Тень рока

— Я… — задумчиво начал Эзекиль, — Я поэт, пишу стихи и иногда выступаю в кругу… кругу друзей. — неуверенно и несколько растерянно бормотал Монг. Ему совершенно не хотелось вываливать на этого офисного работника всю ту грязь и весь тот ужас, что неразрывно был связан с его истинной профессией.

— О, как это здорово! В наше время хороших поэтов категорически не хватает. Думаю Ваше дело значимо для всего Доминиона, друг мой! — восторженно воскликнул Дмитрий, непрерывно кивая головой, видимо, в подтверждение своих слов.

— Ещё как значимо, — согласился Монг, рассматривая своего собеседника. Внимание капрала привлёк странный, украшенный синими грубо-огранёнными кристаллами ошейник, что был едва заметин из под воротника. Ошейник этот был столь необычным и каким-то неуместным, что Эзекиль не удержался и спросил:

— Что это, позвольте полюбопытствовать, у Вас на шее?

— Где? — растерянно переспросил Дмитрий, тревожно схватившись рукой за ворот, нервно подтягивая его вверх, словно пряча ошейник от посторонних глаз. — Ах, это? Это фамильное украшение. Оно передаётся в нашей семье из поколения в поколения. Традиция. Дань памяти предкам так сказать, — нарочито непринуждённо и словно между делом отмахнулся Дмитрий.

— Занятная вещица, никогда раньше таких не встречал, — задумчиво добавил Эзекиль, выдохнув облачко сигаретного дыма. — А что за камни? Сапфиры? — не спуская глаз с украшения, продолжал интересоваться капрал.

— Да, мистер Монг, это сапфиры, — с явной неохотой ответил Дмитрий, словно намекая на его нежелание развивать эту тему.

Тем временем к столику подошла одна из официанток. На этот раз это была худая брюнетка с заморенным и совершенно бледным лицом, на котором красовались огромные подглазники.

— Чего желаете господа? — уставшим голосом уточнила девушка.

— Виски, моя дорогая! Лучший, что у вас есть. Принесите нам целую бутылку, да поживей, — Дмитрий говорил практически нараспев, словно душа студенческой компании, что организует пьянку в честь сдачи выпускного экзамена.

— Да, сию минуту, господа, — без эмоционально ответила брюнетка и удалилась.

— Мне как то неудобно, Дмитрий. Но у меня нет средств на выпивку, — несколько сконфуженно предупредил Эзекиль, провожая взглядом уходящую официантку.

— Вздор! Я Вас угощаю! Когда же мне ещё раз доведётся посидеть с настоящим поэтом, — оживлённо возразил Дмитрий, наблюдая за тем, как Монг докуривает свою сигарету.

— Ну разве что… — неразборчиво пробормотал Эзекиль, стряхивая пепел.

Не прошло и пары минут, как официантка вновь объявилась, принеся с собой бутылку дорогого виски и два стакана в придачу. Судя по этикетке это было то самое виски, которым сегодня угощался бармен.

— Ну что, друг мой, давайте выпьем за светлое будущие Доминиона! — Откупорив пробку, Дмитрий наполнил стаканы.

— За это грех не выпить, — согласился Монг, поднимая стакан.

Они чокнулись и сделали по глотку. Виски действительно оказался добротным. Настолько добротным, что прежде Эзекиль ничего подобного даже не пробовал.

— О, мистер Монг, не хочу показаться Вам глупцом или сторонником суеверий, но признаюсь сразу, что я не прочь поговорить на всякие интересные темы, так или иначе связанные с Небесным наследием. Я увлекаюсь этим с детства, собираю статьи и разные истории. Очень увлечён этим. А вы? Как Вам такое? — Дмитрий хитро прищурился, поднял стакан и сделал очередной глоток.

Выбранная для разговора тема вновь показалась Эзекилю подозрительной, но, ни смотря на это, виду он не подал.

— Считаю, что от Небесного наследия ничего не осталось. Всё то, что было во времена Вечной войны, ушло. Человечество освободилось от гнёта Небесных агрессоров, — тыча сигаретой в пепельницу, пояснил Монг.

— Да, это бесспорно, но как же Вы объясните, что есть очевидцы подтверждающие существование ангелов. Есть люди, которые ручаются, что видели Небесных здесь, в Доминионе, — глаза Дмитрия блеснули словно звёзды, ему явно нравился выбранный им вектор беседы.

— Сумасшедшие. Ангелов не существует, — строго выпалил капрал, залпом осушив стакан.

— Но бывают случаи, когда консервативность мышления и зашоренность взглядов не позволяют разглядеть ангела в простом человеке. Незначительные на первый взгляд детали, могут быть незамеченными и упущенными. Сияние глаз, что отчётливо видно лишь во мраке. Голос, что реверберирует глубоко в голове. Сила, что неосязаемой аурой окутывает Небесного, вызывая мурашки и невольный трепет перед ним. Подумайте, мистер Монг, не доводилось ли Вам когда либо сталкиваться с чем-то подобным? Чем-то, что Ваш разум отрицал и старательно подводил под стандарты «нормальности»? — голос Дмитрия становился вкрадчивым, а взгляд всё более пронзительным.

— Что за разговоры такие? Я никаких ангелов не видел, и обсуждать эту чушь больше не намерен! — возбуждённо воскликнул Эзекиль, сжав от напряжения кулаки.

Этот человек, что сейчас сидит перед ним, явно обладал куда большими знаниями, чем кажется на первый взгляд. Его попытки вывести Эзекиля на интересующий его разговор, были столь неприкрытыми и грубыми, что невольно отталкивали и даже пугали. В голове у капрала одно за другим начали всплывать воспоминания о недавней встрече с Караэлем. Встречи с настоящим ангелом, полностью подходящим под то описание, которое предоставил Дмитрий. Невольно начали закрадываться подозрения, что этот Дмитрий всё знает и пытается на это намекнуть.

— Прошу прощения за свою грубость, мистер Монг. Не знал, что эта тема столь неприемлема для Вас. Как я уже говорил, я увлечён подобными историями и готов говорить о них часами. Извините, что задел Вас этим, — осторожно ответил Дмитрий, став ещё более смиренным и учтивым, чем прежде.

— Мне уже пора, мистер Броков. Меня ждут дела, — сообщил Эзекиль, поспешно встав из-за стола и откланявшись.

— Очень жаль, я надеялся, на Вашу компанию. Что же, ещё раз приношу Вам свои извинения за проявленную бестактность. — Дмитрий тоже поднялся из-за стола и протянул капралу руку.

После рукопожатия, Эзекиль ещё раз кивнул в знак вежливости и уже было собрался уходить, как в ту же секунду в пивнушке погас свет. Помещение погрузилось во мрак. Послышались встревоженные голоса посетителей. Эзекиль торопливо огляделся и понял, что света нет и на улице. Дорожные фонари, как в прочем и рекламные щиты, погасли.

— Что происходит? — взволнованно спросил Дмитрий, словно надеясь, что Эзекиль знает ответ на этот глупый вопрос.

— Этого я Вам сказать не могу, — себе под нос процедил Монг, осторожно направляясь поближе к окну, что выходило в сторону улице.