Тень прошлого

Я тряхнула головой, освобождаясь от мыслей, и оглядевшись, с ужасом поняла, что эти обитые тёмно-синим с золотыми звёздами шёлком стены я вижу впервые. Сердце упало в пятки, когда я, пройдя ещё полсотни шагов, поняла, что заблудилась. Первой мыслью было закричать - авось кто-то из слуг услышит, но этот вариант я отмела сразу. В конце концов, нам не просто так было велено находиться в отведённых покоях, и мне совсем не хотелось, чтобы о моём ослушании стало известно хозяину дворца. Поэтому я несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться, и медленно пошла наугад.

Свернув в узкий полутёмный коридор, который показался мне смутно знакомым, я, обрадованная, весело зашагала вперёд, когда внезапно заметила также быстро двигающуюся мне навстречу женскую фигуру. Я едва поборола себя, чтобы не вскрикнуть, но путей к отступлению не было и я, в смятении остановилась. Незнакомка тоже замерла, заметив меня, и тут меня озарило внезапное понимание. Зеркало. Ну разумеется, и как я сразу не поняла. Дворец Роальда весь состоял из узких коридоров, которые ветвились и пересекались, но каждый неизменно заканчивался одной единственной комнатой. А этот заканчивался зеркалом. Я посмотрела на отражение, а отражение посмотрело на меня. И тут ко мне пришло ещё одно осознание, ещё более ошеломительное, чем предыдущее. Отражение было одето не так, как я. На нём было богатое тёмно-фиолетовое в пол платье с расшитым камнями верхом и глубоким декольте. Высокой причёске, в которую были изящно уложены золотисто-каштановые волосы, позавидовала бы самая красивая невеста. Но тем не менее, это была я. Небесами мы лишены возможности видеть себя со стороны так, как видят нас другие, но, несмотря на это мы до мельчайших подробностей знаем своё тело. И незнакомая леди напротив определённо была мной, однако сознание где-то в глубине, там, где пролегала его грань с моим внутренним "оно" противилось этому пониманию. Всё это было более чем странно, но я, по собственному мнению, обладала уже колоссальным опытом столкновений с искусством Магии во множестве её проявлений, а посему про себя мгновенно пришла к выводу, что наткнулась на какое-нибудь волшебное зеркало, способное преобразовывать внешность. Однако глубины сознания сегодня оказались более чем правы, а моё весьма неглупое предположение - в корне неверным. Я и отражение ещё пару секунд удивлённо взирали друг на друга, а потом оно, поднеся ладони к щекам, слабо вскрикнуло и без чувств опустилось на застеленный синеё дорожкой пол.

Я тоже вскрикнула от неожиданности, но, видимо, моя нервная система оказалась много сильнее чем у этой несчастной. Не на шутку испугавшись, я бросилась перед ней на колени и легонько похлопала ладонями по бледным щекам. Девушка застонала и на удивление быстро очнулась от обморока.

– Кто ты?
– слабо спросила она.

– Я Ирис, - ответила я, стараясь сделать свой тон как можно более мягким, и не нашлась сразу, что ещё добавить. О, небо, как же она похожа на меня... Я много раз слышала истории о неожиданных встречах с двойниками, но и представить не могла, что это по ощущениям настолько противоестественно. Незнакомка продолжала сидеть на полу, рассматривая моё лицо с не меньшим изумлением.

– Ирис... И имя на языке трав... Поразительно...

– Что?
– переспросила я, смутно припоминая, где я прежде могла слышать о именах языка трав.

– Травяное имя - Ирис. Это цветок. Меня зовут Роза.

– Так что с того?
– всё ещё недоумевала я.

Девушка посмотрела на меня взглядом учителя, который никак не может втолковать незадачливому школяру сколько будет дважды два.

– Могу я узнать, откуда ты?
– вдруг спросила она.

– Из Ровендара, - тут же соврала я, на всякий случай. В конце концов, название моего истинного места рождения не скажет ей ровным счётом ничего.

Она разочарованно выдохнула.

– Снова загадка... Я родилась и выросла здесь - по крайней мере, так мне всегда говорили. Ты - из Ровендара. А имена языка трав в ходу в Клёрде, что куда южнее этих мест...

