Тигриный лог

– Да ты с ума сошел?! – прошипела я, продолжая так же яростно и тихо: - Не было у меня ничего с Джином! Не было! Ясно? И ни с кем не было!

– Но мы тебе поможем воспитать ребенка, если что, - заключил Ви, видимо, не проведя логическую цепочку между отсутствием секса в моей жизни и возможностью зачать детей.

– Ладно-ладно, я же пошутил! – выставил перед собой защитно руки Шуга. Учителя поднялись и пошли на выход. За ними последовал и Лео. Я проводила его влюбленными глазами. Адепты потихоньку тоже стали заканчивать и подниматься с мест. Я остановила Чимина, вставшего в проход рядом со мной и выпускавшего Чонгука.

– Мин, - он посмотрел на меня. Я пальцем поманила его, чтобы нагнулся. Хоть он и не был настолько близким другом, как Юнги и Тэхён, я всё же считала его из «своего» кружка, поэтому присовокупила к встрече: - Ты не мог бы минут через пятнадцать прийти в беседку?

– Хорошо, - согласился он без лишних вопросов и, допив содержимое чашки одним глотком, вышел.

– Так-так-так, собирают всех, кто видел твою грудь? – прищурился Сахарный. – Нас ждет наказание и порка?

– Чимин не видел! – гордо уточнила я, униженно скрыв, что он её, вообще-то, облапал.

Помыв посуду целым квартетом, мы управились быстро, но, несмотря на то, что явились в беседку раньше ожидаемого, уже нашли там Чимина. Сидевший на жердочке, он смотрел на наше приближение. Ви тут же запрыгнул на ограждение рядом с ним, и они напомнили воробьёв на проводах. Прикинувший как разместиться Шуга, последовал их примеру и передо мной выстроился греческий театр. Только Рэпмон растеряно смотрел, куда ему себя деть и, отойдя от меня, просто облокотился на перила.

– Ну, толкай речь, вождь! – расплылся Сахарный. Мне стало жутко. Я никогда не любила выступать перед кем-то, даже перед маленькой аудиторией. Тем более, когда собираешься произнести чуть ли не прощальные слова. Но тянуть некогда, им скоро заниматься, поэтому я покашляла в кулак.

– В общем, я решила, что раз мы давно общаемся, и вы всё обо мне знаете, и мы друзья, то вы должны узнать о том… - на меня заинтриговано смотрело восемь глаз. – Вы же знаете, что я уйду из Тигриного лога… скоро уйду… в общем, - повторила я это мусорное введение. – Я уйду пятнадцатого ноября. Вот, - первым, что я заметила, была сползшая с лица Юнги улыбка. Рэпмон задумчиво продолжал стоять. Брови Мина взметнулись вверх. На Ви я посмотрела последним. Темнея и мрачнея, он плавно стекал с перекладины, на которую сел и, когда обвалился с неё, бросился вперед и обнял меня с размаху.

– Почему так скоро?! – воскликнул он мне почти в ухо и, сжав крепче, уткнулся мне куда-то туда же, в волосы, и замер. Я приобняла его, похлопав по спине.

– Впереди почти месяц… ну и, я всё равно ушла бы рано или поздно. Так получается, что выпало на это число.

– Жалко, - негромко сказал Чимин.

– Но почему именно пятнадцатого? – поднялся Шуга и, отлепив от меня Ви, завел его себе за плечо, хотя протянутые руки того ещё минуту висели в воздухе, желая вернуться к объятьям. Самым добрым, невинным и теплым братским объятьям, о которых я только могла мечтать. – Мы же планировали встретить тут Рождество! А Новый год? Хо, почему ты уходишь? Это добровольно или тебя Хенсок гонит? Так мы ему бунт устроим!

– Нет-нет, меня никто не гонит! – заверила я. – Это… моё решение.

– Это из-за Джина? – тише спросил Шуга. Я покачала головой. – Тогда почему? Почему так быстро, Хо?!

– Так надо… я когда-нибудь расскажу вам, - ляпнула я и только после поняла, что подразумеваю, что они же уйдут отсюда в свой срок, тогда увидимся и поболтаем. Но Шуга не уловил истинного подтекста.

– Ты будешь возвращаться и заглядывать к нам?

– Если привратник пустит, - хмыкнула я. Договорюсь ли я с Джей-Хоупом? Могу ли его считать другом? – Я, конечно, с радостью бы вас навещала…

– Но Новый год! Без тебя! – глаза Ви уже были влажными и нижняя губа подрагивала. Да что ж такое! Я сама сейчас разревусь, хотя уходить мне даже не завтра.

– Ви, пойми, у меня ведь дела там есть… мне школу надо закончить… а я почти не занималась несколько недель!

– Да, у тебя там есть своя семья, - проговорил он с детской обидой. – А я думал, что ты – наша семья…

– Это так и останется!

– Нет, не останется, - потряс головой Ви и, отвернувшись в профиль, замолчал. Я поняла, что нанесла ему болезненную рану. Он знал, что мне нужно уйти однажды, но до конца верил, что я останусь с ними. Он хотел этого. Он привязался ко мне, как и я к нему. По моим щекам потекли слезы.

– Блин, ты её до слез довел! – выговорил ему Шуга, приобняв меня. – Чего ты нагнетаешь? Хо тоже хотела бы тут жить, но её тут никто не оставит из учителей! Это мы навсегда в монастыре, а ей надо не упустить момент, когда обустраивают жизнь.

– Тебе бы надо наверстать хоть немного из школьной программы, - внес рациональное предложение Чимин. – Если ты вот так, не готовясь, вернешься туда, то у тебя будет жуткая неуспеваемость…

– Что поделать…

– Зачем ты вообще приходила сюда? – пылко бросил на меня взгляд Ви. Я не видела его в гневе прежде. Но это был гнев. Он злился на меня, злился, видя во мне мать, которая его когда-то бросила. Он чуть ли не ненавидел в моём лице всех бессовестных женщин. Всех, кто предал доверие. Он сжал кулаки.

– Ви, не надо так… - попытался осадить его Шуга, но тот дернул подбородком.

– Нет, зачем ты приходила? – посмотрев на всех ребят поочередно, почувствовав, как пересохло горло, я, вытерев тыльной стороной ладони щеки, набралась храбрости:

– Один из вас… один из учеников Тигриного лога… в ночь Распахнутых врат… выходил отсюда. Он поцеловал в полной темноте девушку. Этой девушкой была я, - я хотела продолжить, объясняя, почему же пришла сюда и зачем мне так понадобилось имя юноши, но мои глаза встретились с глазами Чимина, которые, расширившись до предела, не моргали. Он осторожно опустил одну за другой ноги на пол и, открыв рот, приподнял руку, в несмелом жесте указывая на меня. Мне ничего не надо было говорить. Я всё поняла. Я поняла, кто это был. И у меня перехватило дыхание. Тот, чей поцелуй я сочла бы за честь, тот, кого я первым поставила в ряд своих героев…

– Интересно, кто бы это мог быть? – почесал затылок Шуга и всех нас окликнул с дорожки голос Хана.

– Эй, все на тренировку! Почему я должен собирать всех поштучно? Вы расписание до сих пор не выучили?

Немым криком обмениваясь с Чимином, мы, едва пересилив себя, чтобы отвернуться друг от друга, побрели на занятие. Почему оно так не вовремя? Я должна поговорить с ним! Господи, неизвестный целовальщик… Чимин. Небеса услышали мои молитвы и сделали им того, о ком я могла разве что мечтать. Но в тот момент, когда мечтать я стала о Лео, безумно его полюбив.