Тейа
Шрифт:
– Мне очень приятно слышать, что наш остров стал для вас домом, - ответил он.
– И все-таки, я хотел бы знать о ваших планах! – настаивал Леонид.
– Ну, во-первых, семи месяцев у нас уже нет,… и вы прекрасно знаете об этом, - тактично произнес Генри, продолжая улыбаться.
– Ну, не семь… не важно. Меня беспокоит эта длительная командировка…
– Надеюсь, вы не собираетесь оградить ее от такой работы? Это дело ее жизни, насколько я понимаю? – с пафосом произнес Генри.
– Да, но…
– Но все равно не хотите отпускать ее от себя… Понимаю…
– В конце концов, я мог бы ей помочь. У меня есть опыт работы, я много
Потом он заметил эту чертову улыбку Генри и на мгновение умолк.
– Да! Я не хочу отпускать ее одну!
– наконец сдался он.
– А как же ваша работа? Насколько я знаю, у вас были свои проекты и планы. Вы хотели построить аэродром на соседнем острове, создать летательные аппараты на вашем фотонном двигателе, а вместо этого будете продавать сыворотку?
– Да, сыворотку, - настырно произнес Леонид.
– Она будет не одна, мы ей поможем, - попытался возразить Генри.
– Я не отпущу ее! – уже громче произнес тот.
– Мы создадим все условия, чтобы она не так перегружала себя, впрочем, какие ее годы?
– Повторяю, я не отпущу ее!!! – гневно выкрикнул физик.
– И я не отпущу ее!!! – внезапно так же громко произнес Генри.
– Не понял!?? В конце концов, мы свободные люди… Мы вольны делать то, что хотим! – растерялся физик.
– И я не отпущу ее!
– снова повторил Генри и улыбнулся.
– Не отпущу на Большую Землю – это очень опасно.
– Да? Почему? – удивился тот.
– Потому что все ваши изобретения там, “наверху” пытаются превратить в забаву для военных, и пока все до единого люди не будут инфицированы, она и ногой не ступит на Большую Землю. Секрет ее вакцины останется здесь вместе с ней.
– То есть, она никуда не уедет? – переспросил физик, недоверчиво глядя на него.
Генри уже не мог сдерживать себя, косясь на этого тупицу. Собственно, такое наверное свойственно многим гениальным людям, - подумал он. – И все же…
И все же продолжил внятно говорить, почти по слогам:
– Да, она будет работать здесь до конца проекта, пока мы все не закончим. И пока мы не сумеем обойти тот день, она будет находиться здесь и работать тоже будет здесь.
– На острове?
– На острове!
– То есть, никуда не поедет?
– Никуда! – Генри едва сдерживал смех.
А физик задумчиво направился к выходу, что-то бормоча себе под нос… Потом снова вернулся.
– А если она захочет сама? – снова задал он вопрос - эта ужасная мысль внезапно засела в его голове, и он не находил решения.
– Значит, мы ее не отпустим! – решительно воскликнул Генри.
– Правильно, не отпускайте!!! – обрадовался физик.
Но Генри все-таки не сдержался. Он пронзительно на него уставился и серьезно произнес:
– То есть, вы согласны с тем, что она, как свободный человек, не может покинуть острова?
– Да, конечно!... Не понял? Что?
– Вы против того, чтобы ее, даже по собственной воле, отпустили туда?
– Да!!!... Но… Вы же сами сказали… Вы издеваетесь?
– Нет!... Нет Леонид…, ну, что вы,… это я так… не волнуйтесь, все будет нормально. Идите работать…, - и серьезно добавил: - Все будет хорошо!
– Да…да, я пойду…спасибо, - и Леонид уже направился к выходу. Но Генри опять не сдержался:
– Леонид! Еще один вопрос. А когда Валери придет просить меня не отпускать вас в небо, в космос или куда вы там еще соберетесь, мне что ей ответить?
Леонид повернулся и сурово на него посмотрел.
– Ха-ха-ха, -
наконец засмеялся Генри. Он делал это и уже остановиться не мог. Теперь физик тупо уставился на него, не зная, обижаться или нет. Потом так же громко и неожиданно начал смеяться. И еще долго эти два человека стояли и хохотали, пока не пожали друг другу руки…– 41 –
Корабли и тяжелые баржи вереницей шли от воронки в сторону острова. Они подходили к далекому пустынному краю, сгружая тяжелую поклажу, и уплывали назад, а на том берегу уже поднималось высокое строение, которое сверкало на солнце пластиковыми стенами и огромными окнами. Над зданием кружили вертолеты, завершая крышу массивной конструкции. Завод по производству сыворотки Валери готовился к началу работ. Все происходило не один день или месяц, но все случилось за короткое время прямо на глазах у изумленных граждан острова. И вот уже праздная толпа собирается на берегу, заполняя пляж, готовясь к такому событию. Оставалось совсем немного, и двери гостеприимно распахнутся. Неутомимые люди в белых халатах, разрезав розовую ленточку, устремятся в лаборатории, к своим пробиркам и колбам, создавая то маленькое чудо, которое скоро будет отправлено “наверх” и даст людям жизнь. И вот первые партии волшебных таблеток сходят с конвейера, уже тяжелые баржи, груженные ценным грузом, отходят от причала и отправляются на Большую Землю. Они несут жизнь и надежду на будущее. А будущее то бесконечно и не имеет границ…
Разве можно себе представить, что будет с человеком, которому внезапно, прямо сейчас, подарить бессмертие? Просто подойти к нему, взять за руку, сделать укол - и все. Вся та короткая, размеренная или бурная жизнь, имевшая свой план, и устоявшийся ритм, – все переворачивается в одно мгновение: наши тайные, мимолетные и пугливые мысли о болезнях и страданиях, о смерти, о том конце, который неминуем и предопределен. И поэтому не хотим об этом задумываться и знать не хотим. И не ходим в свое время к врачам, чтобы как можно позже узнать о неизбежном… И вдруг узнаем о том бесконечном, что теперь растянется на многие годы или столетия.
Можно будет учиться всю жизнь, можно будет прожить в любви и согласии века, не потерять любимого человека… дорогих и родных людей. Обойти пешком всю планету, проплыть на лодке океаны, перепробовать множество профессий. Можно будет лететь к звездам долгие годы, не боясь их безвозвратно утратить, потому что теперь этих лет бесконечное множество. Только не оступись и не упади, не потеряй ненароком в этой сумасшедшей гонке сквозь века и расстояния драгоценное тело твое. А оно в благодарность будет всегда с тобой молодым и здоровым, и нести будет сквозь времена, обгоняя мечты и мысли твои, тебя человек… Человек, заслуживший бессмертие…
– 42 –
Солнце вставало над островом, освещая все вокруг: отели и пустынные пляжи, лежаки и зонтики, гору, черным конусом восходящую к верху, словно, упирающуюся острым пиком в самое небо. Освящало тот далекий берег, где завод ожидал начала рабочего дня, и берег этот, где две фигурки встречали свой любимый рассвет. Это стало традицией для Валери и Леонида, и теперь этот берег и утро принадлежали только им. А солнце уже давно привыкло к такому вниманию, и радостно сияло на их лицах. Они уже выбрались из воды и сидели на пляже, наблюдая за восходом. Долго так сидели и смотрели.