предупреждаю тебя заранее. Если я поймаю его, пишущим тебя голой, то он покойник.

– О, это печально.

Я бросила ей ключи, когда приблизилась к Мустангу. Она вздрагивала по всему пути. Каждый раз, когда я резко поворачивалась или шла слишком быстро. Чтобы сохранить рассудок, и свои нервы, я дала ей повести машину до дома.

– Не двигаться, - дышал хриплый голос в моем ухе. Я собиралась повернуться, когда что-то застряло в моей пояснице.

Я подняла руки, полиэтиленовый пакет с материалами для Лукаса упал.

– Не двигаться.

С другой стороны автомобиля мама застыла.

– Это моя дочь.

Ее голос был обычным. Для любого слушателя, как будто она заказывала кофе или разговаривала со старым другом. Я? Я могла слышать едва уловимый яд в её голосе.

– Шаг назад, - отрезал голос.
– Переместитесь к кустам.

Мама кивнула, поднимая свои руки, чтобы он мог их видеть.

– Я перемещаюсь к этим кустам.

Мужчина сказал:

– Милая машинка. Я заслужил её. Ключи. Дай мне свои ключи и бумажник.

– Прекрасно. Я просто собираюсь положить их вниз, - её рука вытянулась, ключи болтались на большом пальце. Немного нагибаясь, она повторила.
– Я просто собираюсь положить...их...

Держа глаза на мне, она мне кивнула.

– Вниз.

Я упала на колени, когда она бросила ключи в лицо мужчины. Он отшатнулся, и я побежала вперед. К сожалению, я не убежала далеко. Что-то зафиксировалось вокруг моей лодыжки, вырывая мою ногу и роняя меня на землю. Воздух вылетел из моих легких со свистом, когда тень человека замаячила над головой. Шаря в кармане, я нащупала нож-бабочку. Это была одна из тех вещей, без которых я никогда не выходила из дома. Но когда мои пальцы коснулись прохладного железа, я встала на ноги.