Я вспомнила, как необычное для Агтирии имя потомка семейства Яларелль сразу привлекло внимание Айзерса и поняла, что в этом мире, по-видимому, куда строже относятся к ономастической интеграции, чем в моём.

– Я, признаться, частенько задавалась вопросом, что подвигло моего отца-консерватора к такому неординарный выбору, и списывала это на забавы, присущие иногда людям его положения. А теперь появляешься ты - как две капли воды похожая на меня, и лицом, и именем. Не слишком ли много загадок?

Я промолчала. Лично я над своим именем никогда столь трепетно не размышляла - ну, отличились родители, что тут скажешь. А вот внешняя схожесть, и впрямь, могла натолкнуть на разнообразные мысли. В том случае, если бы я хоть отдалённо представляла, в каком направлении эти мысли развивать.

– А как ты оказалась во дворце?
– вдруг спросила она без вступлений.

– Я и двое моих спутников гостим здесь.

Девушка озадаченно посмотрела на меня.

– Гостите?
– переспросила она.
– Странно, но отец ничего не говорил мне о вас. Прости, я забыла представиться до конца - я дочь Роальда Ризендольского, владыки Вегдарии и хозяина этого дома.

Теперь пришла моя очередь удивиться, в который раз за это странное утро.

– Как...
– пораженно пролепетала я.
– Он ничего не сказал тебе? Мы ждём Совета с ним уже четыре дня!

– Странно, - она наконец поднялась на ноги и подала руку мне.
– Я знаю одно: отец готовится к некоей важной встрече, и на это время мне строжайше запрещено выходить из юго-западного сектора, где находятся мои покои.

Я почесала голову и поморщилась.

– Ну и порядки тут у вас, - буркнула я, - нам - запрещено выходить из комнат, тебе - из сектора...

Роза пожала плечами.

– Вероятно, отец не желает, чтобы ни я, ни вы встречались с гостьей.

– Ах, так значит, гость - женщина.

– Большего я не знаю, - в её голосе мелькнула прохлада.
– Скажи мне, а что ты делаешь в моём секторе?

Я с досадой посмотрела на неё. Она принуждала меня словесно признать свой проступок, чего я всячески старалась избежать.

– Ты покинула комнату без дозволения и заблудилась, - ответила она за меня.

Я кивнула.

– Твой батюшка выделил нам две комнаты - мою, маленькую с витражом, и другую, много больше, с серебряной люстрой и мягкой мебелью.

– Это же северо-восточный сектор!
– воскликнула она.
– Одной тебе не найти дороги, а слугам лучше не знать, что ты разгуливаешь по дворцу. Я провожу тебя.

Роза решительно развернулась и пошла впереди быстрой, но в то же время лёгкой и плавной походкой. Она повела меня совсем незнакомыми коридорами, похожими друг на друга, лестницами и залами, и наконец мы очутились в привычном разветвляющемся надвое коридоре.

– Благодарю, - учтиво сказала я.

– Не за что, я была рада помочь, - вежливо сказала она, - До встречи.

– Как?
– встрепенулась я.
– Подожди, неужели ты не желаешь познакомиться с моими друзьями?

Девушка остановилась и на мгновение задумалась.

– Отказ с моей стороны станет проявлением дурного тона, - проговорила она, - что ж, я буду рада.

Я легонько толкнула незапертую дверь в покои Айзерса и Лара, и остановилась в коридоре, пропуская Розу вперёд. Ларриан полулежал на диване и что-то рассказывал сидевшему против него Айзерсу. Услышав шум, они оба повернули головы и их глаза расширились в крайнем изумлении. Ларриан первым оказался в состоянии что-либо произнести.

– Ирис...
– пролепетал он чуть слышно, - что это...

– О, небо, до чего же похожа, - в изумлении проговорил Айзерс, поднимаясь.
– Позвольте узнать, кто вы, миледи? Ларриан, это не Ирис, ну неужели ты не видишь?
– повернулся он к Лару, настойчиво теребящему его за рукав.

Я улыбнулась и, выйдя из тени, стала рядом с Розой.

– Ирис?
– моё появление шокировало Ларриана ещё больше, чем вид мнимой меня в обличии принцессы.
– Но что происходит?

– Познакомьтесь, это Роза, дочь Роальда Ризендольского, - сказала я, - Роза, это мои друзья, Аделазар и Ларриан.